Никто, кроме тебя...
Шрифт:
Парень даже не шелохнулся.
– Понятно!.. – Аля с досадой скрипнула зубами: нашла, с кем связаться! Гордо отвернувшись, она прислонила брёвнышко к стене и проверила его на устойчивость.
– Так!.. – наблюдавший это Артур, за шиворот вернул её на место, – Больше ты ничего не придумала?..
Попытка высвободиться из его рук успехом не увенчалась. Шуметь было рискованно, а любое движение причиняло боль. Аля перестала геройствовать.
– Помоги мне, пожалуйста!.. Понимаешь, я под домашним арестом...- хорошо, хоть в темноте не видно, как в краску от стыда бросило, -....а тут всё так получилось…
Парень измерил взглядом высоту до подоконника.
– Ну, предположим, сейчас тебе удастся этот трюк… А потом? Как ты объясняться будешь, что с тобой стряслось? Скажешь – с кровати во сне упала?
– Потом я что-нибудь придумаю.
Артур покачал головой.
– Мы так не договаривались!
– А мы вообще ни о чём не договаривались!.. – раздражённо перебила его Алина. Она наконец сумела высвободиться и, привстав на цыпочки, дотянулась до подоконника.
Приоткрывшаяся оконная рама обо что-то глухо стукнулась. Аля замерла. Переждав несколько секунд, отошла назад и вгляделась в тёмный прямоугольник стекла: на подоконнике во всём величии красовался её любимый фикус, и сдвинуть его с места, не подняв при этом на уши весь дом, шансов не было.
====== Глава 34. Ко всему привыкший дядя ======
И вдруг в окне её спальни вспыхнул свет.
– Вот чёрт!..– Алина лихорадочно соображала, что делать дальше.
– Всё тайное рано или поздно становится палевом!..- констатировал Артур, – Похоже, тебя рассекретили.
– Он меня убьёт… – прошептала она внезапно севшим голосом.
– «Он» – это ко всему привыкший дядя?
Аля уныло кивнула. Парень повернул её лицом к свету и аккуратно вытер следы от слёз.
– Я так не думаю! Согласно клятве Гиппократа, сначала ему придётся оказать тебе неотложную помощь.
– Значит убьёт потом...
Яркий свет фонаря залил террасу. Они оглянулись. Девочка судорожно проглотила подступивший к горлу ком: у порога, скрестив руки на груди, стоял Сергей, и по выражению его лица было понятно – за внешним спокойствием зреет что-то страшное!
– Держись, непцан!.. – издевательски шепнул Артур и, подхватив под руку, повёл её к дому.
– Не вздумай сказать, как всё случилось!.. – сквозь зубы прошипела она.
– А то – что?.. – по голосу слышно – улыбается.
Аля в отчаянии кусала губы: хоть бы не разреветься сейчас. От предвкушения грядущего светопреставления, даже боль отходила на второй план. И вдруг...
– Доброй ночи, Сергей Александрович! – в спокойном голосе её провожатого сквозила откровенная ирония, – А вот и мы!..
– Артур?..– явно удивлённый, Сергей пожал ему руку. Потом смерил обоих подозрительным взглядом, – …И как я должен это понимать?
Вот тебе и раз!.. Алина с досадой отпихнула поддерживающую её ладонь.
– Он просто подвёз меня до дома!.. – она метнула на парня свирепый взгляд, – Спасибо! – и, проскользнув мимо дяди, уже собиралась слинять в свою комнату.
– …Далеко не уходи, с тобой будет отдельный разговор!.. – прозвучало вслед жёсткое предупреждение, – …И откуда же ты её подвёз?..
Затаив дыхание, девочка прислушалась, но до неё доносились лишь неразборчивые обрывки фраз. Постепенно голоса отдалились, послышался звук отъезжающей машины.
Алина шмыгнула на кухню и, забравшись на диван, с замиранием сердца ждала возмездия. Не решаясь взглянуть на остановившегося в дверях Сергея, нервно листала пультом каналы телевизора. Он молча выдернул из розетки шнур. Экран негромко щёлкнул и потух.
– Ты ничего не хочешь мне сказать? – один и тот же вопрос на все случаи жизни!
– Нет, – упрямо избегая его взгляда, ответила девочка.
– Почему в таком виде?
Аля покосилась на свою перепачканную кровью одежду.
– Упала.
– Откуда?
– Со скейта.
– Со скейта, говоришь?.. – разглядывая её потрёпанный прикид, Сергей подозрительно прищурился. О том, что читал дневник, сообщать не стал, решил взять «на понт», – А что ж от тебя бензином так разит?
Девочка растерялась. Вразумительного ответа, конечно же, не последовало. Промямлив что-то нечленораздельное, замолчала. Молчал и он, изучая её ледяным взглядом. Несколько секунд тишины показались вечностью.
– Ну, если вопросов больше нет, может быть, я пойду? – призвав на помощь всю свою наглость, заявила она. С грохотом придвинутый к дивану обеденный стол отрезал путь к отступлению. Девочка подняла испуганный взгляд. Лицо напротив красноречиво говорило– шуток не будет.
– Руку на стол! – тон резкий, не терпящий возражений.
“Сдал-таки, козёл!” – помянув Артура нелестным словом, Аля отложила пульт в сторону и демонстративно растопырила пальцы.
– Ты, прямо, как мент!..
Крёстный пропустил реплику мимо ушей.
– Другую руку!
Поёжилась под свирепым взглядом, но подчинилась. Сбросила накинутую на плечи ветровку. А саму вдруг такой колотун разобрал, что зубы степ отбивать начали. Сергей размотал компрессионный бинт, не обращая внимания на жалобные повизгивания, прощупал распухший локоть, потом достал из морозильника кубики льда и пересыпал их в пакет.
– А теперь ответь мне, за каким тебе приспичило переться посреди ночи неизвестно куда?
– Что толку объяснять – всё равно не поймёшь, – отведя взгляд в сторону, горько усмехнулась Алина.
– А ты всё же постарайся!.. – его широкоплечая фигура нависла над ней во весь свой яростный рост, – Ну же, я слушаю! Ради чего ты всё это устроила? Пыталась доказать, что ты взрослая и независимая?.. Так вот он, результат!..
– Мне надо было кое-что выяснить, – пробормотала девочка, – …А это… – судорожно вздохнув, она покосилась на свою покалеченную руку, -...это всего лишь досадная случайность.
– Ах, вот как! Значит, для выяснения отношений дня уже не достаточно? – сдвинув стол в сторону, Сергей сел рядом. Сильные пальцы обхватили и без того ноющий локоть. – Не дёргайся!..
– Мне больно… очень!.. – прерывисто дыша, залепетала Аля.
– Да неужели?.. – с безжалостным сарказмом парировал он, – Терпи! Это всего лишь досадная случайность!..
– ...Ты мне мстишь! – само собой вырвалось, – Издеваешься!
– Ого! – темная бровь удивлённо взметнулась вверх, – ...Конечно мщу! За все свои бессонные ночи!..
Её отчаянные попытки высвободиться не увенчались успехом. Скопившийся внутри ужас, выплеснулся наружу.
– Пожалуйста, пусти меня!..
Но он будто не слышал её воплей.