Чтение онлайн

— ТЮБИКА ЗУБНОЙ ПАСТЫ? — пробормотал Гай и замолк окончательно.

Ханнасайд аккуратно сложил листки и засунул в карман пиджака. И тут миссис Мэтьюс прошептала:

— Это значит, что убить мог любой…

— А вот я так не думаю, — с иезуитской усмешкой ответил ей Ханнасайд.

Но миссис Мэтьюс тут уж прорвало. Она поняла, что теперь обвинения против нее уже не столь весомы…

— Подумать только, ввести яд в зубную пасту! И как аккуратно это надо было сделать! Конечно, суперинтендант, я понимаю, что ваш долг — подозревать каждого, и вам вообще-то не позавидуешь! Боже мой, тюбик зубной пасты! А ввести яд туда можно было шприцем, да, наверное, шприцем… Но я сомневаюсь, чтобы у кого-нибудь в этом доме была такая штука!

Гай сделал нетерпеливый жест, прося ее помолчать, и сам спросил Ханнасайда:

— А вы можете сказать нам, как это было сделано?

— Пожалуйста, — кивнул Ханнасайд. — Яд был введен именно таким образом, который только что описала ваша мать. С помощью шприца. Никотин был введен через прокол в хвосте тюбика, примерно в середину. В пасте на донышке тюбика никотина нет, очевидно, его не было и в самом начале.

— Вот это да, — встряхнул головой Гай. — Хитро… И значит, это могло быть сделано когда угодно и кем угодно? Значит, тетя Гарриет несколько дней сама продвигала по этому чертовому тюбику свою смерть… Жуть!

— Это просто ужасно, — прошептала Стелла. — Какое дьявольское убийство…

— Так значит, суперинтендант, это убийство могло быть совершено в любой момент? — сказала миссис Мэтьюс.

— Да, верно, но только НЕ ЛЮБЫМ ЧЕЛОВЕКОМ… — отвечал Ханнасайд с холодной улыбкой.

Она взмахнула руками, явно выходя из своей всегдашней роли:

— Всякий, кто бывал в этом доме, мог сделать это!

— Вероятно, — согласился Ханнасайд. — Но далеко не у всех были мотивы для убийства мисс Гарриет.

— О, мистер Ханнасайд! — Миссис Мэтьюс скорбно покачала головой. — Неужели мы знаем что-нибудь о жизни другого человека? Это — загадка… Ведь даже я, которая столько лет жила со своей золовкой бок о бок, и то не могу сказать, были ли у нее недоброжелатели или просто враги! Она была странной, очень эксцентричной женщиной. Я часто думала, не было ли чего-то такого в ее прежней жизни, что могло бы…

— Но если вы, живя с ней, как говорите, столько лет вместе, мало что знали о тайнах ее прошлого, то скорее всего никаких тайн просто нет? — резонно заметил на это Ханнасайд с оттенком презрения в голосе. — И обнаружение того факта, что яд был введен через зубную пасту, уверяю вас, никоим образом не расширяет круг подозреваемых.

— Что за кошмар! — вдруг закричала Стелла. — Вы пытаете нас тем, чего мы не знаем и знать не можем! Не дергай меня, мама, погоди… Что вы пристали к нам?! Может быть, тетя Гарриет что-то знала — и ее убили именно из-за этого! В конце концов, у вас же был подозреваемый, тот человек, с такой гадской фамилией…

— Ну, кто именно? — подстегнул ее Ханнасайд с некоторой издевкой.

— Да не знаю я, не помню! — крикнула она в бешенстве. — Но почему бы вам не заняться своими прямыми обязанностями и постараться найти его? Может быть, тетя Гарриет что-то знала о нем! Вы же ничего не знаете, а пытаетесь учить нас жизни! Вы же не знаете, как тетя Гарриет была на ножах с дядей! Она его просто ненавидела! Может быть, у нее созрел план убийства Грегори и она поручила его… Ладно, я понимаю, что это слишком далеко идущие предположения, но то же самое — ваши подозрения в отношении мамы! Неужели, по-вашему, она могла хладнокровно, используя всякие там шприцы или тюбики, сделать это только для того, чтобы единолично владеть этим паршивым домом?! Да будь он проклят, и если уж вы настолько глупы, что думаете так, то у меня было не меньше мотивов!

— И у меня, — добавил Гай. — Покруче даже, чем у Стеллы.

— Нет, ты-то здесь при чем? — огрызнулась сестра. — Ты единственный из всей семьи ее любил! Не ври. Она тебя тоже любила. Причем больше прочих…

— И оставила мне деньги по наследству, — заметил Гай. — Я мог ее убить из-за этих денег.

— Да тебе же эти деньги были не нужны! Суперинтендант, все это полная чепуха насчет наследства тети Гарриет! У нее были буквально гроши… И теперь, когда дядя Грегори умер, Гай ведь может свободно распоряжаться тем капиталом, который у него был… — Стелла осеклась в ужасе, понимая ошибку, и попыталась ее выправить: — Нет, нет, я хотела только сказать, что…

Дверь распахнулась, и веселый голос произнес:

— Какое трогательное единение! Как приятно видеть семейство в таком сердечном согласии, пусть даже за счет нескольких выведенных из игры его членов! И как хорошо, что здесь же и милейший суперинтендант, по которому за одни только сутки я уже успел соскучиться!

— Ох, Рэндалл, это ты… — прошептала Стелла, бросаясь к нему и прижимаясь к его плечу…

Рэндалл положил свою руку на ладошку Стеллы, но только чтобы аккуратно отцепить ее от своего рукава.

— Милая моя, все-таки ты могла бы подумать о целостности моего наряда, о его, так сказать, концептуальном единстве… Надевать ТАКОЙ костюм, чтобы его закапали слезами, было бы по меньшей мере странно… Итак, что здесь происходит и почему моя любимая кузина плачет? — Рэндалл обвел взглядом присутствующих и остановился на Ханнасайде. — Вы обвиняете ее в убийстве, суперинтендант?

— Нет, — сказал Ханнасайд, слегка тушуясь.

— Вы лучше сознайтесь, — сказал Рэндалл. — Если даже обвиняли — ничего, вам простится. И потом, я вижу воочию, у вас есть какие-то новости, которые так и распирают вашу широкую честную грудь. Поделитесь же ими со мной!

— Полиция выяснила, куда был добавлен яд, — угрюмо сказал Гай.

— Неужто? Наконец-то! Не прошло и года! И куда же он был добавлен? — игриво спросил Рэндалл.

— В тюбик зубной пасты, — сказал Гай.

Рэндалл усадил Стеллу в кресло, причем явно больше интересовался этим процессом, а не сногсшибательным заявлением Гая.

— Ага, — сказал он. — Неужели? Какой изощренный ум действовал в данном случае! Нет, это явно не мог быть ни один из членов моей семьи.

— Я думаю кое о чем другом, — медленно сказал Гай, не обратив внимания на шпильку.

— О чем же?

— Возможно, тетя Гарриет что-то знала о том человеке, как бишь его фамилия, который подозревается в убийстве дяди Грегори. Она могла знать слишком много, и ее решили убрать…

— Отлично придумано! — воскликнул Рэндалл с легкой ухмылкой. — И следовательно, тетя Гарриет унесла эту тайну в могилу… Фу, как пошло звучит…

— Это вовсе не смешно, Рэндалл, — крикнул Гай.

— Конечно. Это вызывает у меня животный страх, — кивнул Рэндалл.

— Неужели ты не можешь хоть о чем-то говорить серьезно?

Стелла решила, что пора вмешаться:

— Послушай, Рэндалл, неужели ты нам не расскажешь того, что тебе удалось узнать обо всем этом деле? О том, чего мы не знаем?

Рэндалл посмотрел на нее сверху вниз и улыбнулся:

— О чем-то таинственном в жизни тети Гарриет? Бог с тобой, успокойся, милая, о чем ты говоришь!

Тут в комнату вошла миссис Лаптон, быстро и решительно огляделась и заметила:

— Ну что ж, так я и думала!

— Любопытно, — сказал Рэндалл. — Так как же вы думали?