Никто не хотел убивать
Шрифт:
– Так он и не настаивал. Это я сама предложила. А он сказал, что мы совершаем большую ошибку. Так оно и оказалось. Оставь Стаса в покое.
– Но у меня договор с твоим Сашей.
– Откажись!
– И что мне за это будет? – с иронией спросил Губков.
– А ты от меня никогда ничего не получал?
– Было много интересного.
– Например, ты сказал мне, что Стас умер.
– Его воры искали, чтобы добить. Он должен был умереть для всех. И для тебя, и для родных.
– А может, только для меня? Чтобы я его не ждала?
– А ты бы его ждала?
– Ждала бы, – не совсем уверенно сказала она.
– Значит, я поступил подло?
– Ты сам так сказал. Оставь Стаса в покое!
– Твой Стас – убийца.
– А ты безгрешный?
– Нет, конечно.
– Тогда какие к нему претензии?
– Есть немножко.
– Оставь его в покое! – снова потребовала Женя.
– А если нет?
– Тогда ты меня больше не увидишь!
– Сильный аргумент.
– Это еще не все! – разошлась она. – Делай все, что только хочешь, но Стас должен получить свои деньги!
– Ух, ты!
– Я объявляю забастовку! – выдала женщина.
Губков посмотрел на нее так, как будто она забавно пошутила, но Женя взбунтовалась всерьез. Она поднялась, оделась, вышла из квартиры и громко хлопнула дверью.
Закрутилось колесо фортуны. Лиза растормошила Стаса, выпытала у него насчет денег, затем вышла на Женю. Оказывается, деньги действительно были у нее. Она согласилась вернуть двести тысяч и чуть ли не уговорила Стаса их принять. Но потом появился полковник Губков, и все пошло наперекосяк.
– Значит, денег не будет? – стиснув зубы, проговорил Басмач.
– Они или тюрьма. Вернее, отсидка вместо денег. Стасу это не нужно, – проговорила Лиза.
– Губков, значит?
– Губков.
– Поляк что-то про него говорил. Этот мент сейчас вместо Ясеня, да?
– Ну, может, быть. Стас сказал, что Губков очень опасный человек.
– Что еще сказал?
– Да, в принципе, ничего. Он что-то знает про него, но говорить не хочет.
– Раскрути.
– Пыталась.
– Откуда Губков про деньги узнал?
– Женя могла заявить. – Лиза пожала плечами. – Только Стас в этом сомневается. Если бы было заявление, тогда его точно в наручники взяли бы. Приехал бы не Губков, кого-нибудь попроще прислали бы. А если муж ее? Он, ты знаешь, бизнесмен. Может, Губков его крыша?
– Ну да, если Беляхов двести штук в оборот пустил, без него их обратно не вытащишь. Женя к нему обратилась, а его жаба задушила, – вслух подумал Басмач. – Точно, так и было!
– И что теперь?
– Долги отдавать надо. Знаешь, что делают с теми, кто начинает упираться?
– Убивают, да?
– А Стас у нас по этой части профи. Он должен спросить с Беляхова.
– Шутишь? Стас и с мухи не спросит. – Лиза пренебрежительно усмехнулась.
– Это тебе так кажется. Да, Стас должен спросить. Он обязательно это сделает!
Басмач должен был забрать двести тысяч, сначала отбить их у Беляхова, а потом заняться процентами. Он знал, с чего начать.
Глава 30
Семь. Восемь. Нет, на девятый раз Стаса не хватило. В принципе, можно было бы поднапрячься и подтянуться на перекладине еще раз, но зачем ему это нужно? Раньше он мог преодолевать себя, а теперь просто незачем выбиваться из сил, что-то кому-то доказывать. Какой в этом толк?
Стас мог спрыгнуть на землю, но был еще слабоват и боялся упасть. Поэтому сейчас он зацепится ногами за опорный столб, затем перенесет на него руки и аккуратно спустится вниз.
– В здоровом теле здоровый дух! – услышал он вдруг за спиной знакомый голос.
Руки разжались, и он спрыгнул на землю. Стас не хотел ударить перед Женей в грязь лицом, поэтому приземлился красиво. Его даже в сторону не повело, и ноги не отказали.
Он повернулся к Жене и сощурился от яркого света. Она сама по себе ослепительно красива, и солнце за ее спиной светило от всей души.
– Тренируешься? – спросила Женя, глядя на него.
Улыбка застыла на ее лице. Ну да, его полуголое тело не впечатлило ее. Руки слабые, худой до жути, от мускулатуры осталось одно воспоминание.
– Бедный! – Она провела рукой по шраму над селезенкой Стаса, затем коснулась рубца над пупком.
Оказывается, дело не в мускулатуре. Ее расстроили его шрамы, следы от воровских ножей и скальпелей хирурга.
Он потянулся к футболке, надел ее, но Женя все-таки успела коснуться шрама на левой руке. Это был след от пули Басмача.
– До свадьбы зажило. – Она вздохнула. – Только ее не было.
Они действительно собирались пожениться после того, как эта рана заживет. Как давно все это было! С ней, но не с ним.
– Мы предполагаем, а судьба располагает, – невесело сказал он.
– Да, располагает. Работаешь?
– Работаю.
Вчера он сменился, сегодня снова заступил на дежурство. Не самая престижная у него работа, но Стаса она и в самом деле устраивала.
– А камуфляж где? – спросила она, оценивающим взглядом рассматривая его.
– Да это необязательно.
– Ты изменился, – сказала Женя так, будто обращалась к самой себе. – Это хорошо. Нужно возвращаться к жизни.
– Я живу. – Он покачал головой. – У меня все нормально.
– Пошли, разговор есть.
Она увлекла его к машине, которая стояла за воротами. Сегодня утром, прежде чем идти на работу, Стас принял душ. На турнике он занимался не очень усердно, но все-таки немного взмок. Женя когда-то любила запах свежего пота.
Они сели в машину. Женя заблокировала дверцы, сунула руку под свое кресло, достала оттуда увесистый пакет и положила его ему на колени.
– Держи, здесь двести пятьдесят тысяч, – сказала она. – Это твое!
– Почему так много? – разволновался он.
– Пятьдесят – это проценты. На самом деле Беляхов заработал на этих деньгах гораздо больше, но спасибо ему хотя бы за это. К тебе приезжал Губков?
– Да. И еще подъедет.
– Нет. Я устроила Беляхову настоящую баню! – с гордостью сказала она. – Не думала я, что он такая сволочь!.. Губков его крыша, ты это понял?
– Понял.
– Я когда узнала, устроила настоящий скандал. Я ему все сказала. Не знаю, может, Беляхов меня и не простит.