Нити Судьбы 2: Поиск истины
Шрифт:
Быстро отступив в сторону, младший де Угаш, принялся убирать следы нашего пребывания на полянке. Он, скоро сходив за водой, залил почти дотлевшие угли, и, дождавшись, пока все остынет, притрусил участок землей.
Проследив, как крылатый снова отправляется в сторону ручья, собрала все оставшиеся вещи в сумку, и недолго думая, решила изменить внешность. По-хорошему, следовало это сделать после перехода, но, за разговорами, и обсуждением планов, как-то не доходило до этого. А теперь — пора! Зажав в руке прозрачную каплю, представила, как яркость из моего облика постепенно уходит: красный отлив исчезает, оставляя после себя лишь черную, блестящую гладь волос, алые огоньки в темных омутах, медленно истлели, и глаза приобрели, цвет горького шоколада, делая при этом взгляд более теплый, не такой как был ранее. Впрочем, это все, что требовалось поменять. Ведь если полностью изменю, черты лица, как меня узнают те, кого я ищу?
— Рад, что ты осталась собой! — мило улыбнулась, демонстрируя оставшиеся клыки:
— Твоя очередь.
Лайши не пришлось уговаривать. Он, сжав в ладони подвеску, прикрыл глаза, тут же начиная изменения: хвост и крылья исчезли, будто их и не было вовсе, а волосы приобрели белый цвет. Что касается роста… да, мужчина стал чуть ниже, но не на столько, чтоб не выделятся. А вот глаза, они были все еще закрыты, поэтому я лишь надеялась на то, что он о них не забыл.
— Ну как? — на меня смотрели фиолетовые озера, правда серебро из них исчезло, и выглядели они не так, как до этого. Ну что ж, Саваш и то ярче был, а Арс… он вообще отличался ото всех тех, кто окружал меня.
— Замечательно. Только вот придется позаботиться о твоей одежде — она стала явно велика, — подтянув завязки, на странного кроя кофте, Рон улыбнулся. Ну что ж, пока сойдет и так.
Лес, лес, и еще раз — лес… вокруг все было почти одинаковым: сменяющие друг друга лиственные деревья, густые кустарники, местами растущие так плотно, что невозможно пройти, разного вида травы и цветы, букетик из которых совсем недавно мне сунули в руки. Романтик, блин… не хватало еще падений на колени, и цитирования поэм о любви. Нет, мне, конечно, может, и было бы приятно все это увидеть и послушать, но, в мыслях все время всплывали детали плана, который мы в общих чертах успели обговорить с крылатым. Да, это всего лишь наброски, но я была уверена в том, что мне придется повоевать за своих мальчиков, а это значит, не стоит упускать время на то, что может случиться позже. Сейчас важно лишь добраться до Дегара, обзавестись домом, который мы не просто снимем, а приобретем, для того, чтобы не вызывать лишних подозрений. Ну а что? Я вполне могу сойти за нездешнюю, но достаточно капризную, и высокомерную эссу. Которая при наличии немалых денежных средств, вполне может заинтересовать местную правительницу. А дальше… найду Итариона, он-то мне и поможет с поисками остальных.
За деревьями промелькнула тень, и я, не успев предупредить Рона, остановилась, краем глаза замечая, как лайши уходит немного вперед, а из-за широкого ствола, выступает мужская фигура, полностью укрытая плащом, который совершенно не дает ничего увидеть. Вот только… ветерок забравшийся под капюшон незнакомца, не был согласен с его инкогнито:
— Саваш, — с надеждой шепчу, замечая выбившиеся из-под черного материала ультрамариновые пряди. — Саваш? — сердце в груди трепещет пойманной птичкой, а я, я не могу поверить, в то, что он нашел меня сам. Правда ли это? Неужели, он все же смог тогда спастись, не став вновь рабом?
Грудь распирало от множества эмоций, и мне даже казалось, что я вот-вот задохнусь, если сейчас же не увижу этих синих, до боли знакомых глаз. Но, время будто остановилось, и все что до этого жило своей жизнь, замерло вокруг, затихло, словно готовясь к чему-то недоброму. Что это? По щеке, вопреки всему, потекла слеза, и я, смахнув ее, с нетерпением во все глаза уставилась на мужчину, который все же потянулся к капюшону. Его действия казались настолько медлительны, что у меня даже пальчики зачесались, хотелось подойти, и сорвать с его лица эту противную ткань, скрывающую за собой, такого разного, и в то же время такого, уже родного Саваша.
— Шая, — донесся до слуха обеспокоенный голос крылатого, и я на секунду повернулась в его сторону.
— Рон, он нашел меня! — я не могла ошибаться, так как чувствовала, что это именно он.
Снова вернув взгляд дракону, наткнулась на ледяные, замораживающие глаза, от которых тут же захотелось спрятаться, но, рядом никого не оказалось, и я машинально обхватила себя руками, чтобы хоть как-то согреться. Но, помогало это слабо, и я, потерев ладошками плечи, все же шагнула в сторону мужчины:
— Саваш, — будто прося его, приди в себя, протянула вперед вмиг озябшую ладонь, и, не увидев отклика, снова почувствовала, как по щекам стекли такие же холодные ручейки. Что с ним? Неужели наконец-то отыскав, он разочаровался, и не хочет больше видеть меня?
Ультрамариновые глаза неестественно блеснули, а дернувшийся уголок красивых губ, ничего хорошего не предвещал. На мгновенье показалось, что это не тот настойчивый и в то же время милый дракон. Нет! Передо мной стоит дикий, злой, и голодный хищник, который искал меня не для того чтобы помочь, спасти, быть рядом, а для того, чтобы безжалостно растерзать. Блеснувшее на солнце острие, уже летящее мне в грудь, подтвердило поздно пришедшую догадку. Но, сделать я уже ничего не могла. Лишь только сердце, больно кольнув, притихло в груди, медленно, но довольно мучительно, отсчитывая последние мгновенья моей жизни. И… ничего! Только появившийся из ниоткуда иргус, плавно оседающий на землю, принес понимание того, что сейчас произошло:
— Нееет… Кис… — падая на колени, прижимаю златовласку к груди. — Зачем ты со мной пошел? Зачем…
*Масул — хищная птица, охотящаяся в ночное время. Имеет крупное тело, большие крылья, острые когти и заточенный клюв. Перьевой окрас имеет в основном светлые тона.
1. Начало. Шая
Игрис. Дни после ранения
— И что теперь делать? — осмотрев всех собравшихся, поинтересовалась я. — Вы же знаете, что камень мне придется забрать, а это значит, что магическая подпитка исчезнет. Что тогда будет с вами?
— Шая, ты открыла нам весь Нейрох, — невероятно спокойно ответил Осиасан. — Надеюсь, что хоть некоторые из нас смогут найти себе спутника.
— А если нет? Что если те, кто был с вами связан, не проснулся с городом? Я же говорила, что численность лайши лишь немногим превышает иргусов, — снова этот страшный выбор, который делаю не я а сам камень, не позволяющий поступить иначе.
— На все воля Богов, которые до сих пор охраняли все живое на этих землях, и если мы еще не исчезли с лица Алеорна, значит, на то есть веские причины, которые доселе нам неведомы.
— Нда, тут не поспоришь. Хотя, если задуматься, то ваши боги могли защитить свои народы иначе. Например: вместо того, чтобы изолировать, и в итоге стереть с лица земли весь город, со всеми его жителями, нужно было истребить, ну, или ограничить в возможностях тех монстров, которые напали на нас у древа, таким образом, численность лайши не уменьшилась бы, тем самым, позволяя иргусам и дальше подпитываться их магией. А так что? И тех, и тех осталось катастрофически мало! О, — тут же осенило меня, — выходит, эн-лайши тоже спали?!
— К сожалению, нам не известно, почему все случилось именно так, — Осиасан встал с кровати, при этом аккуратно расправив складочки на одеяле. — Что на счет отступников превратившихся в диких зверей… да, они тоже исчезли вместе с остальными жителями Нейроха.
— То есть, хочешь сказать, что после битвы эти монстры продолжали бродить по южным землям?
— Да, Шая, эн-лайши продолжали появляться у границ купола еще на протяжении десяти лет, а после, когда все исчезли, не осталось следа и от них. Но это мы заметили чуть позже, уже после того, когда начали немного приходить в себя, и исследовать близлежащие территории. Правда, подпитки, которую давал бывший шесин, было катастрофически мало, поэтому мы не могли надолго покинуть древо.