Нина
Шрифт:
Глава 7
Нину трясло от ярости. Когда она немного успокоилась, то поняла, что подсознательно, "на автопилоте" едет прямиком в агентство.
Дверь в кабинет администратора она распахнула ударом ноги. Пестрова недовольно оторвалась от развернутого журнала:
– Стучаться на…
Не договорив, она вскочила с места и кинулась в угол, заслоняясь креслом. Нина шла на нее, схватив с подоконника цветочный горшок. Она уже предвкушала, с каким смачным звуком расколется он об эту ненавистную физиономию…
– Ниночка! Ой! Ниночка! Ой! Не надо!
Пестрова завизжала и присела за кресло, закрываясь им от неумолимо приближающейся Нины.
От ужасной расправы Нину удержал телефонный звонок. Она вдруг услышала, что в ее сумочке приглушенно поет мобильник. Лихорадочно, дрожащими руками Нина достала телефон - и наконец-то услышала голос мужа.
– Ты меня хорошо слышишь?
– спросил Саша, не поздоровавшись.
– Да! Конечно! Саше…
– Молчи. Не называй имен. Подъезжай к трем вокзалам со стороны Сокольников. Остановись у подземного перехода перед Ярославским, за троллейбусной остановкой. Двигатель не глуши. Все поняла?
– Да!
– Когда будешь?
– Да… да… конечно, Са…
– Молчи. Когда будешь? Полчаса?
– Да! Да! Конечно!
– Жду.
Нина только сейчас заметила, что держит цветочный горшок. Она машинально отдала его Пестровой, и та так же машинально схватила его обеими руками.
"Что-то случилось, что-то случилось", - эта мысль колотилась в сознании Нины, пока она бежала к машине. Все, что произошло с ней самой, отодвинулось на второй план. С Сашей беда.
Она остановила "Вольво" возле подземного перехода у Ярославского вокзала и включила аварийную сигнализацию. На остановке толпился народ. Толпа зашевелилась, завидев приближающийся троллейбус, и двинулась ему навстречу. Несколько бойких и нетерпеливых мужичков не постеснялись рвануть к троллейбусу бегом. Один из них, в затрапезном пальтишке, в надвинутой кепке, пробегая мимо Нины, неожиданно дернул дверцу и плюхнулся в "Вольво" на заднее сиденье.
– Гони, Нежнульчик. Как я тебя учил.
Нина даже не успела удивиться. Узнав родной голос, она ударила по газам, и машина, завизжав резиной, сорвалась с остановки.
Поглядывая в зеркало, она видела, что Саша беспокойно смотрит по сторонам. Перехватив ее тревожный взгляд, он подмигнул и улыбнулся.
– Сашенька, где тебя носило…
– Сейчас направо, Нинуль. Постарайся быстрее.
Нина увеличивает скорость.
– Налево. На светофоре резко на разворот.
Она развернулась на желтый свет, перед носом трогающихся автомобилей. Кто-то нервно ударил по тормозам, кто-то засигналил изо всех сил, но Нина была уже далеко. Она резко свернула в переулок.
Впереди был тупик, и она спросила:
– Куда мы едем?
– Уже никуда. Стоп. Выходим.
Он выскочил первым и отошел в тень за угол дома. Нина кинулась к нему, и они обнялись, словно тысячу лет не виделись.
– Саша… Сашенька… милый! Боже мой! ты уехал… а там депутата убили… я звонила, а твой телефон выключен…
– А я тебе из Питера подарочек привез… на вокзале увидел, сразу купил. Держи, Нинуль. Пиаф. Ты же любишь.
– Пиаф… конечно… милый мой… что случилось, скажи мне! Ты в опасности?…
– Нет, нет. Ничего не случилось. Просто это были не шведы, а натуральная подстава. Конкуренты нам подставили бандитов. Еле ноги унес. Приехал на дневном поезде. Петька дома?
– В саду, - Нина посмотрела на часы и ахнула: - Его надо было забрать час назад!
Саша удержал ее за локоть, когда она шагнула к "Вольво":
– Оставь тачку здесь. Поедем на такси.
– Почему?
– Она тебе больше не нужна. Егор заберет. Сегодня ночью мы улетаем в Грецию.
Они вышли из переулка, и Саша остановил такси. Нина, ошеломленная новостью, переспросила:
– Как "уезжаем"?
– Да, Нина. Решение принято. Я ушел из этого дела. Всех денег не заработаешь. Нам с тобой хватит. Да и Петьке там будет лучше.
Нина вздохнула. Что ж, рано или поздно это должно было случиться.
– Хорошо, что я вещи не успела распаковать. Ой, да ты же не знаешь. Мы же переехали.
– Куда? Зачем?
– Я наконец-то сняла дом. Тот самый, который мы хотели, в Архангельском. Сегодня перевезла вещи туда. Еще не распаковала.
Саша горячо стиснул ее плечо:
– Нинуль, гениально! Об этом кто-нибудь знает?
– Ну… мальчик из агентства недвижимости знает. Очевидно, хозяева знают.
– А из наших знакомых?
– Иван помог мне перевезти вещи.
– А, этот… ну ладно. Петька, наверно, страшно обрадуется.
– Еще бы… он так по тебе скучает…
Глава 8
Не думала Нина, что так недолго ей придется побыть хозяйкой загородного дома. Одну только ночь отпустила ей судьба, да и ту - неполную.
Рано утром им уже надо будет прибыть в аэропорт, и белокрылый лайнер унесет Нину, Сашу и Петьку куда-то в лазурную даль, к теплому морю и нежному солнцу. Там не будет вечного страха перед будущим. И Нина сможет забыть и о Пестровой с ее абреками, и о Егоре с его пацанами.
Там начнется новая жизнь. А пока Нина и Саша прощались со своим прошлым.
Две свечи горели на столе, отражаясь в бутылке шампанского и двух высоких фужерах. Под звуки вальса Нина и Саша медленно кружили в танце.
– Ты нашла прекрасный дом, - говорил Саша.
– Лучше этого дома у нас с тобой не было. И не будет. Здесь мы не найдем ничего лучше, чем этот дом. Вот как раз поэтому и надо уезжать.
– Как скажешь, так и будет, - Нина опустила голову на плечо мужа.
Прозвучал последний аккорд, и они остановились, продолжая обниматься в темноте. Тишину нарушил детский голос.
– Мам, ты где?
– позвал Петька сверху, из своей комнаты.
Нина заторопилась наверх, и Саша бесшумно поднялся следом.
Петька сидел в постели, сонно оглядываясь.
– Что, маленький?
– Нина обняла его и уложила, поправив одеяло.
– Что, мой хороший?
– Где ты? Где папа? Где мой мишка?
– Здесь, здесь, все здесь. Спи.
– А папа больше никогда не уедет? И завтра тоже?
– Конечно.
– А мы правда завтра поедем в Грецию?
– Конечно. Поэтому тебе надо скорее спать, чтобы отдохнуть.
Саша, войдя в комнату, наклонился над Петькой:
– Я тут, сынок. Не бойся, я от тебя никогда не уйду.