Чтение онлайн

— Элла, ты потрясающе выглядишь, — Герман, не удержавшись, сделал несколько моих снимков. — По какому поводу праздник? Ты бы хотя бы предупредила, я бы тоже переоделся согласно случаю.

— Не забивай голову, тебе можно и так.

— Все интересней и интересней, — глаза Германа заблестели. — Мы еще кого-то ждем или все уже в сборе? — Герман мазнул взглядом по Нэйтону.

— Мы идем втроем и у меня к вам обоим просьба, — я перевела взгляд с одного мужчины на другого. — Чтобы вы не услышали из моих уст, сохраняйте молчание и ни в коем случае не останавливайте меня и не говорите, что я сошла с ума, хотя это и не далеко от истины, потому что в противном случае меня бы здесь не было.

— Элеонора, ты меня пугаешь.

— Нэйтон, если тебе страшно, то ты можешь остаться.

— И пропустить самое интересное? Ну, уж нет. Пошли, раз уж пришли.

Я надела на себя свое самое лучшее платье, длинное, облегающее темно-синее, расклешенное книзу. Оно переливалось при каждом моем шаге. На лице легкий макияж, волосы распущенны, в руках маленькая сумочка, а на ногах туфли на высоком каблуке.

— Герман постарайся, чтобы я постоянно была в кадре, — попросила оператора, заходя в помещение. Никогда прежде мне не было так страшно.

— Вы к кому? — дорогу нам преградила охрана.

— Добрый день, нам необходимо попасть вовнутрь.

— На вас выписан пропуск?

— Нет. Позовите начальство, — потребовала.

— Никого я звать не собираюсь, и пропускать вас тоже. Выписывайте пропуск, а потом уж…

Я развернулась лицом к камере.

— Мы ведем свой репортаж из департамента безопасности. Как вы могли только что наблюдать, дальше проходной нас не пустили, в то время как за ней скрывается преступник. Один из сотрудников данного учреждения обвиняется в воровстве.

— У-у, — застонал стоящий рядом со мной Нэйтон.

— Мы требуем выдачи преступника. Жители Миорина вправе знать о том, что происходит в стенах данного департамента.

— Да что вы такое говорите? — один из охранников даже побагровел от злости.

— Этого не может быть, — заявил второй.

— У меня есть факты и неопровержимые доказательства. Так вы нас пропустите?

— Что здесь происходит? — По другую сторону турникета появился Антонио.

— Да вот журналистка уверяет, что один из наших вор, говорит, что у нее есть доказательства и требует пропустить?

— Добрый вечер Элла, — поздоровался со мной Антонио, не скрывая того, что мы с ним знакомы. — Кому вы хотите предъявить обвинения?

— Лиманскому Мирославу.

— Даже так? — Мне показалось или Антонио действительно обрадовался? — Пропустите, я лично сопровожу наших гостей до нужного кабинета, а то еще заблудятся.

Турникет мигнул зеленым светом, сообщая о том, что мы можем пройти через него.

— Я никогда не поверю в то, что Лиманский вор, — заявил один из охранников.

— Так пойдемте с нами и сами в этом убедитесь, — предложила, мне хотелось, чтобы зрителей было побольше.

— А я пойду, и если ваши обвинения будут ложными, то я самолично вышвырну вас на улицу. — От накаченного оборотня исходила угроза, почувствовав которую Нэйтон встал между мной и охранником.

Мы шли по длинному и широкому коридору. Благодаря охраннику, который изъявил желание прогуляться с нами, к кабинету Мирослава подошло около двадцати любопытствующих. Охранник шел и не только громко возмущался, но и приглашал всех без исключения кто попадался нам по дороге полюбоваться на наглых клеветников, то есть на меня и Германа.

Антонио, остановился у одной из дверей.

— Прошу вас, проходите Элеонора, — начальник службы безопасности, услужливо распахнул передо мной дверь.

— Благодарю.

Перешагнув порог просторного и светлого кабинета, направилась к столу, за которым сидел и что-то просматривал Мирослав. Я его даже сначала не узнала. Он сильно похудел, осунулся и даже постарел. Нэйтон не преувеличивал о его физическом состоянии, с ним явно происходило что-то неладное.

— Чем обязан? — поднявшись, Мирослав не спускал с меня своего взгляда.

— Эта особа утверждает, что вы вор, — сообщил вместо меня Мирославу охранник. — У нее даже хватило наглости утверждать о имеющихся доказательствах вашей виновности.

— И что же я украл? — Мирослав не смотрел ни на кого кроме меня, и в этом взгляде я видела свет, тепло, а еще любовь.

— А вы что разве не знаете? — перешла на официальный тон.

— Нет.

— Подумайте, чистосердечное признание смягчит ваш приговор, — я не могла отвести от Мирослава взгляда.

— Любезная, — в наш разговор с Мирославом вклинился охранник. — Давайте либо предъявляйте обвинение, либо соблаговолите покинуть здание.

— Минуточку терпения. Герман, — окликнула я оператора, не поворачиваясь в его сторону, — мы в кадре оба?

— Да.

— Отлично. В таком случае перейдем к сути вопроса.

— Давно пора, — судя по голосу, это был все тот же охранник.

— Мирослав, — я сделала шаг вперед, и теперь меня с возлюбленным разделял лишь стол. — Я прошу вас вернуть мне то, что вы у меня забрали.

— Элла, я ничего у тебя не брал, — мы по-прежнему смотрели в глаза друг друга.

— Ошибаешься, ты кое-что у меня похитил, но похоже этого даже и не заметил.

— Да не мог Лиманский у вас ничего взять, — на гневные слова охранника я не обратила никакого внимания.

— Ты похитил мое сердце, верни мне его, — а вот теперь в комнате наступила тишина. Если до этого собравшиеся между собой переговаривались, кто-то громче, а кто-то тише, то после моих слов все разом замолчали.

— И не подумаю, я даже готов пойти еще дальше и лишить тебя свободы, — заявил Мирослав.

— Отлично, — я на ощупь достала из сумки коробочку и положила ее на стол. — В таком случае надевай, — открыв коробочку с браслетами, я протянула ему руку.

— Ты делаешь мне предложение? — изумился Мирослав.

Он смотрел на меня, и казалось, не верил происходящему. А что если он сейчас откажется? Мало того что это разобьет мне сердце, так я еще и посмешищем стану. Схватив один из браслетов, я, обойдя стол надела его на руку Мирослава и как только браслет оказался на запястье Лиманского, в тишине комнаты послышалось шипение, а потом раздался громкий хлопок. Мирослав приподняв руку, стал ее рассматривать.

— Магическая метка исчезла.