Чтение онлайн

– Чего это вы так вырядились?
– неожиданно раздался голос эльфа - или, скорее, разнагишались!

Аранна прекратила рыдать и удивлённо посмотрела на открывшего глаза брата:

– Ты жив? Неужели ты всё-таки жив? Она снова зарыдала, теперь от счастья, и бросилась в объятья Алдана. Он похлопал её по голой спине, потом отстранил, смущённо кашлянув и сказал:

– Это...ты бы накинула на себя чего-нибудь. Хотя, должен сказать, узоры по животу, груди и бёдрам, тебе идут. Очень, очень пикантно выглядишь!

– Извращенец - фыркнула сквозь слёзы Аранна - я думала, что потеряла тебя!

– Ну это не повод, чтобы залазить голой на брата!
– хихикнул Алдан - ты и мёртвого поднимешь, такая красотка!

Аранна покраснела и кинулась к куче нашего барахла, нашла свою одежду, и побежала к ручью, смывать с себя краску.

Я же, не одеваясь, взял нож и побрёл к привязанным товарищам.

Они так и продолжали спать - я разрезал верёвки, мягко уложил их на траву, последним отвязал старика-орка. Пустив в каждого импульс выздоровления, я изгнал из их организма заразу, опутавшую мозг наркотическим опьянением, теперь они просто спали. По примеру Аранны я взял одежду и тоже пошёл на ручей.

Подруга там плескалась вовсю, разбрызгивая кучи брызг, до красноты тёрла тело песком, сдирая присохшую краску и выглядела просто прекрасно.

Я плюхнулся в воду рядом с ней, и несколько минут с наслаждением лежал лицом вниз в прохладной воде, впитывая всем телом влагу. Потом встал на колени в неглубоком затоне, чтобы вода достигала мне до груди и тоже стал смывать с себя краску.

Эта мерзость смывалась с трудом, видимо была сделана на масляной основе, и только с помощью абразивных материалов, то есть песка, удавалось от неё очиститься.

Очищаться мне помогала Аранна, оттирая меня, как заправская банщица. Скоро, после её усилий, очищаться мне стало трудно, и наше очищение плавно перешло в сексуальные игрища, прервал которые голос Бабакана:

– Хммм...чего это вы тут делаете?

– А ты чего, не понял?
– огрызнулась красная Аранна - иди отсюда, гном-извращенец!

– Это вы извращенцы - тут один прудик на всю округу, мне что, как жабе ложиться в ручеёк глубиной по щиколотку, чтобы смыть эту пакость? Перемещайтесь куда-нибудь, я тоже мыться буду!
– и Бабакан бесцеремонно плюхнулся рядом с нами - сейчас ещё и Каран сюда придёт, сваливайте побыстрее, отмылись уже!

Мы с Аранной с позором, хихикая, побежали от ручья, при этом я прикрывал причинное место ладонью, дабы не смущать граждан-путешественников.

Через два часа, мы, одетые и обутые, снова ехали караваном к своей цели. Алдан был ещё слаб, но держался на коне хорошо. Мы решили отъехать подальше от проклятого места, которое я, перед выездом, спалил огнём дотла. Идол горел жарко и весело...

Остановились мы на ночлег в сумерках, возле небольшого степного озерца, питаемого подземными ключами. Пока на костре закипал чай и варилась похлёбка, мы рассуждали о происшедшем:

– Знаю я эту жидкость - сказал Дракк - её делают шаманы из какого-то гриба, обычно дают или больным, чтобы боли не чувствовали, или же жертвам, когда надо чтобы меньше орали перед смертью. Ну кто знал, что они подмешают её в вино.

– Викор, а как ты сумел очнуться, ведь тебя опоили так же, как нас - спросил Каран - мы-то только с твоей помощью вышли из забытья.

– Бабакан, так две чашки хряпнул, и то, оно не сразу на него подействовало, похоже они потом его ещё допаивали, ты - ты так человек неопытный...а я...я, похоже, тренировку получил, когда у себя в мире сильно пил. Мой организм привык справляться с большим количеством алкоголя, вот, видимо, и вышел из опьянения раньше, чем они рассчитывали. Им надо было начать с меня, а не с Алдана. Кстати, если бы не твоя сестра, Алдан, лежал бы ты сейчас уже в земле сырой. Она сбила с коня вождя, который пытался удрать с моим лечебным браслетом. Всадила ему стрелу между лопаток, он даже пикнуть не успел. Молодец.

– Она это может - с гордостью ответил Алдан - не хуже мужчин стреляет! Тетиву этого лука оттянуть-то не все могут, не то что попасть из него куда-нибудь, а она в соревнованиях выступала, наравне с мужчинами, и занимала призовые места. Кстати, сестрёнка, а чего там это хотели с тобой сделать орки? Что там за приспособление такое было?

– Могу пояснить - откашлялся старик и лукаво посмотрел на покрасневшую девушку - это подношение богу Калану - кроме сердец врага, он любит ещё подношение в виде человеческого семени. Они собирались всем отрядом совершить жертвоприношение, а Аранна была средством для извлечения семени. Проще сказать - трахнули бы её сто человек, а потом так же принесли бы в жертву...то, что осталось.

– А чего она в сознании была?
– мы все опоенные, она-то тоже вначале опоенная, а потом почему оказалась в трезвом разуме?

– Ей, похоже, дали противоядие. Во время обряда она должна была понимать, что с ней делают, кричать, стонать, просить по пощаде - так интереснее и богу угоднее.

– Проклятые извраты!
– с ожесточением выкрикнула Аранна - хорошо, что ты их всех убил, Викор! Надо было мне им всем члены ещё отрезать и на дерево повесить, чтобы соплеменники видели, для отстрастки!

– Дракк, а откуда ты так много знаешь об этих изуверских обрядах?
– с недоверием спросил Каран - неужели тоже в них участвовал?

– Участвовать не участвовал, но слышать о них слыхивал. Мне ещё дед рассказывал о них. Это очень старые обряды, теперь их и не помнят. Только в глухих местах сохранились, вот как здесь.

– Ты там жалобился, что старое ушло и его шибко жалко?
– усмехнулся Бабакан - вот тебе и прошлое. Нравится?

– Честно говоря - не шибко нравится - сознался Дракк - одно дело слушать рассказы стариков, а другое дело участвовать в этом. Тем более в виде жертвы. Ну их нахрен, эти старые обычаи!
– он досадливо махнул рукой, а мы рассмеялись и стали есть наш ужин.

Когда мы поужинали и перешли к чаю с мёдом, большую ёмкость с которым захватили в дорогу - его оставалось уже немного и скоро нам придётся пить чай без сладкого - я решился, снял куртку, рубаху, и сунул нож в костёр. Дождался, когда кончик его лезвия прокалился, попросил:

– Каран, поди сюда. Да смой ты с рук этот хренов мёд!
– заляпаешь меня всего. Держи нож.

– Зачем? Чего ты задумал?
– недоумённо спросил Каран

– Сейчас ты, кончиком этого ножа, надрежешь мне кожу на плече, и засунешь под неё вот этот камень. Постой!
– Бабакан, там у нас есть крепкое вино, или ты его всё вылакал?

– Обижаешь, начальник! Ну, вылакал, да...но немного осталось, тут, во фляжке. Дать?

– Давай сюда, пропойца - Аранна протянула руку и выхватила у виновато улыбающегося гнома заветную флягу - вот нельзя тебе доверять вина - сколько бы ни было, обязательно выхлебаешь!

Я взял флягу, промыл ардаман в вине, потом плеснул на руки Карану, под жалобные стоны гнома - порча драгоценного напитка!
– и приказал:

– Давай, режь!

– Плечо резанула боль, когда Каран наискосок воткнул мне лезвие ножа, отдирая кожу от мышц, потом боль, когда он засунул под кожу камень, не самый большой, но всё-таки выпятившийся из-под кожи ощутимым бугорком.