Чтение онлайн

– Я был в шоке от того, как здорово это звучало, – подтверждает Галлик. – Обычно без гитары звук получается плоским, но тогда он был невероятно полным.

Настроение у Курта менялось с катастрофической скоростью.

После приема в Филадельфии он впал в депрессию – это чувство наверное, усилилось из-за похмелья и усталости от гастролей. На следующий день я с группой отправился на верхушку какой-то мегалитической башни на окраине округа Колумбия для интервью с коммерческим радио. Мы с Куртом отошли, оставив акул капитализма на Криста и Дэйва. Спустя годы, как немедленная реакция на смерть Курта, в моей голове закрепился этот образ группы - тот, каким я хотел бы проиллюстрировать обложку книги, которая как я знал, никогда не появится, – Курт стоит хрупкий и маленький, с опущенной головой, терзает сигарету; и еще больше усиливает это впечатление хрупкости сияющая металлическая башня за ним.

«Ты когда-нибудь был до того на одной из сорока лучших американских радиостанций? – спросил меня позже Курт. Нет. Не думаю. – Что ж, тогда попробуй представить, что это такое. У этих парней аккуратная челочка, ровные усы прекрасной формы, он говорят голосом профессионального американского радио-диджея понятия не имеют, кто ты, черт возьми, такой, и задают самые дурацкие вопросы из всех, какие ты когда-либо слышал. И притом ты там для того, чтобы представить свою группу, хотя я больше не хочу нашу группу представлять. По-моему, мы становимся слишком большими. Мне совестно из-за этого и совестно из-за того, что мы поддерживаем эту хреновую радиостанцию, которой нечего предложить людям, кроме коммерческой музыки. И я, подумав, решил, что не пойду туда, после чего на меня накинулись люди с лейбла и еще кое-кто. Крису и Дэйву пришлось переступить через себя и пойти на это сраное радио, потому что они обречены на это. Я, честно, больше не могу».

Вскоре после этого разговора Курт отказался давать интервью диджеям с радио, и точка.

Концерт 2 октября в вашингтонском клубе «9.30» – он расположен в очень неудачной части города, зато очень близко к всем объектам внимания-туристов в столице – вновь оказался невероятным, возможно, из-за мятежного настроения Курта. Было жарче, чем в аду, группа разогрева «Das Dаmen» была приглашена для отвлечения бешеных панков, и клуб был переполнен! Нырнуть со сцены было некуда, и после своих трех песен перед основной программой мне пришлось сползать с края под тяжелые шлепки Криста и Курта. «Nirvana» открыла свое выступление кавером на песню «The Vaselines», «Jesus Doesn't Wants Me For А Sunbeam», а это … надо сказать … охренительный способ начать концерт!

До того наш коллектив чуть не выгнали из модного ресторана, который подыскали для нас сотрудник «DGC», потому что мы были «слишком грязными». А нам и наплевать – тем лучше: мы проигнорировали модную жратву, а вместо нее предпочли легендарную пиццу клуба «9.30», разделив ее с очень прикольными мамой и сестрой Дэйва. Как раз на барбекю, который устроила семья Дэйва на следующий день, Курт и рассказал мне о своей любви к Мэри-Лу Лорд.

После Вашингтона наш путь лежал на юго-восток: Джорджия, Северная Каролина и Мемфис. Когда «Nirvana» 5 октября была в Атенсе, штат Джорджия, на пирушке у гитариста «R.E.M.» Питера Бака (вместо того чтобы давать новые интервью прессе), «Smells Like Teen Spirit» вышла на пятую позицию в чарте.

Мэри-Лу Лорд вернулась из турне через несколько дней, в Огайо, и обнаружила Курта в особенно дурном настроении: он проклинал проблемы со звуком и заявлял, что предыдущий концерт был полным отстоем. Она съездила с группой в Детройт, штат Мичиган, а на следующий день отправилась на работу в музыкальном магазине в Бостоне. В тот день «Nirvana» играла в «Metro» в Чикаго, на разогреве выступали «Urge Overkill».

В то же утро Кортни Лав вылетела в Чикаго из Лос-Анджелеса.

Кортни ехала не для того, чтобы увидеть Курта Кобейна. Она состояла в свободных, ни к чему не обязывающих отношениях с Билли Корганом. Этот перелет был последним аккордом в длительных отношениях с самовлюбленным, эгоистичным фронтменом «Smashing Pumpkins». Ни Курт, ни Кортни до Чикаго не давали мне поводa предположить, что как-то по-особенному относятся друг – другу – и это в то время, когда я разговаривал с Кортни по нескольку раз в день. Но Курт становился знаменитым, он был милый и чувствительный, а Кортни – настоящая секс-террористка. К тому же оба они отчаянно желали предаваться гедонизму.

– Она была с Лори [Барберо], – вспоминает Дэнни Голберг. – Тогда я встретил Кортни едва ли не в первый раз. Она сплетничала со мной – скромная, очаровательная, прокладывающая себе дорогу в эту компанию. После концерта я минуту говорил с ней за сценой, потом с кем-то еще, а когда обернулся,то: увидел, что она сидит у Курта на коленях. Она была крупнее его, так что зрелище было незабываемое. И с того вечера они были вместе.

Кортни понятия не имела, что тем вечером «Nirvana» будет выступать в Чикаго, но в номере Коргана она обнаружила его новую постоянную подружку. Она зашвырнула туфли в окно и, таким образом, осталась босиком. И вот она взяла за десятку такси в клуб «Метро», чтобы хоть куда-то да пойти. (Собственно, Кортни появлялась за 15 минут до конца, когда Курт как раз впал в свою обычную манию разрушительства.) Почувствовав, что ее презирают, она позвонила из клуба Коргану и сообщила ему о своих намерениях относительно Курта – она уже знала, как ревниво относится ее любовник к «Nirvana», – после чего сделала свой ход, который описывает выше Голдберг.

– Там было много народу, – говорит Крэйг Монтгомери.Были ребята из «Urge Overkill», менеджеры, думаю, что и состав «Smashing Pumpkins» без Коргана, и в ту ночь Дэйв остался ночевать у меня в номере [в отеле «Дэйз-инн» на берегу озера Мичиган], потому что Курт и Кортни устроились в том номере, который занимали Курт и Дэйв.

Концерт тем вечером прошел феерично – Курт и Дэйв соединили усилия и казнили барабанную установку с помощью остатков! гитары. «Шум в воздухе стоял невероятный, – рассказывал Буч Виг Джиллиан Дж. Гаар. – Дети визжали и плакали, и почти все уже знали все песни наизусть. Я думал: "Ба, этак я золотую запись сделаю", – и действительно, через несколько недель она стала золотой. [Альбом дебютировал в топ-200 «Биллборда» в день концерта в Чикаго на 144-м месте.] Через несколько месяцев я спросил Джона Сильву, может ли случиться так, что "Nevermind" станет лидером чарта. Он ответил: "Никаких шансов". Через неделю альбом возглавил чарт».

На следующее утро Кортни направилась обратно в Лос-Анжелес. Наверное, потому что следующий концерт должен был состояться в Миннеаполисе, где ее уже слишком хорошо знали однако она, по обыкновению, взяла Курта в осаду по факсу и телефону на все следующие недели.

– Я была юристом Кортни, – рассказывает Розмари Кэрлл. – Она позвонила мне и попросила поработать с [первым мужем Кортни] Фоллингом Джеймсом. Потом она попросила меня представлять «Hole».

С Куртом я познакомилась через Дэнни [Голдберга], – продолжает Розмари. (Они с Дэнни женаты.) – Как раз тем вечером они разошлись: Кортни одолжила у меня денег на билет в Чикаго, чтобы не оставлять Курта там. Говорила ли она: «Я положила таз на Курта хочу все побыстрее обтяпать»? Нет. Вы же ее знаете. Она говорит постоянно, просто поток сознания, но притом она очень хорошо информирована. и вот она полетела в Чикаго – других поводов быть там, насколько мне известно, у нее не было [267]. Я никогда больше денег не одалживала, да она и не просила.

– Том Атенсио очень хотел стать менеджером Кортни, вот он за нее и заплатил, – исправляет Дженет Биллиг. – Она хотела – видать Билли, а Билли или его девушка вышвырнули ее в Далласе, в «Trees»; 19 октября – на первом техасском концерте – случился один из самых известных эпизодов в истории «Nirvana»; он сохранился для потомства на видеопленке – с того момента как вышибала первый раз толкнул Курта ..».

– Зал был забит до отказу, народу набралась уйма; – вспоминает Крэйг Монтгомери.
– Когда «Nirvana» заводила песню, пyблика, как смерч, впадала в неистовство, и многим приходилось лезть по головам, чтобы не сломать ребра. Деваться было некуда, ведь охрана не пропускала их на сцену и толкала обратно. Звуковая система в клубе была слабая, особенно мониторы, и это привело Курта в настоящую ярость. Творилось черт знает что.

«Я выступал в Далласе с гриппом, – говорил мне солист "Nirvana" в 1993 году. – Ко мне в номер приходил врач и сделал мне укол какого-то неизвестного антибиотика в задницу. Я снова напился, и вот в таком виде, под влиянием антибиотиков и бухла, вскарабкался на сцену и отыграл четыре песни. В середине четвертой песни я взял гитару и разбил ее а мониторы на мелкие кусочки, а толпа радовалась: "Вот круто"».

– Через некоторое время Курта достали мониторы, – поясняет Крэйг, – так что он воспользовался своей гитарой как топором и оставил в них большую вмятину, после чего сошел со сцены, а за ним и вся группа направилась в раздевалку. Никто не знал что делать. Толпа кричала, кидалась на сцену разными предметами и ожидала, когда группа вернется. Меж тем местных звуковиков и охрану все эта порядкам достала. Через некоторое время нам удалась настроить неповрежденные звуковые дорожки на консоли и вызвать группу обратно.

«Вышибале, который к тому же был владельцем консоли мониторов, не понравилось то, что я сделал, – продолжал Курт.
– Следующие пять песен он расхаживал туда-сюда, при случае тыкая мне в ребра. Я прыгнул в толпу с гитарой [во время "Lоve Buzz”]. Он сделал вид, что спасает меня от злобной толпы, а на самом деле схватил за волосы и несколько раз вдарил под дых. Я огрел его грифом гитары. У него пошла кровь, и он продолжил меня избивать».

– Я читал много лжи по поводу случившегося – охранник и дружки в Техасе наговорили всякого, – кипит от гнева Крэйг, - но я своими глазами видел, как он [вышибала] избивал Курта, когда якобы пытался втянуть его обратно на сцену, а потом я видел как Курт хотел защититься от него гитарой – парню досталось по голове, и у него лопнула кожа. Когда вышибала увидел собственную кровь, он превратился в разъяренного быка. Группа убежала со сцены, а этот разгневанный громила за ними гнался. Охранник дал Курту по затылку и ударил его потом уже лежачего..