Никто не знает тебя
Шрифт:
Высокая и неимоверно худая, с короткой стрижкой ежиком, Пенни Лангфорд походила на генерала: во всем ее облике — от темно-карих глаз и смуглой кожи до пытливого, брошенного на Гретхен взгляда и слегка сжатого рта — сквозили профессионализм и уверенность.
Гретхен таких женщин не выносила: их нельзя было обвести вокруг пальца. Они всегда зрели в корень, всегда подмечали ее подлинную сущность.
Что же до Маркони, то Пенни Лангфорд ее очаровала. Гретхен не удивилась, но в груди ее шевельнулись досада и раздражение на обеих. На мгновение ей захотелось обольстить Пенни, привлечь ее внимание к собственной неповторимой персоне, но она удержалась. Ни к чему хорошему это не приведет. Доказано. Методом болезненных проб и ошибок.
Поэтому она отступила назад, притушила свой невероятный шарм — ее верную палочку-выручалочку при столкновении с людьми железной воли — и предоставила Маркони вручать их верительные грамоты.
Пенни пригласила их в кабинет — угловой, с огромными окнами на две стороны и чудесным видом на гавань. На диво роскошный для благотворительной организации.
— На красоте Клэр не экономила, — вздохнула Пенни.
Было в ее голосе, насыщенном эмоциональными оттенкам, что-то такое, чего Гретхен не сумела расшифровать. Тоску, однако, она уловила. Пенни искренне скорбела о начальнице.
— Ваш фонд не закроется? — спросила она, и Пенни одарила ее задумчивым взглядом. — Теперь, когда Клэр не стало?
— Клэр являлась основным нашим спонсором, в то время как мистер Кент не выказывал к фонду особого интереса, — ответила Пенни, получив от Гретхен дополнительные баллы за тактичность. — Конечно, у нас есть и другие щедрые дарители, однако даже с их помощью нам вряд ли удастся поддерживать прежний уровень.
— Она не оставила распоряжений на случай внезапной смерти?
— Клэр поговаривала об этом, — сообщила Пенни после секундного замешательства, — но до подписания бумаг дело так и не дошло.
— А если бы дошло?
— Тогда значительную часть ее огромного состояния получил бы наш благотворительный фонд, — сказала Пенни, посмотрев вначале на Маркони, потом на Гретхен.
Похоже, благодаря полицейскому значку Маркони внушала людям больший страх, чем Гретхен. Вот и славно.
— Но так как она не подписала никаких документов, эти деньги…
Гретхен осеклась, давая Пенни возможность закончить повисшую в воздухе фразу.
— …получил ее муж, — сухо отрезала Пенни, и Гретхен сразу догадалась, чем вызван ее нарочито безразличный тон: сам по себе ответ служил достаточно серьезным, хотя и неявным обвинением Рида.
— Кто-нибудь общался с вами после убийства Клэр? — поинтересовалась Гретхен и кожей почувствовала, как в бастионе недоверия, в котором замуровала себя Пенни, с тихим, как шепот, стуком приоткрылась дверка.
— Нет, никто.
К этому делу изначально отнеслись предвзято. Когда Виола стала главным подозреваемым в убийстве Клэр, порочный круг необъективности и предубежденности начал сужаться вокруг нее с угрожающей быстротой, пока ни у кого не осталось ни малейших сомнений в ее виновности. Пока допущение не превратилось в вывод — однозначный и бесповоротный.
Маркони вытянула шею, явно намереваясь выведать у Пенни, нет ли у нее каких-нибудь догадок о причастности к убийству Клэр ее мужа, Рида Кента, но трезвомыслящая и невероятно спокойная Гретхен не дала ей раскрыть и рта.
Несмотря на всю свою осторожность, Пенни, по мнению Гретхен, отличалась прямодушным и бескомпромиссным нравом, а таких людей неудобными вопросами не запугать.
— Как вы думаете, что случилось той ночью? — спросила она, перебивая Маркони. — Той ночью, когда умерла Клэр?
— Вы хотите сказать — той ночью, когда ее убили?
Пенни смерила Гретхен долгим пытливым взглядом. Гретхен кивнула:
— Вы ведь не считаете Виолу виновной?
Пенни откинулась на спинку кресла, и только тут Гретхен сообразила, в каком напряжении находилась ее собеседница все это время, с какой тщательностью и осмотрительностью она готовилась к словесной баталии. На секунду эмоции, сквозившие в ее голосе, отразились на ее лице, Пенни вздохнула и вновь нацепила личину сдержанности и самообладания:
— В том-то и дело, что считаю. Да, я считаю эту девочку способной на убийство. Я с ней встречалась.
Все трое обменялись взглядами, и Пенни, предваряя их закономерный вопрос, подняла руку:
— Но я также считаю, что у Рида Кента кишка тонка, чтобы совершить нечто подобное.
— Почему?
— Вы с ним общались? — Пенни склонила голову набок.
— Немного.
Пенни, подыскивая слова, задумчиво прикусила нижнюю губу:
— Он любит изображать из себя жертву.
Неожиданный поворот.
— Это как? — удивилась Гретхен.
— Клэр возненавидела бы меня за это, — пробормотала себе под нос Пенни и выпрямила спину. — Но Клэр мертва.
Гретхен и Маркони кивнули в унисон, хотя утверждение носило скорее риторический характер.
— Клэр почти не говорила о нем, — окрепшим голосом произнесла Пенни, — но незадолго до ее кончины мы задержались на работе и решили выпить по бокалу вина. Тут-то Клэр и понесло.
— О Риде?
— Я понимаю, что субъективна: в таких ситуациях полагается выслушивать обе конфликтующие стороны, чтобы судить, но — да, о нем. Она жаловалась, что Виола отбилась от рук, а Рид не желает этого признавать. Что на все ее просьбы сходить к семейному психологу, съездить в отпуск, уединиться где-нибудь вдвоем и спокойно обо всем поразмыслить — в общем, сделать хоть что-нибудь — он отвечает неизменным отказом. И не хочет работать над их пошатнувшимися отношениями.
— Она выдвинула ему ультиматум?
— Нет. Но, полагаю, собиралась.
— Значит, по вашему мнению, их брак трещал по швам?
Слова Пенни почти один в один совпадали со словами Деклана. Странно, что желтая пресса Бостона до сих пор не запестрела сенсационными заголовками о дышавшем на ладан брачном союзе Кентов.
— У Рида был иной, отличный от Клэр, взгляд на происходящее, — пояснила Пенни, едва заметно приподняв плечи. — Все, что она говорила, он воспринимал в штыки, обижался на нее, не верил ни единому ее слову. А под конец и вовсе превратился в мрачного и скрытного тихушника.
Не дожидаясь дополнительных вопросов, Пенни добавила:
— Клэр опасалась, что он завел интрижку.
— А он завел?
— Как только я спросила об этом, Клэр прекратила разговоры о муже. Наверное, я ее смутила. Я решила не настаивать и увела разговор в сторону, а жаль.
Человек с более высоким, чем у Гретхен, уровнем эмоционального интеллекта утешил бы Пенни какой-нибудь банальщиной, но Гретхен не стала даже пытаться. Бесполезно. Ее скромные потуги лишь усугубят неловкость.