Чтение онлайн

– О, Великая Мать, мой товар – запричитала женщина.

– Жандармы!, – крикнул кто-то. – Вызовите кто-то жандармов. Этот воришка украл у меня кошелёк. – Грузный мужчина тяжело дышал, пытаясь догнать мальчишку, который врезался в них.

Воришка же отряхнулся, схватил несколько фруктов с земли, спрятав их за пазуху, гадко улыбнулся и снова бросился бежать.

– Стой! – оставив женщину с лотком и мужчину звать жандармов, Лара бросилась вслед за сорванцом.

Мальчишка был юрким и быстрым, но и её не зря гоняли в академии и готовили к погоне за преступниками. Ловко лавируя среди толпы, он то и дело норовил укрыться среди повозок или за выступами лавок. Но Лара не стала пробовать удачу на вкус и выпустила Ласо, простое заклинание позволяло соткать невидимую верёвку и заарканить необходимый объект, обездвижив его. Но мальчишка увернулся, недобро сверкнув глазами, и снова пустился в бега. Такое поведение выдавало в нём мага, а, судя по роду деятельности, так ещё и не подконтрольного. К сожалению, несмотря на отсев и старания собрать и обучить всех магов королевства, всё же магистры школ иногда допускали ошибки, и маги-беспризорники продолжали куролесить по улицам столицы. Теперь поимка этого наглеца стало делом чести. Лара прекрасно знала, что необученные маги в первую очередь опасны для самих себя. Побежав снова за юрким проходимцем и на ходу плетя новое заклинание, она так сосредоточилась на поимке пацана, что не заметила пакости. Маг-универсал пятого уровня, следователь и выпускница столичной академии, она проглядела простенькую Подножку, брошенную ей прямо под ноги. Лишь покатившись по грязной мостовой и угодив головой во всё ещё не растаявший снег, Лара поняла, что произошло. Но было уже поздно: пацан скрылся, и догнать его не представлялось возможности.

Какой же из неё сыщик, если она даже простого воришку не может поймать? Сегодня богиня Рирара точно отвернулась от неё, а её брат Арам[3]обрушивает на неё сотни несчастий.

Расстроенная до глубины души, она с трудом поднялась, отряхиваясь от грязи, и тут услышала позади себя.

– Если вы думаете, что я просто так вам отдамся, то ошибаетесь, – женский голос, вывел её из уныния.

– Если не будешь сопротивляться, то умрёшь быстро и безболезненно, – гнусавый мужской голос доносился из–за угла здания.

Лара среагировала инстинктивно. Разозлённая и обиженная, в ней сразу же поднялась сила. Может, богиня удачи и отвернулась от неё, но она не будет бездействовать, когда кому–то грозит опасность. Игнорируя мокрую одежду и скользкое месиво снега, она побежала на звуки голосов, сворачивая в узкий проулок между двумя зданиями. Это был тупик. Три высоких вооружённых мужчины надвигались на девушку, которая прижалась к стене. Несмотря на то, что в её руке был небольшой нож, даже отсюда Лара видела испуг на её лице. Недолго думая, она действовала без предупреждения, что противоречило протоколу, но медлить было нельзя. Направив потоки силы и разделив их, она вырвала оружие у нападавших, четвёртым потом она повалила их на землю, вмиг сплетая обездвиживающую сеть, пригвоздив мужчин к земле. Так ловко и быстро она не действовала даже на экзаменах. Не прошло и минуты, как трое мужчин в полном недоумении лежали на земле, не в силах пошевелиться, и с удивлением осознавая своё положение. Лара сама была удивлена, смотря на восходящие потоки узора, опутавшего убийц: в них было в три раза больше энергии, чем требовалось.

– Ловко, – хмыкнула девушка, с улыбкой смотря на мужчин.

– С вами всё в порядке? – завязав потоки, чтобы не тратить силы на их поддержание, Лара тут же забыла про нападающих.

– Да, спасибо, что спасли меня, – девушка робко улыбнулась, хотя глаза сверкали недовольством и разочарованием.

– Я вызову жандармов и лекарей, вы ранены.

– Нет не нужно, это просто царапина. И не такое случалось, – девушка вытерла кровь со щеки рукою в перчатке.

Лара удивилась, увидев тонкие кожаные перчатки, изготовленные из речного урла. Дорогой аксессуар для девушки из бедных кварталов. Лара пригляделась к девушке, но так и не смогла определить её социальный статус. Белокурые волосы коротко острижены, лицо девушки не было покрыто ни граммом косметики, которую так любили лорды и леди из высших домов Антора, высокие точёные скулы, пухлые губы, большие пронзительно голубые глаза и ухоженные ровные брови выдавали в ней уроженку южных районов Аркадии. Одежда на девушке была ладной, но простой. Коричневая куртка, утеплённая протёртым овечьим мехом, добротные шерстяные штаны, и высокие протёртые сапоги из обычной бычьей кожи. Если бы не её ухоженное лицо, которое никак не портил тонкий порез на щеке и перчатки из кожи урла, Лара бы приняла её за обычную жительницу бедного района, может, даже за беспризорницу.

– Спасибо ещё раз за помощь, но мне нужно идти, – девушка уверенно перешагнула через обездвиженные тела обидчиков и направилась к выходу из переулка.

– Подождите! Вам нужно остаться и дать показания против нападающих. Необходимо разобраться во всём, – Лара преградила ей дорогу.

– Некогда мне разбираться – девушка грубо оттолкнула Лару и бросилась бежать прочь.

Снова застигнутая врасплох, Лара в который раз за сегодня упала в мокрый снег, но тут же поднялась и побежала за девушкой. Как только она вынырнула из переулка, резко остановилась: девушки и след простыл. Был импульс раскинуть ищущую сеть, но это заклинание требовало слишком много силы, а она уже изрядно потратилась сегодня. Кристалла накопителя при ней не было. Махнув рукой на странную особу, Лара вернулась к нападающим. Убедилась, что потоки хорошо связаны и энергии в них хватит надолго, она направилась искать жандармов, дабы привести неудачливых убийц в тюрьму и завершить арест.

***

Девушка-следователь не стала бежать за ней, и это несказанно сильно порадовало Витару. Отойдя на почтительное расстояние от места происшествия, она деактивировала артефакт сокрытия, который позволял ей укрываться от Ищущих сетей. Девушка была магом-универсалом и, видя, с какой лёгкостью она расправилась с убийцами Гарна, Витара не хотела рисковать зря. У неё и так сегодня самый неудачный день в жизни: богиня Рирара полностью отвернулась от неё, и её брат Арам преследовал Витару с самого утра. Привод в казармы жандармерии или, упаси Всемогущий Отец, в отделение сыска, ей уж точно было не нужно. Слишком опасно для жизни.

Витара отряхнулась от налипшей грязи, горстью чистого снега умыла лицо от крови, и двинулась прочь, подальше от сыщика и убийц. Порез жёг, и ей не помешал бы лекарь, нож этого ублюдка Нура был смазан ядом цепны[4], это не убьёт её, но рана будет очень долго закрываться, и может остаться заметный шрам на щеке. Витаре было всё равно на красоту, но шрам мог стать опознавательным знаком, а в её профессии – это равносильно раскрытию. Нужно было срочно найти хорошего лекаря и запечатать рану, пока ещё не поздно. Но куда податься, она не знала. Все знакомые лекари, которые могли бы ей помочь, не задавая лишних вопросов, так или иначе были связаны или работали на Гарна. Но с учётом, что глава гильдии воров прислал за ней своих убийц, – это было плохой идеей.

Сегодняшний день не задался с самого утра. Вчера завершив одно из самых крупных дел за всю свою карьеру вора, Витара праздновала победу. Но, видимо, подношения богини Рираре не удовлетворили её, и удача отвернулась от Витары, как кошка от миски с прокисшим молоком. Две недели планирования и приготовлений, опасная, на грани смерти, прогулка в дом герцога Пренье, и древнее колье стоимостью в три тысячи полновесных золотых было в её руках. Витара и не мечтала когда-либо держать такую сумму в руках. Когда они, наконец, вернулись с Фарелом в их убежище, сразу же спрятали колье в тайнике под полом. Именно Фарел уговорил её повременить с раскрытием окончания дела. Он так сладко уговаривал её провести хоть одну ночь с такой драгоценностью рядом: описания этого колье на её голом теле и сладостные обещания любви в его светло-серых глазах грели женскую душу, и она согласилась.

При воспоминании о Фареле Истуре внутри пробуждалась такая ненависть, на которую она и не думала, что способна. Три года они были не просто напарниками, не просто любовниками: она на самом деле любила его, любила по-настоящему. Они мечтали о маленьком доме, где-то на юге, об общих детях и осёдлом образе жизни. Витара мечтала о детях, своём доме на побережье, большой и крепкой семье, которой никогда не имела. С семи лет, с того дня, как, сбежав от пьяницы-отца, она выросла на улицах Антора. Четыре года беспризорничества и воровства лишь ради куска съестного стало её новой реальностью, пока в один день Гарн не заметил её и не взял под своё крыло. Он обучал её своему ремеслу, тщательно, так, как умел. Он заменил ей мать и отца. И вот спустя десять лет она с гордостью могла именовать себя профессионалом.

Три недели назад в таверне «У Молодца», где собирались самые сливки воровского мира, она услышала про новое дело, и тут же загорелась им: колье на предъявителя, гонорар в семь сотен полновесных золотых. Это были огромные деньги. И это был их с Фарелом билет в свободную жизнь. Фарел отговаривал её: дельце было опасным и попахивало гнильцой, но Витара так сильно хотела вырваться, что решила рискнуть, и Фарел в конечном итоге согласился. Особняк герцога Перье был защищён всеми возможными и невозможными охранными заклинаниями, дюжиной свирепых волкодавов, и небольшим личным войском. Но тщательное планирование, трата большей части своих сбережений на деактивирующие амулеты и артефакты, и колье наконец было в их руках.

Вчера они пили и праздновали победу, вчера Фарел ласкал и любил её, вчера она слишком быстро опьянела и уснула. Уснула лишь для того, чтобы утром проснуться в холодной постели и пустой комнате. Колье, все её сбережения и сам Фарел пропали. Этот ублюдок даже испортил больше половины её вещей, оставив лишь те, до которых не смог добраться.

Витара была в бешенстве: эмоции захватили её настолько, что она даже не подумала о том, что Фарел может опередить её. Опьянённая и ослеплённая своей неприкосновенностью, она тут же ринулась к своему покровителю Гарну в «У Молодца», чтобы обвинить Фарела в обмане и предательстве. Но какого же было её удивление, когда Гарн её даже на порог не пустил. Он так и не смог простить ей ухода от него. Щирам, помощник, и правая рука Гарна перекрыл ей путь на второй этаж.