Нить жемчуга. Книга первая. Стихия – Тьма.
Шрифт:
Заметив ее растерянность, мужчина слегка нахмурился:
– Не нужно тратить мое и свое время на глупые домыслы. – Если бы не ленивый голос и невозмутимое выражение лица, Ферро мог бы показаться раздраженным. – По правде говоря, я не из тех, с кем бывает легко и просто. Но законы гостеприимства мне не чужды. Здесь ты можешь отдохнуть в полной безопасности. После решишь, уйти или остаться.
Девушка с надеждой посмотрела на небо: поверх заснеженных вершин и зубчатых стен в морозном воздухе, бушевали, вздымаясь океанскими волнами, черные облака…Ей мерещится, или ночь действительно затянулась? Где же свет? Уже давно должно было наступить утро… Вероника украдкой перевела взгляд на своего спасителя и тихо спросила:
– Солнце… оно исчезло?
– Не исчезало, оно там, где всегда. Солнце закрыли тучи. Если ты и увидишь его, то не скоро. Идем внутрь, ты вся продрогла.
Вероника пошла. Судьба не оставила для нее открытых дверей. Кроме одной. Так просто, когда нет другого выбора, кроме как плыть по течению. Что еще делать, когда сил бороться нет и выбраться невозможно? Она надеялась, что этот мужчина, кем бы он ни был, знает многое о том, что произошло. Он обещал быть честным, на это девушка и уповала. Может быть, он подскажет, где искать родных, ведь не могли все люди вдруг взять и бесследно исчезнуть?!
В большом дорого обставленном зале стоял теплый и уютный полумрак, лишь изредка отступающий перед золотыми вспышками живого огня в камине и светом колеблющихся свечей.
– Скоро ты сможешь отдохнуть. Я распоряжусь, чтобы готовили твои комнаты, это не займет много времени. – Мужчина галантным жестом предложил Веронике сесть в одно из удивительно красивых кресел, стоящих как раз напротив огня.
– Мои комнаты… – Девушка удивленно распахнула глаза, но, прежде чем успела сказать еще что-нибудь, Ферро перебил ее:
– Они тебе понравятся, подожди здесь, это займет всего пару минут. – Ее спаситель ободряюще улыбнулся и беззвучно исчез в одной из боковых дверей.
Вероника осталась одна. Она поднялась с мягкого кресла и подошла к каминной полке, любуясь кованой решеткой и золотыми подсвечниками с замысловатыми гербами. Девушка медленно обвела взглядом утопающий в полумраке роскошный зал, служащий, по всей видимости, то ли прихожей, то ли гостиной. В огромном очаге мерно пощелкивали поленья, серебрились вышитые фантастическими цветами шелковые занавеси, тускло мерцало золото… Но больше всего остального ее увлекла картина в золоченой раме, расположенная в нише между двух колонн на противоположной стене. В полутени невозможно было разобрать деталей. Но мотив был, несомненно, сказочный: на берегу идеально круглого лесного озера гарцевало, гордо изогнув длинную шею, неизвестное животное.
Вероника взяла тяжелый подсвечник и подошла ближе. Природа и особенно неизвестный лесной зверь с отливающей серебром шкурой были выписаны с неимоверным тщанием. Вся картина выглядела очень реалистично.
Воображение неизвестного художника разыгралось вовсю. Но фантастическое животное с большими темными глазами и с тремя длинными, растущими изо лба один под другим рогами, не выглядело ни глупо, ни нелепо. Изображение было настолько реальным, что казалось, застывший в напряженной позе зверь просто рассматривает гостью и через мгновение сорвется места и унесется прочь. Туда, где на острове посреди маленького лесного озера полыхали рассветным золотом узорные створки огромных, распахнутых настежь ворот… За которыми переливалась лишь пронзительно белая пустота.
Залюбовавшись необычным изображением, девушка не расслышала приближающихся шагов. Она вздрогнула, заметив движение, и торопливо обернулась, чуть не выронив массивный подсвечник. Вероника почему-то была уверена, что в доме больше никто не живет… Полная женщина средних лет в строгом серо-черном платье неспешно прошествовала через всю комнату. Остановившись перед девушкой, она расправила свои юбки и молча и с достоинством поклонилась.
– Здравствуйте. – Вероника не увидела, откуда появилась эта странно одетая и молчаливая женщина. Она могла поклясться, что еще секунду назад в огромном зале, кроме нее и смотрящего с картины зверя, не было ни души. Девушка точно ничего не слышала, хотя здесь любые, даже тихие, звуки тотчас создавали гулкое эхо.
Женщина поклонилась вновь и, не сказав ни слова, отступила на два шага назад, поманив Веронику за собой. На первый взгляд ей не могло быть больше пятидесяти лет, ухоженные лицо и руки, приятная располагающая внешность и достоинство, с которым она держалась, выдавали ни больше ни меньше хозяйку дома.
– Благодарю, Умбра7, – проговорил Ферро, появившийся на верхней площадке большой парадной лестницы. Он приветливо кивнул женщине в сером. – Можешь идти, я сам покажу нашей гостье ее комнаты.
Молчаливая дама в очередной раз поклонилась, как показалось Веронике, намного ниже, чем до этого, и, шелестя юбками, выплыла в одну из арок.
Ферро легко сбежал по застланным коврами ступенькам.
– Это Умбра, она следит за домом и очень недурно готовит, – не дожидаясь вопроса, объяснил он. – Как ты могла заметить, она довольно молчалива. Как и другие. С ними бесполезно разговаривать. Никто тебе не ответит, зато могут проводить, куда потребуется, позвать меня или выполнят любое распоряжение в пределах дома.
– Почему… почему они молчат? – удивилась девушка. – Эти люди?
– Люди? – рассеянно переспросил ее спаситель, чуть приподняв черную бровь. – Нет, это всего-навсего тени – мои воспоминания, и да, они действительно жили… Теперь остался только я.
Он заглянул в раскрытые от удивления глаза девушки и добавил шутливо:
– Хотя что еще нужно для слуг? Молчаливость и исполнительность. Их нечего бояться, ты привыкнешь. Позволь мне проводить тебя.
Красавец галантно подал девушке руку, которая казалась довольно теплой по сравнению с ее собственными. Как ни странно, этот факт немного успокаивал. Такое счастье, что в доме есть хоть кто-то живой… Вероника с удивлением заметила перстень на безымянном пальце его правой руки., Заключенный в серебро неизвестный камень блеснул тревожным алым светом.
Девушка поднимались по широкой лестнице, устланной роскошными коврами. Она восхищенно разглядывала поддерживаемые колоннами высокие сводчатые потолки, причудливую лепнину, огромные замысловатые фрески и картины в золоченых рамах с изображениями батальных сцен и незнакомых пейзажей. Никогда в своей жизни она не видела ни такой вызывающей роскоши, ни такого простора.
Вероника поглядела на свои ноги: потертые зимние ботинки утопали в высоком ворсе ковра, – и мысленно устыдилась своего решения не снимать обувь при входе… Но, поймав ее растерянный взгляд, Ферро лишь коротко усмехнулся, чем окончательно смутил девушку. Она опустила глаза, почувствовав, как запылали щеки.
Лестница вывела их в широкую галерею, по левой стороне которой на значительном расстоянии друг от друга виднелись двери, обрамленные сводчатыми арками. Заметно посерьёзневший красавец распахнул первую же резную дверь из темного дерева. Отступив на пару шагов назад, он пригласил гостью войти, а сам остался стоять за порогом.
– Весь дом отныне в твоем полном распоряжении. Но твое личное пространство здесь, – он обвел рукой светлую и очень просторную комнату, – неприкосновенно. Никто не зайдет сюда без твоего согласия. Так вышло, что у меня не осталось близких родственников, и я не имею обыкновения кого-либо приглашать в свой дом. Тебя никто не потревожит. Я понимаю, после того, что случилось, тебе необходимо время, чтобы… подумать. Его будет предостаточно.