Чтение онлайн

Тем временем в Европе зрела зависть. Французские карикатуристы изображали русского императора верхом на ракете, пролетающего над осаждённым Версалем. Немецкие промышленники подкупали итальянских инженеров, чтобы создать свой аналог космической программы. Американцы же — не злились. Они слушали, наблюдали и начали действовать. В январе 1939 года в Вашингтоне прошла первая тайная встреча представителей ВМС США и НАСА — едва сформированной научной группы, рождённой как ответ на российский вызов. Началась космическая гонка — но без открытых заявлений, без холодной войны. Это была война умов и горизонтов.

В финале конференции, во время закрытого приёма в Александровском дворце, Николай II поднял бокал:

– Сегодня мы доказали, что русская воля способна преодолевать не только войны, но и земное притяжение. Завтра мы докажем, что наш разум — не менее велик, чем наше сердце.

Толпа в зале молчала. Это был не просто тост. Это был манифест.

После речи Николая, ставшей новым ориентиром для всей научной и политической элиты, началась череда международных визитов. В столицу Российской Империи один за другим прибывали делегации из Индии, Персии, Кореи, Турции и даже Японии — впервые после Маньчжурского инцидента. Всем было интересно, как Империя смогла за столь короткий срок объединить традицию и прогресс, встав в авангарде космической эры. На улицах Петрограда появилось новое слово — «звёздный век». Газеты пестрели заголовками: «Россия прокладывает путь к звёздам», «Содружество — не только земной щит, но и космический парус».

Тем временем в стенах Военной академии в Царском Селе рассматривались концепты орбитальных спутников наблюдения, аэрокосмических истребителей и даже гиперзвуковых транспортников. Проект «Гермес» — так назвали будущий пилотируемый орбитальный корабль — получил особый приоритет. Его создание поручили объединённой группе инженеров из Империи, Сербии и Болгарии. Срок был немыслимым — три года.

Во время одного из вечерних совещаний, уже в Александровском дворце, Николай заговорил с министром образования:

– Мы стремимся к звёздам, но кто будет вести нас через эти новые небеса? Где наши школы будущего? Где новые Менделеевы, Ломоносовы, Королёвы?

– Уже работают, Ваше Величество. Первый Имперский университет космонавтики откроется через девять месяцев в Москве. А программа отбора детей с особыми способностями в научные лицеи запущена по всей Сибири и Поволжью.

Николай кивнул, и его голос стал мягче:

– Тогда впереди не просто победа. Впереди — свет. Мы должны стать этим светом.

В ту же ночь на крыше Ломоносовской обсерватории один молодой студент — Василий Прокофьев — впервые зафиксировал неизвестное тело, проходившее за орбитой Плутона. Оно двигалось по странной, невычислимой траектории. Он назвал его "Объект Z" — в честь Земли, которую он мечтал однажды покинуть, чтобы на неё вернуться героем. Никто не знал, что в будущем этот объект сыграет свою роль. Но в тот момент начиналась не просто эра космоса — начиналась новая история человечества.

1 января 2001 года. Красная площадь. Вместо салюта – запуск нового спутника «Заря-lll», а над площадью – проекция голограммы, где Император Алексей l, сын Николая Второго, обращается к гражданам Великой Империи:

– Братья и сёстры! Мы вступаем в новый век, русский век. Век справедливости, разума и звёзд.

Толпа взрывается овациями. В небе – три дирижабля с символикой Российского Содружества, флаг Империи – бело-золото-синий – развивается над Спасской башней. Это уже не просто держава – это сердце мировой цивилизации. Мир, где нет войн между братскими народами, где границы стираются ради общего будущего.

Санкт-Петербург. Центр стратегических решений.

Министр прогресса Аркадий Власов докладывает в Совете Содружества:

– Экономика Империи на 67% основана на новых источниках энергии. Сибирские термореакторы стабилизировали энергобаланс Азии. Система образования «Умный класс» охватывает 96% учащихся. Проект «Мнемозина» по усилению нейронной памяти проходит финальное тестирование.

Генерал Прокофьев, тот самый студент-астроном, теперь уже седой и с орденом Святого Николая на груди, встаёт:

– Мы готовы к следующему шагу, Ваше Императорское Величество. Базу на Луне можно построить уже к 2010 году. А через двадцать лет – Марс.

Алексей l кивает:

– Мы уже переписали одну историю. Время переписать Вселенную.

Восточная Сибирь. Город Арзамас-Новый.

Здесь, в самом центре бывшей тайги, теперь техно-град будущего: город без трущоб, без преступности, с хрустальными куполами, где живут учёные, инженеры, поэты и музыканты. Улицы носят имена Циолковского, Столыпина, Коперника, Айвазовского. На одной из площадей стоит бронзовая скульптура Николая ll – не в форме, не на троне, а в лабораторном халате, со свитком в одной руке и глобусом в другой.

Подпись:

«Император-мыслитель. Начавший путь».

Но не все были рады русскому веку. За рубежами Содружества всё ещё тлели угли недовольства. Остатки старых западных элит, вытесненные с арен мировой политики, готовились к новому раунду игры. Их оружие было не пушки, а коды. Не танки, а вирусы. Начиналась цифровая холодная война.

А пока, над всей Империей, в полночь первого дня нового века, раздался голос диктора:

– Славься, Россия. Начинается Русский XXI век.

Кремль. Императорский дворец. Поздний вечер.

Император Алексей I вышел на балкон своего кабинета. Внизу, за снежным ковром Москвы, горели огни столицы, мерцали лазерные вывески, витали дроны, а вдалеке шумел праздничный город. Рядом стоял его внук – юноша лет двадцати с серьёзным взглядом.

– Дедушка, ты правда думаешь, что Россия готова ко всему?

Алексей повернулся к нему:

– К миру? Да. К будущему? Мы его строим. Но к предательству… никто не готов. Потому мы и должны быть первыми не только в науке, но и в духе.

Юноша молча кивнул. Он был наследником, рождённым в новой эпохе, но носившим имя старой: Николай IV.

Научно-космический центр имени Королёва. Байконур-Новый.

Инженерная команда готовила корабль «Прометей» к полёту. Первая в истории пилотируемая экспедиция к спутнику Юпитера — Европе — должна была стартовать через два года. Империя обогнала весь мир в космосе. Спутниковая сеть «Мировая Ткань» уже покрывала планету, обеспечивая единую информационную зону.

Главный инженер, профессор Зинаида Орлова, записывала в дневник: