Чтение онлайн

— Разве я не упомянул о том, что сэр Уэрин де Депайфер заперт в амбаре Глеверина? — сказал Рейф, обращаясь к притихшим мужчинам.

Лорд Хейдон вздрогнул, и скамья под ним заскрипела. Представитель графини поспешно приблизился к епископу, как будто собирался защитить прелата от нападения. А мужчины, стоявшие у кресла, склонили головы, словно в молитве. Изумленная такой странной реакцией присутствовавших, Кейт с тревогой вглядывалась в их лица. Неужели они хотели защитить ее отца? Не может быть .. Тут Рейф взглянул на нее с едва заметной улыбкой, и ей почему-то вспомнился разговор с Эмис — подруга говорила о том, что многие недовольны королем и хотят обуздать его. Только теперь Кейт поняла: этих людей пугала не вражда между лордом Бэготом и Годсолами — нет. они боялись, что спор по поводу ее брака может перерасти в серьезные распри, которые в конце концов выльются в мятеж против короля Англии. Ошеломленная своим открытием, Кейт смотрела на мужа широко раскрытыми глазами. Неужели он решил воспользоваться ситуацией и заставить этих людей признать их брак действительным? Заметив, что Кэтрин все поняла, Рейф снова улыбнулся ей. О, значит, он в самом деле отважился на этот шаг. Кейт была готова упасть в обморок от страха или закричать. Наконец, взяв себя в руки, она стала внимательно разглядывать окружавших ее мужчин. И вдруг поняла, что все эти люди готовы пойти на уступку — правда, лишь в том случае, если они с Рейфом проявят осторожность и будут хорошо играть свои роли.

— Выслушайте мою жену. Послушайте ее рассказ, милорд, — сказал Рейф, повернувшись к прелату.

— Нет! — выкрикнул лорд Бэгот.

Не обратив на него внимания, епископ снова сел в кресло и, нахмурившись, посмотрел на Кэтрин. Было совершенно очевидно: он знал, на какие уловки способен Рейф, и ему это очень не нравилось.

Епископ какое-то время молчал, затем проговорил:

— Леди де Фрейзни, подойдите ко мне и расскажите, как вы стали пленницей управителя лорда Бэгота, а потом — женой злейшего врага вашего отца.

Бросив взгляд на мужа, Кэтрин направилась к епископу Роберту. «Господи, помоги нам, помоги…» — думала она, приближаясь к креслу прелата. И тут Кейт вдруг почувствовала, что ей хочется стоять рядом с мужем; причем это желание было столь велико, что она поспешила к нему. Увидев, где дочь намеревается стать, лорд Бэгот бросил на нее гневный взгляд, но это только заставило Кейт ускорить шаг. Ей хотелось, чтобы между ней и отцом находился Рейф. Она остановилась по левую руку от мужа и посмотрела ему в лицо. Рейф нахмурился, заметив страх в ее глазах. Он едва заметно покачал головой, как бы говоря: «Нет причины для беспокойства». Кейт тяжко вздохнула. Нет причины? Видимо, он еще недостаточно хорошо знает ее и не понимает, что она не обладает даром красноречия. Их постигнет неудача, потому что она не умеет говорить так, как он. Епископ пристально посмотрел на нее и сказал:

— Я слушаю вас, миледи.

Нервы Кейт были напряжены до предела. Она понимала, что находится в весьма затруднительном положении. Как объяснить свои поступки, не упомянув о турнире, где она стала свидетельницей того, как ее отец снял предохранительный колпак с копья Уэрина? Ее рассказ будет выглядеть ужасно путаным, если не касаться темы, которой все опасались — опасались, потому что распри по этому поводу могли привести к нарушению хрупкого мира. Пресвятая Дева Мария, помоги, ведь потом будут обвинять ее, если начнется война.

— Милорд, боюсь, все это произошло из-за меня… — заговорила Кейт и тут же умолкла.

Пауза затягивалась, и епископ, не выдержав, сказал:

— Продолжайте, миледи.

Немного успокоившись, Кэтрин решила начать рассказ с середины — не упоминая о своем глупом увлечении Уэрином.

— Видите ли, милорд, — проговорила она, — я очень огорчилась из-за того, что произошло на турнире.

Мужчины встревожились, зароптали, и Рейф снова нахмурился — жена очень уж близко подошла к запретной теме. Кейт невольно поежилась. В другой ситуации такая реакция мужчин могла бы позабавить ее, но сейчас опасность была слишком велика — все эти люди ужасно боялись правды. И тут она вдруг подумала' «А ведь они в какой-то степени зависят от меня… И даже немного боятся меня». Эта мысль вызвала у Кейт ощущение собственной значительности, и она, тотчас же приободрившись, вновь заговорила:

— Я только хотела сказать, что нелепая случайность породила слишком много гнева и ненависти.

Все тотчас же облегченно вздохнули, и Кейт, мысленно улыбнувшись, продолжала:

— Когда кончился пир, отец позволил мне присоединиться к женщинам в саду. У дверей зала, я получила сообщение от Уэрина, который просил меня встретиться с ним за стенами замка, перед тем как он уедет в монастырь.

— За стенами замка? — переспросил лорд Бэгот — Какая женщина могла согласиться на встречу с мужчиной без сопровождения, да еще вне стен замка? И кроме того, что позволило моему управителю убедить тебя согласиться?

Бэгот пристально посмотрел на дочь, и Кэтрин досадливо поморщилась. Ей было ясно: отец нисколько не беспокоился за ее репутацию — он думал лишь о том, как бы вернуть Глеверин. Поэтому и пытался опорочить ее — полагал, что таким образом сумеет добиться своего.

Тут Кейт снова вспомнила о том, что отец пытался убить Рейфа, и сердце ее наполнилось холодом. Нет, этот человек не заслуживал сочувствия, и она не намерена расплачиваться за его грехи.

Глядя в лицо епископа, Кейт проговорила:

— Милорд, мы с сэром Уэрином несколько раз беседовали в Бэготе, так как подобное невозможно исключить, когда люди живут под одной крышей. Но разумеется, мы никогда не говорили без свидетелей, — добавила Кейт.

И это было правдой — в Бэготе они никогда не оставались наедине.

— Что же касается наших разговоров, — продолжала Кэтрин, предвосхищая следующий вопрос, который мог задать ее отец, — то мы обменивались только обычными любезностями. А если вас, милорды, интересует, почему я покинула стены замка Хейдон, то должна сказать: я вполне доверяла сэру Уэрину, так как он являлся управителем моего отца. Сэр Уэрин просил о встрече, чтобы объяснить мне, что он ни в чем не виноват и что его напрасно обвиняют… Не имея оснований сомневаться в его добрых намерениях, я пошла на эту встречу. — Кэтрин ненадолго умолкла и обвела взглядом слушавших ее мужчин. Потом вновь заговорила: — Поверьте, милорды, в этот момент я думала только о том, чтобы успокоить уважаемого и заслуживающего доверия управителя, которого, по-моему, наказали слишком сурово за нелепую случайность.

Кэтрин почувствовала, что краснеет. «Интересно, — думала она, — что сказали бы эти люди, если бы я сейчас заявила, что пошла на встречу с Уэрином с одной только целью — сообщить ему по секрету, что стала свидетельницей злодеяния моего отца?» Однако Кейт прекрасно понимала: подобное признание могло дорого обойтись ей. Сделав глубокий вдох, она продолжала:

— Так вот, милорды, поэтому я и сказала, что все произошло из-за меня. Вернее, из-за моей глупости. Мой отец справедливо заметил, что мне следовало попросить служанку или какого-нибудь мужчину сопровождать меня. Адела де Фрейзни учила меня этому, но я поступила иначе, потому что все были враждебно настроены по отношению к сэру Уэрину — никто не захотел бы сопровождать меня. А я считала своим долгом встретиться с ним, поэтому пошла одна.

Кэтрин снова обвела взглядом мужчин и заметила, что некоторые из них смотрят на нее с осуждением.

— Как вам удалось незаметно покинуть замок, миледи? — спросил лорд Хейдон. — Видит Бог, мои люди хорошо охраняют все входы и выходы.

Суровый взгляд лорда Хейдона свидетельствовал о том, что красивый привратник получит по заслугам, а Кейт не могла этого допустить.

Немного помедлив, она ответила:

— Я вышла во двор, милорд, и обнаружила, что слуги танцуют под музыку, доносившуюся из сада. Притаившись, я ждала возможности улизнуть без ведома привратника. А когда уже начала думать, что мне не удастся это сделать, вдруг заметила, что его внимание отвлеклось на танцующих. В этот момент я и проскользнула мимо него.

— О Боже! — воскликнул лорд Бэгот. — Мне стыдно называть тебя своей дочерью. Ни одна порядочная женщина никогда бы не решилась на такое, а ты говоришь об этом так легко, словно проделывала подобное не в первый раз.

— Помолчите, Бэгот. — Епископ нахмурился. — Здесь не церковный суд, чтобы обсуждать нравы вашей дочери. Я хочу знать только одно: как она оказалась пленницей вашего управителя? А миледи, отвечая на мой вопрос, должна сознавать, что все сказанное ею может быть использовано против нее. — Снова повернувшись к Кейт, епископ спросил: — Когда вы встретились с сэром Уэрином, он захватил вас в плен, не так ли?