Чтение онлайн

Уни и строительство пирамиды Меренра. «Затем его величество послал меня в Ибхат [176] , чтобы я привез оттуда саркофаг с крышкой, а также верхушку для пирамиды царя Меренра. И его величество послал меня на остров Элефантина, чтобы я привез оттуда гранитную дверь и жертвеннники, а также плиты для верхней камеры пирамиды царя Меренра. Я отплыл оттуда на Север, к пирамиде Меренра, с шестью грузовыми судами, тремя плотами и тремя лодками в восемь фатомов [177] . Никогда еще, ни при одном царе такая внушительная экспедиция не отправлялась в Ибхат или Элефантину. Я сделал все, что приказал мне его величество.

Фараон послал меня в Хатнуб [178] и повелел привезти оттуда большой жертвенник из Хатнубского камня. Я привез ему этот саркофаг через семнадцать дней, [после того как] он был высечен в Хатнубе. Я погрузил саркофаг на судно, специально построенное мною из ствола акации, и отплыл на Север. Длина судна составляла 60 локтей, а ширина – 30 локтей, и построено оно было за семнадцать дней в третий месяц лета. И хотя Пороги [179] были маловодны, я успешно справился с задачей и пристал к берегу у гробницы царя. Все было выполнено в соответствии с божественным повелением его величества.

Затем его величество повелел мне прорыть пять каналов в Верхнем Египте и построить три грузовых судна и четыре плота из дерева акации, что растет в стране Уауат. Поскольку наместники чужих стран приготовили древесину, я сделал все за один год, спустил суда на воду и нагрузил их гранитными блоками для гробницы царя. Воистину, я сберег [время] для дворца, посредством строительства пяти каналов, в этом моя заслуга. Все было исполнено в соответствии с божественным повелением Ка царя (?)».

Заключение. «И вот я, любимый слуга его отца, осыпанный похвалами его матери, я, деятельный Наместник Верхнего Египта, Имаху Осириса, Уни».

Ни один комментарий не скажет больше, чем этот простой текст с биографией Уни, наиболее сохранный текст Древнего Египта. Он хорошо отражает деспотичность и капризность осуществляющих власть. Царь управлял страной с помощью достойных доверия слуг, научившихся справляться с любыми трудностями и демонстрировать незаурядную инициативу в любой сфере даже во времена, когда управление страной практически перешло в руки корпуса чиновников и уже не являлось привилегией царской семьи. Если власть царя была столь всеобъемлющей к середине VI династии, то какой же она была при IV и V династиях, когда члены царской семьи занимали все ключевые посты в государстве?

Родственники царя, придворные и чиновники высокого ранга пользовались, как мы уже видели, привилегиями, описывая которые они говорили «Я – Имаху Царя». Не думаю, что это слово имеет то туманное значение «сановник», которое ему приписывают. Действительно, значение этого термина несколько расширилось вследствие неумолимого бега времени и социальной эволюции, так что начиная с XII династии мы можем с уверенностью переводить его как «вассал» или «приверженец» царя или бога. Однако в эпоху Древнего царства это слово имело вполне определенное значение. Оно конкретно означало привилегированный статус личности по отношению к царю и богам. Оно означало человека, который служит царю, будь то его сын, внук или друг. В награду за службу Имаху получал «милости царя». Эти привилегии состояли в ежедневном получении пищи, человек допускался к трапезе царя, или же ему позволялось извлекать выгоду из продовольственных запасов, хранившихся на царских складах. Также ему могла быть выделена земельная собственность, которая обеспечивала его пропитание.

Следовательно, Имаху – это nourris [180] , вассал, обеспечиваемый царем. Уместно вспомнить первобытные общества, в которых право на долю при распределении пищи определяло положение вассалов.

Вероятно, члены царской семьи и высокопоставленные чиновники являлись Имаху, ipso facto и по определению. Другие добивались этого завидного положения лишь к концу своей карьеры. Они становились Имаху уже в преклонных годах, буквально поседев на царской службе, – это те, чья служба при дворе подошла к концу и для кого Имаху становилось высшей наградой. Имаху придавалась такая значимость, что жрецы считали этот институт небесным, включив его в качестве составной части идеального сообщества богов. Когда царь прибывал на небо, он обретал права и обязательства Имаху по отношению к своему повелителю Ра, «подобно Гору, которому перешел дом отца его» (Тексты пирамид, § 1219).

Рис. 50. Эмблема Имаху. Знак отличия. Что означает этот предмет – неясно

Кроме того, привилегией Имаху в загробном мире пользовались родственники царя, его друзья и высокопоставленные чиновники. Биография Уни является примером таких заупокойных милостей. На закате своей карьеры от Пепи I он получил в дар гробницу с саркофагом и заупокойным храмом. Об этом же просил царя Сахуру его главный врач: «Да повелит твое Ка, о возлюбленный [Царь] Ра, чтобы мне дали каменную стелу для этой гробницы божественного Нижнего мира». Его величество велел привезти ему из Тура две стелы, которые поместили в гипостильный зал дворца Сахура. Для выполнения работы были приглашены два начальника работ и ремесленники, они должны были трудиться под надзором самого Царя. Камень прибывал каждый день. За рабочими, трудившимися во дворце, неусыпно наблюдали. Его величество повелел включить в число рабочих граверов (?), делавших надписи, и они писали [тексты] синим цветом. Затем фараон сказал своему врачу: «Так же верно, как то, что этот нос [выдыхает] здоровье, [мой нос], который любят боги, ты отправишься в Херт-Нетер в преклонном возрасте, как Имаху». Тогда я низко поклонился царю и исполнил Утренний Гимн каждому богу в честь Сахуры, ибо он знает всех, кто ему служит. Все, что изрекают уста Царя, немедленно воплощается в жизнь, ибо Бог даровал Царю способность заглядывать в сердца людей, ибо Царь величественнее, чем боги. Если ты почитаешь Ра, исполни Утренний Гимн каждому богу в честь Сахуры, который сделал из меня то, чем я являюсь. Я его Имаху, и я никогда не делал зла другим людям».

Картина была бы неполной без рассказа Синухета (XII династия) о принятии его царем и даровании ему звания Имаху: «Царь сказал ему: «Твоя жизнь клонится к закату… ты думаешь о дне своего погребения, и ты получишь высокий сан Имаху…В день твоего погребения перед телом твоим будет идти процессия… Заклинания перед жертвенниками будут произноситься для тебя, жертвы будут принесены для тебя, а кроме того, твой саркофаг и пирамида будут возведены из белого камня в круге Царских Детей». Синухет говорит: «Дом Царского Сына был дарован мне с его богатствами и купальней, чудесными украшениями и мебелью из Двойного Белого Дома, с царскими одеждами и множеством благовоний… И мне трижды, а то и четыре раза в день приносили лакомства из Дворца в дополнение к тому, что Дети давали мне непрестанно. Посреди других пирамид для меня поставили каменную пирамиду. Место для нее выбрал главный каменщик Царя, главный скульптор высек ее. Вся необходимая обстановка была помещена в закрома… Тело «слуг Ка» было сделано для меня… затем я выделил землю и учредил заупокойный домен с землями возле города, как это делалось для Друзей из числа первых. Моя статуя была позолочена, а ее набедренная повязка – посеребрена, и все это было сделано по повелению его величества. И сделано это было не для простого слуги, ибо я снискал благосклонность Царя и был его любимцем [hesut net nsut], пока не настало для меня время пристать [к другому берегу]» [181] .

Какой вывод мы должны сделать из этих текстов? Люди, принадлежавшие к ближнему кругу царя, – его семья, друзья и высокопоставленные чиновники – составляли класс привилегированных персон. Во-первых, они имели свою долю в политической власти и принимали участие в управлении страной. Во-вторых, после смерти они должны были покоиться в гробницах, расположенных вокруг пирамиды их фараона и построенных за счет этого фараона. В-третьих, точно так же, как фараон кормил своих Имаху при их жизни, он заботился о заупокойных приношениях после их смерти. Как правило, приношения эти совершались поселениями в царском домене и назывались «Приношениями, дарованными Царем». В определенные дни мужчины и женщины приходили к гробницам, чтобы исполнить свой долг. На стенах заупокойных храмов мы видим изображения этих людей, выстроившихся длинными рядами, и возле каждого из них начертано имя местности, откуда они пришли (илл. 15).

Тексты вполне определенно говорят нам, что подобные почести оказывались родственникам царя, его друзьям и чиновникам именно потому, что они, являясь Имаху, были связаны с царем особыми узами. «Заупокойные приношения – и деревни, – которые царь даровал мне как Имаху», – говорит современник Хефрена, чья гробница находится в некрополе, расположенном рядом с пирамидой этого фараона. Знатный человек, живший в эпоху XII династии, так говорит о привилегированном статусе: «Друг Царя покоится [с миром] как Имаху, но нет гробницы у того, кто поднимает голос против его величества; тело такого человека будет брошено в воду».

Получение в дар от фараона гробницы означало, что царь разрешал своим Привилегированным имитировать магические обряды, которые совершал сам, чтобы воскреснуть после смерти. Но Тексты пирамид проводят четкое различие между «смертью царя» и «смертью каждого смертного» (§ 1468), и даже Имаху в загробном мире должны были занять положение ниже царя, чтобы между владыкой и его подданными сохранялась дистанция, как и при жизни. В распоряжении царя было много весьма действенных способов обретения бессмертия, хранимых им для себя, и лишь с немногими он делился знаниями, со своей семьей и приближенными. С другой стороны, как мы уже видели, царь давал этим людям дары, призванные сохранить их тела после смерти, – гробницы, саркофаги. Однако без соответствующих обрядов все эти предметы были бесполезны. Следовательно, фараон должен был открыть своим приближенным обряды «Отверзания Уст» и «одухотворения» (sakh), благодаря которым мумия и изваяние должны были возродиться в бессмертном теле, Джет, в которое вселялись Ка, Дух (Ах) и Душа (Ба) [182] .