Чтение онлайн

Пять небольших змеек вползли на алтарь и по знаку ЛСЛ, встав на хвосты, вытянулись в струнку.

Все было готово к древнему ритуалу жертвоприношения.

Солнце угасало, и уже восходила луна.

Небо становилось все темнее, превращаясь из синего в черное, и первые звезды засияли над бескрайним тропическим лесом. Маленькие летучие мыши вылезли из своего убежища и стали летать над громоздящимися камнями. Сотни игуан, почувствовав прохладу, выползли из своих нор. Встреча последнего луча солнца и первого блеска лупы должна была стать сигналом к совершению жертвенного обряда.

Пернатый Змей выкрикнул что-то на языке майя, и его голос отозвался эхом среди древних строений города. Лучи солнца и луны скрестились на первой ступеньке пирамиды и, как по волшебству, превратились в тонкую серебряно-золотую полоску, которая медленно поползла к вершине пирамиды. ЛСЛ шевельнул рукой, и светящийся ручей потянулся к нему, будто притянутый этим злотворящим существом. Его мощь, его сила, его магия были такими же древними, как и мир, его окружающий.

Световая дорожка достигла жертвенного алтаря и остановилась на груди Нины. В это мгновение змейки склонились над лицом девочки и сплюнули свою ядовитую липкую слюну.

– Какая гадость! Хватит... хватит! Дайте мне уйти!
– закричала юная алхимичка, из последних сил стараясь вырваться из дымных пут. И вдруг в ее памяти всплыли имена змей, которых она видела на острове Клементе, и, не отдавая себе отчета в том, для чего она это делает, Нина громко произнесла:

– Андакуа, Периона, Тинбара, Ганта, У кода!

Видимо, Нина приняла этих змеек за тех, что охраняли Кумус Превращающий в логове ЛСЛ. От неожиданности Пернатый Змей опустил руку с кинжалом и, вытянув шею, склонился над девочкой:

– Откуда тебе известны имена моих стражниц?

Девочка прикусила губу и закрыла глаза: она и так сказала лишнее.

ЛСЛ кинжалом начал колоть ноги девочки, выпытывая сведения:

– Говори! Скажи, как ты узнала эти пять имея? Ты была в моем тайном убежище?

Нина, плотно сжав губы, молчала. Не могла же она сообщить жестокому мэру Венеции, что, вернувшись на остров Клементе, он не обнаружит бочонка с Кумусом Превращающим, что никогда уже не сможет вернуть себе человеческий облик и что его проклятые стражницы превратились в грязную лужицу, а магическая жидкость выпита Уроборосом!

– Если не заговоришь, я буду отрезать от тебя кусочек за кусочком, пока ты не умрешь от боли!
– завопил Змей, выпучив красные глаза.

Но девочка мужественно молчала, хотя боль от уколов кинжалом была нестерпимой.

– Глупая соплячка! Тебе остается только молиться! Все равно мой кинжал пронзит твое сердце, и я вырву его из твоей груди!
– Слова, исторгаемые ЛСЛ, становились все визгливее.

Нина чувствовала, что куда-то проваливается, желтый дым дурманил сознание, слова Человека-Змея доносились откуда-то издалека.

Острие кинжала уже уперлось ей в грудь, как вдруг на лицо ЛСЛ пала тень.

На площадке пирамиды появился еще некто.

– Ты кто?
– насторожился ЛСЛ.
– Как ты посмел прервать жертвенный ритуал?

Тень сделала несколько шагов вперед.

Перед Змеем стоял странно одетый человек. Головной убор на нем был в виде головы зверя, весь он был перетянут оленьими ремнями, а за поясом - тяжелый каменный меч. За спиной незнакомца виднелся большой лук и колчан со стрелами, в правой руке он держал жезл из светло-зеленого нефрита. Послышался глубокий низкий голос:

– Я Юм-Ка, бог Ягуар, господин джунглей майя. Мне хорошо известны людские слабости и темные силы магии.

Змей взъярился:

– Почему ты прервал мой ритуал? Мы, божества, не должны мешать друг другу.

– А ты уверен, что вершишь правое дело? Ты действительно думаешь, что майя желают принести в жертву эту девочку, пришедшую издалека?
– вопросил Юм-Ка.

– Я Кукулкан, Пернатый Змей, уважаемый и почитаемый твоим народом, и все, что я делаю, правильно!
– в ярости вскричал ЛСЛ.

Нина плохо понимала их диалог, но ей показалось, что пришелец желает ей добра. К тому же жезл в его руке по виду очень напоминал ее Талдом и Уас Осириса.

– Бог майя, помоги мне, пожалуйста. Я не знаю, кто ты, но могу поклясться, что Пернатый Змей на самом деле...
– обратилась к нему Нина.

Девочка не смогла закончить фразу, потому что ЛСЛ рукой зажал ей рот.

Быстрыми шагами Юм-Ка приблизился к алтарю, змеи зашипели и сползли на землю, а Человек-Змей угрожающе поднял кинжал.

Юм-Ка тоже поднял свой жезл:

– Мы, божества, не можем сражаться друг с другом! Но я хочу спросить тебя: ты что, боишься слов девочки? Дай ей сказать!

– Нет! Она должна умереть! Сейчас же! Так требует традиция!
– возвысил голос ЛСЛ.

Воспользовавшись моментом, Нина сильно укусила руку Змея, который, взвыв от боли, отдернул ее, и девочке удалось договорить:

– Он мэр Венеции! Он злой маг, превратившийся в Пернатого Змея... Это правда!

Больше она не смогла произнести ни слова: во рту пересохло, руки и ноги были спеленаты одуряющими кольцами дыма.

Юм-Ка встал по другую сторону алтаря, вознес к небу жезл и, произнося непонятные заклинания на языке майя, затопал ногами.

Ослепленный яростью, ЛСЛ бросился с кинжалом на противника, но в этот момент пирамида затряслась.

– Юм-Ка, бог Ягуар, господин джунглей, вызвал землетрясение!

Небо потемнело до самого горизонта. Летучие мыши и игуаны попрятались, земля несколько раз вздрогнула, и по пирамиде побежали трещины. Верхняя площадка пирамиды раскололась пополам, и Пернатый Змей вместе со своими прислужницами исчез в образовавшемся разломе.

Но в тот же миг исчез и бог майя.

Нина, потрясенная, сжалась в клубочек на жертвенном алтаре. Она снова была одна.

Еще один сильнейший удар потряс землю, струи черной воды ударили фонтанами, и стволы нескольких могучих деревьев переломились, упав на камни. Осколки камней посыпались на Нину. Она вскочила и бросилась бежать вниз по ступеням пирамиды. Казалось, что наступил конец света, и не было никого, кто бы мог остановить катастрофу. Девочка оступилась, покатилась по ступенькам и очутилась на раскаленной земле. Израненная, она заползла под лежащий ствол и попыталась осмотреться. Практически все три сооружения пострадали от землетрясения и частично обрушились: от храма Тысячи воинов осталась только одна колонна, тогда как у Каракола - обсерватории майя - уцелели фасад и часть боковых стен.