Чтение онлайн

— Она ушла чуть-чуть раньше Кайку. Подозреваю, у них возникла какая-то размолвка, — продолжила Кайлин.

Заэлис вопросительно поднял бровь.

— Я пристально слежу за самой непоседливой из своих учениц, — пояснила она. — Не думаю, что мы еще встретимся с Сараном Иктисом Марулом. Она меняется.

— Ты с ней говорила? Что тебе известно?

Черно-красные губы Кайлин искривились в слабой улыбке.

— Она выполняет для меня небольшое поручение. Мне удалось убедить ее, что это… в наших общих интересах.

— Поручение? — медленно, с недоверием повторил Заэлис. — Какое такое поручение, Кайлин?

Она покосилась на него.

— Это наши дела.

— О боги? Ты только что отослала моего лучшего шпиона! И не говоришь, зачем! Что происходит, Кайлин?

— Она не твой шпион, — напомнила ему Кайлин. — Если она чья-то, то моя. И она сейчас за границей по делам Красного ордена.

— А я думал, что Либера Драмах и Красный орден работают вместе… Ничего себе сотрудничество.

Кайлин тихонько посмеялась.

— Если бы это было сотрудничество, Заэлис, мы бы и близко не подпустили Люцию к Альскаин Map. Если бы у меня была на то власть, я бы запретила эту экспедицию. Нет. В Провале правит Либера Драмах, и ты это прекрасно знаешь. Но мы ничего тебе не должны. Мы можем помогать тебе, но мы не принадлежим тебе. И прежде чем все это закончится, мне необходимо позаботиться и о собственных интересах.

Люция проснулась уже после полудня, немного перекусила и молча, не сказав никому ни слова, подготовилась к тому, что ей предстояло.

Потом она прошла сквозь кольцо пожирателей душ и остановилась у зева уходящей вниз шахты. Сзади ее освещало солнце, но покрытые шрамами шея и верхняя часть спины ничего не чувствовали: нервные окончания умерли. Она смотрела вдаль, на восток, где бежали крошечные облачка и чистая лазурь переливалась в оттенки пурпурного.

Девочка позволила себе расслабиться и прислушалась. Ветер нашептывал какую-то бессмыслицу, а вокруг ворочались и грохотали медленные, непонятные мысли холма. Здесь не пробегали звери — инстинкт предупреждал их о том, что скрывалось под землей.

Люция тоже чувствовала это повсюду, но четче всего — под холмом. Как дыхание некоего огромного зверя, который спит, но знает об их присутствии. Воздух казался плотным и порождал обманы зрения вроде быстрого движения на грани видимости.

К ней подошли Кайлин и Заэлис. Он попытался ободрить Люцию улыбкой — абсолютно неубедительно. Сестра удивительно нежно потрепала ее по волосам.

— Помни, Люция, что никто тебя не принуждает.

Люция не ответила. Кайлин понимающе кивнула и ушла.

Сопровождавшие их воины принесли с собой материал для люльки и собрали ее, пока Люция спала. Она представляла собой легкий стульчик, сплетенный из тростника камако, и несколько веревок, чтобы обеспечить Люции безопасный спуск в пещеру. Они усадили Люцию в люльку и привязали веревками, довольно неуклюже, потому что смотрели на нее с благоговением и боялись причинить боль. Закончив, двое подняли Люцию, а остальные закрепили конец длинной веревки на самом крепком на вид пожирателе душ. Девочку бережно опустили в провал, и она повисла над шахтой. Спинка импровизированного стула касалась одной из стен. Заэлис взглянул на нее, и в его глазах отразилась борьба чувств. Он склонился к ней.

— Возвращайся.

Она едва скользнула по нему своим странным, отсутствующим взглядом и ничего не ответила.

— Опускайте! — велел один из стражей своим напарникам, и погружение началось.

Первые несколько метров дались нелегко. Опускали рывками, и Люции приходилось отталкиваться от черного волглого камня. Это длилось не дольше минуты, но она исцарапала руки и ноги и заработала много синяков.

А потом узкий провал раздвинулся, и Люция повисла в пустоте над Альскаин Map. В необъятной подземной пещере крохотная фигурка в люльке… Реальность ситуации потрясла Люцию, на нее нахлынула волна ужаса. Еще хуже было от того, что произошло это с разрешения отца. И тут Люция поняла: какая-то часть ее до последнего ждала, что Заэлис изменит решение, скажет, что она не обязана туда идти, и никто не осудит ее, если она откажется… Он этого не сделал. Он никогда не оставлял ей выбора. Как он мог так поступить? Как мог?

Сверху на нее падал солнечный свет, освещал золотистые волосы и спину — единственный луч в этой плотной тени. Внизу, там, где свет глаза Нуки падал на воду, ослепительно блестело озеро, прозрачное настолько, что можно было разглядеть обломки на дне. Там лежали останки древних зданий. Над расколотыми камнями изрядно потрудилось время, и они, как подводными лесами, заросли водорослями. Тут и там над водой поднимались, как шапки белого крема, островки — некогда арки и верхушки приземистых колонн. Люция видела только одну стену пещеры, другая, невидимая, тонула в непроглядной тьме. Девочке казалось, что там — пропасть. Из провала свисала виноградная лоза и еще какая-то зелень, будто потянувшись отчаянным усилием к воде. Влажный сумрак царил здесь, и слышно было только, как где-то в отдалении капает вода да изредка всплескивает играющая рыба.

Спустя тысячу лет после того, как храм ушел под землю, верхняя часть его все еще стояла, возвышаясь вокруг Люции во всем своем скорбном великолепии. Из воды торчали гигантские каменные ребра с обломанными краями, изгибались арками под сводами пещеры. На них древние люди вырезали пиктограммы на непонятном языке. В своем развитии общество потеряло этот диалект, но очертания знаков выглядели серьезными и мрачноватыми. Наверное, этот язык принадлежал людям мудрым и звучал гармонично и красиво…

Сохранились и другие части храма. Под собой Люция видела скелет просторной палаты с куполом и довольно высоким полом: вода омывала ее, но не сумела поглотить. Разрушенные остатки других помещений прозрачно намекали на планировку здания «при жизни», до катастрофы. На стене перед Люцией два каменных ребра удержали массивный фрагмент каменной кладки. Когда-то он был частью храмовой крыши. Угловатые узоры испещряли его поверхность — слабенький отблеск роскоши, некогда присущей этому месту. На грани видимости Люция угадывала другие постройки — слишком темные, чтобы разглядеть их в деталях, но, судя по очертаниям, невероятных размеров.

Девочка вдруг почувствовала себя маленькой и одинокой. Она была совсем одна в этой громадной пещере… за исключением того, существа, которое томилось в Альскаин Map вечным ожиданием.

Скрипучий стул постепенно, маленькими рывками опускался перед развалинами палаты с куполом. По счастью, она не боялась высоты, зато ужасно боялась, что сломается стул или оборвется веревка, хотя и знала наверняка, что все возможные меры предосторожности приняты, а люлька выдержит и шестерых таких, как она. Люция прислушивалась к гулким ударам собственного сердца и ждала, когда же, наконец, ступит на твердую землю.