Нити судьбы
Шрифт:
— Я тоже надеюсь.
Потом мы сидели и пили чай с печеньем и практически не разговаривали. Я мысленно разрабатывала план, а Лаура то и дело бросала на меня осуждающие взгляды, всем своим видом показывая, что она по этому поводу думает.
— Привет девчонки, — Герман сел за наш столик. Мы его с Лаурой уже двадцать минут ждали. — Простите, слегка задержался и сразу предупреждаю, что у меня есть полчаса, так что давайте сразу к делу. Зачем я вам завтра понадобился?
— Если я буду снимать через вот это, — я постучала пальцем по-своему медальону, сможешь подключиться и сделать дубль того, что я буду снимать?
— Теоретически да, но только с близкого расстояния. Удаление должно быть не более полукилометра. Что у нас на завтра планируется?
— Зайду в гости к торговцу глюцирогеном, — произнесла тихо, наблюдая за реакцией Германа.
— У тебя должно быть не менее двух путей к отступлению, потому что такие люди шутить не будут. Элла ты сильно рискуешь, но если у тебя эта тема выгорит, да еще и эксклюзивный показ…
— Выгорит, не сомневайся, — заверила я парня.
— Я думала, хотя бы ты ее отговоришь. — Лаура отодвинула от себя чашку с недопитым кофе.
— Элла рассказывай.
— Рассказывать собственно нечего. Я завтра, после того как ты настроишь на меня свою аппаратуру, попытаюсь встретиться с Теодором, после чего предложу ему свои услуги по распространению глюцирогена.
— Он тебя пошлет куда подальше.
— Если пошлет, пойду, а не пошлет, у меня появится на него компромат, после чего можно будет подумать, что с этим делать дальше.
— Рискованно, но в то же время может сработать. Элла он наверняка спросит, как ты на него вышла.
— Скажу как есть, по-другому никак.
— Хорошо, с утра встречаемся у тебя, я принесу все, что нам потребуется, — Герман поднялся, собираясь уходить.
— Ты куда так торопишься?
— Так я с Ранитой договорился сегодня в одно классное местечко сходить.
— С Ранитой значит, — одна из моих бровей поползла вверх.
— Элла, она потрясающая девчонка, еще немного и я в нее влюблюсь.
— Ты-то ладно, а она привязку к своему парню ослабила?
— Приложу все усилия для того, чтобы уже сегодня она ее окончательно порвала.
— Даже так? — Признаться, я не ожидала, что у Германа с Ранитой все так далеко зайдет.
— Если будешь хорошей девочкой, то я подумаю над тем, чтобы пригласить тебя к нам на обряд единения.
У меня глаза, наверное, стали размером с блюдце.
— Элла челюсть подбери, — Герман веселился. — Она у тебя уже на пол упала. Смотри, потеряется или растопчут.
Щелкнув меня по носу, Герман быстрым шагом направился в сторону парковки, а я смотрела ему вслед и все никак не могла прийти в себя.
— Что тебя так удивляет?
— Они знакомы всего ничего, даже неделя еще не прошла, а Ранита уже готова порвать со своим бывшим парнем, к которому у нее между прочим была привязка. И Герман тоже хорош, уже об обряде единения заикается, а раз так, то у них действительно все серьезно.
— Ты не поверишь, но такое иногда случается, более того даже любовь с первого взгляда существует. Вот так вот глянешь на случайного прохожего и поймешь, что он твоя вторая половинка.
— Энрике вот глянул на тебя один раз и пропал, а ты на него уже много лет смотришь, и ничего в твоем сердце не отзывается и вот спрашивается, кому нужна такая любовь? Что она вам принесла? Только боль и страдания. А мне разочарование, потому что нет в жизни совершенства.
— Ты права, я, наверное, слишком долго мучила Энрике и все никак не решалась перевести наши с ним отношения на новый уровень, а теперь мне остается лишь сожалеть об упущенных возможностях.
— Тебе надо с ним поговорить, — предложила подруге.
— Что-то ты не больно торопишься поговорить с Виталиком.
— Это совсем другое, — возразила.
— Да нет, просто ни у тебя, ни у меня не хватает мужества выслушать противоположную сторону. Мы обе с тобой боимся перемен так же, как и возврата к прошлому.
— Может ты и права. Я подумаю об этом, скажем в воскресенье вечером. Как там Феликс, ему удалось всех разместить?
— Судя по тому, что он, как и всегда ходит по "Золотому дракону с серьезным видом, скорее всего да, потому что в противном случае он бы на всех рычал, и в зрачках бы у него полыхали огненные всполохи.
— Да-а, злой или же разгневанный дракон зрелище не для слабонервных. — Я лишь однажды видела, как Феликс потерял над собой контроль и полностью перекинулся в дракона. В разгневанного и разъяренного дракона.
— Да-а, как он нас тогда не растерзал, не знаю.
Нам было по четырнадцать, и мы решили попробовать нырнуть в речку с крутого и высокого обрыва. Я отошла подальше для того чтобы разбежаться…
Я уже прыгнула, оттолкнувшись, ощущая чувство полета, когда драконья лапа, ухватив меня за талию, прервала полет. Феликс вернул меня обратно на обрыв, а после мы с девочками лицезрели выжженную в ближайшей округе землю. Мы стучали зубами от страха, глядя на разъяренного и рычащего Феликса, который периодически извергал из пасти пламя, а его хвост ходил ходуном из стороны в сторону, сметая все то, что попадалось ему на пути. С тех самых пор мы старались не доводить Феликса до такого состояния.
— Элла, если Феликс узнает о том, куда ты завтра собралась, прошлый раз нам с тобой покажется сказкой.
— Будем надеяться на то, что он об этом не узнает.
Вернувшись домой, наткнулась в коридоре на свой мобильник, который я второпях позабыла. Оказалось, что Ник мне уже семнадцать раз звонил и еще один пропущенный вызов от Вивьен обнаружился. Решила вначале позвонить девушке.
— Привет. Ты мне сегодня звонила, да только вот я телефон дома оставила. Ты что-то хотела?
— Да. Мне звонил Ник и пригласил в субботу в "Золотой дракон".
— Ты что не хочешь туда идти?
— Что ты, конечно, хочу, тут просто такое дело… — девушка замялась.
— Ты что с Раулем помирилась?
— Нет. Он ко мне заходил и такую отвратительную сцену устроил, даже вспоминать не хочется. Я с ним несколько лет встречалась, и как оказалось, я его совершенно не знала. Элла, выяснилось, что мы с ним совершенно чужие.
— Ну, его этого Рауля, что у тебя там за дело? О чем ты мне хотела рассказать?
— Понимаешь, Элла, я тут в клинике одного молодого человека встретила. Я к нему случайно попала, двери перепутала.