Чтение онлайн

– И не иначе как в Итоне!

– Не знаю! Королевский колледж в Итоне – самое престижное и старейшее заведение только для мальчиков. А вдруг у меня будут девочки?

– Я даже не знала, что в Итоне учатся одни только мальчики.

– Итон называют инкубатором английских лордов или фабрикой джентльменов. Именно на преемственности формировалась каста итонских джентльменов. Там учат детей знатных и богатых родителей, а выпускают министров, дипломатов и писателей. Там учились Уильям Питт, Перси Шелли, Джордж Оруэлл, герцог Веллингтонский, Ян Флеминг, Тони Блэр, бывшие короли Непала и Сиама, принцы Уильям и Гарри и многие другие.

– Он тоже с тех седых веков ведет свою историю?

– Нет! Это учебное заведение более позднего времени. – Он погладил ее по плечу. – Учредил эту школу в 1440 году последний отпрыск Ланкастеров – король Генрих VI. Именно при нем началась Война Алой и Белой розы, которая после битвы у Сент-Олбанса в 1455 году завершилась воцарением на престол Тюдоров. Итонский колледж расположен к западу от Лондона, недалеко от Виндзора, в средневековом замке с замшелыми стенами и парапетами, – эдакий форт знаний. Но учиться там колледжерам было всегда крайне сложно. Британские аристократы знали, что делали. Их отпрыски всегда воспитывались в закрытых школах с суровыми

порядками: жесткая жизнь, большие нагрузки. Считается, что тяжелые условия и лишения закаляют характер. Делают его сильным и независимым. Из стен Итона всегда выходили и выходят настоящие мужики, которые веками держат в своих крепких руках великую империю, и никакие комплексы их не мучают. Как сказано в Библии, кто потакает младенцу – тот губит его.

– Но в наше время – и жесткие условия жизни, мне кажется, это по меньшей мере негуманно.

– Ты не права! Возьми Америку шестидесятых-семидесятых годов! Свобода, сытость, достоинство личности и культ индивидуального успеха этой самой личности породили целое поколение молодежи, которому некуда было приложить свои силы. Ничего не нужно было преодолевать, все было у них наготове. И вот тебе побочный эффект от такого готового изобилия, как отсутствие смысла жизни со всеми вытекающими последствиями в виде пьянства и наркомании. Нет, трудности в жизни должны быть, и именно их преодоление и закаляет характер. – Он замолчал, раздумывая над сказанным.

– А мой педагогический университет имени А. И. Герцена тоже старый, он образован в 1797 году и является кузницей высококвалифицированных педагогических кадров.

– У вас в кузнице, надеюсь, английский язык хорошо преподавали?

– Конечно, преподавали!

– Значит, мы можем с тобой поговорить и на английском, не так ли?

– Поговорить вряд ли получится. Я, как та собака из анекдота, все понимаю, а сказать мало чего могу. Я плохо знаю английский язык. Так, совсем немного…

– Вам же его преподавали? Ладно. Придется выучить, моя дорогая! Будем с тобой осваивать разговорную речь, тебе это понадобится, – безапелляционно заявил он Элле, прижимая ее к себе.

– Мои дети будут учиться дома, в России, – вздохнув, прошептала Элла.

– Не факт. Если твои дети будут нашими детьми, то не в России точно. – Он улыбнулся, прижимая ее к себе и целуя в губы.

С каждым новым поцелуем их дыхание учащалось, а кровь неслась по жилам с неимоверной скоростью. Между ними словно проскакивает электрический разряд, все пространство вокруг них электризуется. Его глаза стали непроницаемого темного цвета. Его руки продолжают ласкать ее тело,

и Элле уже не хватает воздуха, она уже не в силах пошевелиться – так завораживающе приятны его прикосновения.

– Я хочу познать тебя всю, и не только твое тело, но еще и твою душу, – тихо шепчет Майкл, нежно касаясь при этом ее губами.

И от этих нежных и мимолетных прикосновений становится нестерпимо жарко, и вновь в глубине тела зреет жгучее желание близости с ним. Ее тело моментально откликается на его откровенные ласки. Ожидание момента близости, когда тела сливаются в одном сумасшедшем порыве страсти, было таким сладостным. Он проникает в нее, и его восхитительное движение заставляет ее подчиниться ему. Она следует за ним, вовлекается в один ритм с ним. Они тонко чувствуют друг друга. Они достигают пика и вместе взрываются всепоглощающим оргазмом. Они продолжают лежать, тесно прижавшись друг к другу, и тяжело дышат при этом. Он нежно целует ее в шею. Его глаза полны нежности.

– Ты очень красивая, мне нравится заниматься с тобой любовью, и мне кажется, я начинаю потихоньку сходить с ума по тебе. Что ты со мной делаешь, Нора?

– Я занимаюсь ворожбой. Я хочу приворожить тебя! Навсегда! Боишься? – Она лукаво заглянула ему в глаза.

– Нет! – рассмеялся он, постепенно становясь серьезным. – Сама не пожалеешь? – Он пытливо смотрел в ее глаза.

– Нет! Не пожалею! Я хочу быть с тобой как можно дольше.

– Я тоже! Но завтра уже среда!

– Не напоминай, пожалуйста! Давай забудем о календаре, хотя бы на время!

– Согласен! Давай забудем на время. Я не хочу никуда от тебя уезжать!

– Майкл! Вот было бы здорово! Как жаль, что это невозможно…

– Я вернусь сюда еще.

– У тебя здесь опять будут дела?

– Не уверен! Я приеду к тебе, если ты захочешь.

В ответ она нежно обвила его шею руками.

– Милый, хороший мой, я уже этого хочу, я тебя буду ждать!

Глава 3

Они уснули, держа друг друга в объятиях. Их сон был крепким и счастливым. На сотовом телефоне Майкла сработал будильник. Он отчаянно звенел до тех пор, пока он его не выключил, и в комнате снова повисла тишина. Он поцеловал Эллу в висок, нежно провел рукой по ее волосам и, поднявшись, пошел в ванную. Холодная вода помогла ему разлепить глаза и согнать остатки сладкой неги. Они с Эллой катастрофически не высыпались две ночи подряд.

– Милая, просыпайся! Доброе утро! – Он сел на постель и принялся тормошить ее, нежно поглаживая и целуя.

– Утро добрым не бывает! – вяло прошептала Элла.

– Что? Это что, прикол такой? Так у вас в России говорят? – Он смеялся и продолжал ее ласково тормошить.

– Майкл, я уже встаю. – Она накинула халат и поплелась в ванную. Майкл тем временем заказывал завтрак в номер.

За завтраком они слушали новости. Закончились новости прогнозом погоды, в котором диктор в заключение сообщила: «В Мурманске сегодня облачно, температура днем плюс пятнадцать, ночью – плюс десять».

– Господи, вот несчастные! Летом, и такая погода совершенно несуразная.

– Нора, я забыл сказать тебе, в пятницу нас с тобой приглашают в гольф-клуб «Дюны». Ты согласна?

– Там нужно будет играть в гольф? Но я никогда не пробовала.

– Ты будешь учиться этому у тренера-профессионала, а я буду играть на игровом поле, мне обещали хорошего

партнера.

– Майкл, а мы там долго будем?

– Часов шесть вместе с дорогой. Если нам с тобой там понравится, мы сможем переночевать в отеле. Говорят, там неплохой отель. Возьми купальник с собой на всякий случай, если будет погода, можно будет позагорать. Клуб находится в тридцати восьми километрах от центра Петербурга, на берегу Финского залива. Пока будем ехать, я тебе много чего расскажу об игре в гольф, тебе будет полезно это узнать. Если тебе интересно, конечно.

– Майкл, мне интересно все, чем ты занимаешься или чем ты интересуешься. – Она обняла его за плечи и нежно потерлась щекой о его щеку.

– А лучше знаешь как сделаем? Ты мне задавай вопросы, а я тебе отвечу, если смогу. Идет? – продолжил он, обнимая ее за талию.

– Идет! Майкл, блин, надо мной там будут смеяться!

– Ну, что ты! Никто не будет смеяться, тебе самой будет смешно! – Он улыбнулся.

– Это, называется, ты меня успокоил.

– Ты будешь учиться на тренировочном поле, где ты пройдешь краткий курс игры в гольф. Там будут такие же новички, как и ты. Ничего страшного!