Чтение онлайн

Я долго смотрю на деньги, пытаясь осознать, что он сделал. Унизил меня. Унизил настолько сильно, что у меня даже эмоций на это не было. Оплатил секс со мной. Как с дешёвой проституткой.

Я спихнула деньги на пол ногами и отползла к изголовью кровати. Больно. Отчего так сильно больно? Будто грудь сдавили в тисках и пытаются выковырять душу ржавой вилкой. По моему лицу текут слёзы, которые я вытираю рукой и смотрю на влагу с непониманием и одновременно осознанием – моё сердце разбито. Вдребезги. Его швырнули о стену, потоптались по нему и выкинули в мусорный ящик. Хочется сперва напиться, чтобы потом провалиться где-нибудь в сон и забыться, но не могу. За что? За что он так со мной? Я ему ничего не сделала! Даже словом не обидела…

Я вспомнила наш сегодняшний разговор и как сказала, что работа мента не для него, но ведь я только для того, чтобы позлить его, чтобы из всех женщин, что вокруг, он думал только обо мне!

Вот как, значит, да, Захаров? Я шлюха для тебя? Низкопробное убожество, которое не достойно внимания жалкого мента? Что ж. Ты не на ту нарвался, бестолочь. Я объявляю тебе войну!

Глава третья

Антон

Остановился у бара и обвёл взглядом сослуживцев. Внутри пылало странное пламя, которое с трудом сдерживал. Заказал у бармена водки и стал наблюдать за танцами девочек на шестах. Подарок от заведения. Тоже мне, подарок. И её танец. Все пялились на неё. Вдели её тело. Кидали деньги ей под ноги. Я ревновал эту шлюху. И не сомневался, что она вот так раздвигала свои ножки перед каждым именинником. Как ещё может вести себя владелица этого убогого заведения, если даже её персонал сейчас обхаживал ментов. Вон сидит начальник оперативного отдела, а об него уже трётся блондинистая сучка в кожаном нижнем белье. Чем она лучше них? Ничем. Такая же шалава, только более дорогая.

Облокотился о стойку и начал наблюдать, как мои коллеги празднуют не мой праздник. Чувствовал себя здесь чужим. Почти вором. Такие как я не знали точную дату своего рождения. В графу писали число, когда попадали в «Дома Малютки», а искать своих биологических родителей никто из нас не хотел. Тем более я. Да и какой смысл? Мне тридцать. Я капитан милиции. У меня двухкомнатная квартира и дома ждёт кот.

Кот! Точно кот! Нужно покормить кота…

– Привет, красавчик.

По моей руке прошлись чьи-то пальцы, поднялись к плечу и стукнули ногтем по носу. Подняв взгляд на хозяйку, меня чуть не вывернуло от омерзения. Нет, она была хорошенькой. Даже очень. Но так похожа на Нину. Такие же ореховые глаза и чёрные волосы, затянутые в хвост на затылке. И на ней был тот же костюм для ролевой игры. Школьницы, сука! Почему именно школьницы?!

– Ты ещё кто такая? – буркнул я, отбивая от своей руки её кочерыжки.

– Инна. Меня Нина прислала. Сказала, что хочет принести свои извинения.

Нина. Инна. Девушка втиснулась между мной и стойкой и потянулась губами к моей шее. Я мотнул головой и отодвинул Инну за плечи на безопасное расстояние.

– Какие ещё извинения? За что?

Девушка облизала ярко накрашенные губы и наклонила голову на бок.

– Минут десять назад вы немного не правильно друг друга поняли, и Нина решила исправить это недоразумение. Она понимает, что вы привыкли к товару подешевле, поэтому предоставила вам меня.

Некоторое время пытался сообразить, что мне только что сказали, а потом взбесился. Сука! Вот же сука! Она только что передала мне, что я привык пользоваться шлюхами с грязных подворотен, поэтому не смог удовлетворить её! Пылая праведным гневом и жаждой расплаты, преодолел зал с танцующими людьми, быстро поднялся по лестнице, влетел в её комнату и остановился как вкопанный. Напротив входа стояла кровать, которая была застелена чёрными блестящими простынями, и Нина в белом кружевном белье без грамма косметики и с влажными волосами была божественно красива. Она лежала на животе, подняв одну ножку вверх, и с кем-то говорила по телефону, а её сладкая попка… Дерьмо! Эти чёртовы кружева подчёркивали каждый изгиб её тела. Так хотелось подойти, сесть поверх и сжать эти аппетитные булочки, пройтись по ним зубами…

Но я только основательно хлопнул дверью, да так, что зеркало забренчало где-то справа. А эта чертовка даже не соизволила повернуться.

– Я перезвоню.

Она скинула звонок, повернулась на спину и села так, что пора звонить фотографам для сессии в порно-журнал. Ревность прошибла меня насквозь, выбивая из головы воспитанность и любезность. Я глубоко вдохнул и подошёл к изножью, а девушка лишь усмехнулась. Сейчас она выглядела ещё моложе, чем когда накрашена. Я знал, сколько ей лет. Всего двадцать три года, но теперь я бы с натяжкой дал лет восемнадцать.

– Товар подешевле? – еле сдерживаясь, спросил я. – Так ты всё-таки товар? И сколько же я не доплатил?

Усмешка сошла с её лица, а глаза зажглись яростью. Она вскочила на кровати, вставая на колени, и влепила мне пощёчину. Звонкую. Сильную. Знаю, сам виноват. Но всей моей выдержке пришёл конец. Я схватил её за шею и пихнул на спину. Девушка упала с испугом в глазах и это меня остановило. Нет. Я не насильник. Я хотел её, да. Хотел видеть её под собой, но не таким образом.

– Слушай меня внимательно, Нина. Я не знаю, каким образом ты урвала этот бизнес. Не знаю, что тебе для этого пришлось сделать. Но я хочу, чтобы ты уяснила раз и навсегда – вокруг тебя взрослые дяди с большими членами и если ты не успокоишь, то расплачиваться будет очень больно. Думай о каждом своём слове и шаге, малышка. Милого личика мало, чтобы уладить некоторые вопросы. А своими выкрутасами ты только хуже делаешь.

Она прищурилась и снова села на кровати. Вся моя злость на неё в один миг улетучилась, стоило мне только пройтись взглядом по ровным ножкам.

– Это угроза?

Идиотка. Я устало усмехнулся.

– Это совет, дура.

Она снова встала на колени передо мной, и взгляд светло-карих глаз остановился на моих губах.

– Катись со своими советами в ад, Захаров. Сегодня я хотела получить от тебя только одно, и ты с этим не справился. А если ты облажался в постели, то и советы твои не стоят и цента.

Я хмыкнул.

– Когда что-то настолько доступно, что даже усилий прилагать не приходится, достаточно лишь удовлетворить свою потребность.

Её щёки запылали от гнева, а я развернулся и ретировался, пока не получил ещё одну порцию ударов по лицу. Меня забавляла её реакция. Молоденькая, глупенькая. Она язвительна на язычок, но яда хватает ненадолго. Однако признание, что ей от меня нужен был только секс, и она в нём разочаровалась, дали хороший эффект. На душе было паршиво. Я сам всё испортил, а теперь и вовсе добил. Рядом с ней мне трудно было сохранять ясную голову. Думал, это пройдёт, как только удовлетворю себя жалким перепихоном с ней, не заботясь о чьих-то нуждах, но я ошибался. Девчонка прочно засела в моих мыслях, и я не понимал почему. Да, она молода, формы шикарны, её чарующий голос срывал колпак, но этого мало. Почему я на ней так зациклен?

Спустившись снова вниз, заказал водку и стал наблюдать за происходящим вокруг. Корпоратив медленно, но верно из вертикального переходил в горизонтальное положение. А чего я, собственно, ожидал, если сам не так давно сжимал ягодицы Нины? И хотел испытать это снова. Услышать её стоны и крики. Почувствовать ещё раз вкус её полных податливых губ.

– Повтори, – и бармен налил ещё рюмку.

Нина. Я до сих пор чувствовал её кожу ладонями и слышал стоны вместо музыки. Как она выгибалась… Шептала и кричала моё имя… Какой же я всё-таки олень. Ведь могло бы сложиться иначе, не действуй я сгоряча. Может, если с ней всего лишь поговорить, образумить. Она ещё так молода. Вся жизнь впереди. И если она будет столь легкомысленно относиться к своему делу, её убьют. И я не смогу помочь.

Выпив залпом водку, стукнул рюмкой по стойки.

– Повтори.

Хотел надраться так, чтобы меня потом тащили до дому, но опьянения нет. Откуда-то справа завопили девчонки из бухгалтерии, поздравляя меня с днём не моего рождения. Отсалютовал им и проглотил залпом жидкость. А потом ещё одну и ещё. А в голове только её имя. Нина. Нина. Нина. Я такой идиот. Прости меня. Но не простит. Даже простая девушка такого не простила бы, с чего это делать Фризер?

Наверное, так будет лучше. Я простой мент. Она владелица стрип-клуба для богатеньких ублюдков. Даже при всём желании из этого ничего бы не вышло. Лучше пусть она будет меня ненавидеть, чем я буду знать, что в любой момент могу явиться к ней, получить свою порцию удовольствия.