Чтение онлайн

Коннор с изумлением смотрел, как она снимает платье; на ней не было нижнего белья. Незнакомка медленно обнажила высокие, округлые груди, затем высвободила руки из коротких, с буфами, рукавов и начала опускать платье дальше вниз, к бедрам, до тех пор, пока не показался скрываемый под корсажем маленький кожаный мешочек, висящий между грудей на сатиновой тесьме.

Взяв мешочек большим и указательным пальцами левой руки, женщина повертела его, медленно и соблазняюще:

– Это для вас, мистер Макгин. Мамочка сказала, что за золото вы покажете все лучшее, на что вы способны.

Коннор услышал звон монет в маленьком кошельке и позволил себе улыбнуться:

– Цвет золота – это цвет любви, мисс...?

– Ленора. И меня совершенно не интересует любовь, – добавила она с презрением. – Но страсть, ах...

Ее вздох был таким же роскошным, как и сидения, обитые великолепным бархатом.

Под перестук колес катящейся по улице кареты она поводила кожаным мешочком по груди, так чтобы сосок на ней набух и затвердел. Коннор заметил у Леноры обручальное кольцо на руке, украшенное рубином, и непроизвольно подумал от том, жив ли ее муж – и какой же муж мог допустить, чтобы такая красивая, пылкая жена стремилась получать удовольствие от совершенно постороннего человека. Однако Коннор уже привык к подобным вещам, особенно, если речь шла о состоящих в браке женщинах, вышедших замуж за джентльменов, которые были намного их старше, но обладали приличным состоянием. Впрочем, это было не его дело, напомнил себе Коннор. Его же дело – это мешочек с золотом и привлекательная ложбинка на груди, которая так соблазнительно его поддерживала.

Несмотря на то, что Коннор обладал достаточным опытом, ему еще не встречались такие дерзкие и откровенные женщины, как Ленора. Уверенный в том, что ей нравятся сильные мужчины, Коннор, усевшись поудобнее в раскачивающейся карете, наклонился к Леноре и сжал рукой ее левую грудь. Когда он взял в рот уже твердый сосок и нежно его полизал, вторая его рука потянулась к низу ее живота, задержалась ненадолго, чтобы почувствовать, как он поднимается и опускается во время дыхания, затем проследовала вдоль плавной линии бедра назад, к маленьким, но сочным ягодицам. Прижав Ленору к себе поближе, Коннор нежно сжал губами напрягшийся кончик ее груди, заставив женщину застонать от наслаждения.

– Да... осторожно... – прошептала она в его ухо. – Но не так мягко.

Ухватившись за жесткие темные волосы Коннора, Ленора притянула его голову к себе:

– Кусай меня... сильнее... да, вот так, – стонала она, в то время, как Коннор со все нарастающей силой перекатывал ее сосок между губами, покусывая его и лаская языком его кончик.

Правая рука Коннора все еще держала грудь Леноры, а левая добралась до ее ягодиц и начала опускаться ниже, под платье, собранное складками на ее поясе. Ленора немного приподнялась над сидением, и Коннор с восторгом обнаружил, что под ее юбкой ничего нет. Он издал легкий одобрительный вздох и принялся ладонью ласкать ягодицы, пробираясь кончиками пальцев во влажную, теплую ложбинку между ними.

Ленора задрожала от удовольствия, когда пальцы Коннора проникли в нее.

– Да... – прошептала она, опускаясь на его руку.

Подвинувшись на сидении, Коннор сжал ягодицы Леноры и потянул ее к себе. Когда она взобралась на него, ее платье завернулось и обнажило мускулистые, восхитительно оформленные ляжки. Ленора откинула платье назад и села на колени Коннора, сжав их своими бедрами, протянув руки над его плечами и ухватившись за спинку сидения для того, чтобы удержаться в раскачивающейся из стороны в сторону карете.

Коннор продолжал ласкать ее груди, переходя по очереди то к одной, то к другой. Его левая рука поддерживала Ленору сзади, в то время как правая оглаживала бедра, нежно исследуя их внутреннюю поверхность, снова и снова возвращаясь к мягкой, потайной впадине, заставляя тем самым женщину трепетать от восторга и возбуждения.

Отклонившись немного назад, Коннор взглянул вверх и увидел ее полузакрытые глаза, дрожащие губы, напряженное от страсти лицо.

– Слишком просто... получается слишком просто... – подумал вдруг Коннор и в тот же момент понял, что с такими женщинами, как Ленора, ему придется действовать намного смелее... иначе трудно гарантировать успех и продолжение своего бизнеса.

– Да, сильнее! – закричала Ленора, прижимаясь к руке Коннора.

Неожиданно он высвободил ладонь из-под нее, и когда Ленора удивленно посмотрела вниз, она увидела страстный блеск в глазах Коннора.

Медленно и сладострастно он поднял влажную руку и прикоснулся кончиками пальцев к языку.

– М-м-мм... – он застонал от наслаждения и, протянув руку, раздвинул ее губы так, чтобы она могла почувствовать свой собственный терпкий аромат.

– Попробуй, какая ты вкусная, Ленора, – прошептал Коннор, проводя пальцами по ее губам и языку.

На мгновение она поразилась, но затем начала облизывать пальцы Коннора, поначалу медленно, потом со все большей пылкостью и страстью, пока, наконец, не схватила Коннора за волосы на затылке и не прижалась ртом к его рту, глубоко проникая языком вглубь.

Коннор почувствовал, как пальцы Леноры лихорадочно расстегнули его плащ и нетерпеливо ищут застежку на поясе. Он помог ей развязать пояс и задрожал от возбуждения, когда она запустила руку внутрь, сжала мощный стержень и вытащила его из ставших тесными брюк.

Ленора возбужденно замурлыкала, когда почувствовала, какой он большой и сильный.

– Я хочу тебя, – выдохнула она.

Когда Коннор вошел в нее, Ленора немного прогнулась, держась за его плечи для равновесия и сжимая его ноги своими бедрами. Коннор почувствовал, как женщина страстно затрепетала, когда он начал делать толчки вверх, поначалу медленно, затем все больше ускоряя ритм, в такт раскачивающемуся экипажу, стремительно несущемуся по аллеям Риджентс Парк.

– Да! – закричала Ленора, вскидывая руки над головой Коннора и исступленно царапая ногтями крышу кареты. – Еще!

Издав глубокий стон, Коннор схватил Ленору под ягодицы и принялся приподнимать и опускать ее, ударяя все сильнее и быстрее.

– Да! Да! О, да! – кричала Ленора снова и снова, стуча руками о крышу в такт его ритмичным толчкам.

* * *

В это время почтенный кучер почувствовал удары в спинку своего сидения и услышал восторженные крики. На его лице появилась лаконичная усмешка, в которой отразилось нечто большее, чем просто зависть. Он схватил кнут и крикнул запряженным в карету жеребцам:

– Миссис Йорк, кажется, напрашивается на хорошую порку.

Кучер поочередно стегнул кнутом по спинам жеребцов и щелкнул им в воздухе прямо над их головами. В ответ жеребцы мгновенно рванулись в галоп, пронося темную карету и ее пассажиров по парковым аллеям.

Тяжело дыша, Эмелин Магиннис закрыла за собой дверь квартиры и прислонилась к ней спиной.

– Еще есть время, – сказала она сама себе и посмотрела на узел, который держала в руках. После того, как на протяжении нескольких недель Эмелин откладывала каждый пенни, храня их в тиковом 4 матраце, она, наконец-то, скопила достаточно, чтобы купить маленькую жестяную баночку порошка восточноиндийского какао и некоторые другие продукты для этой особой субботы, четвертого августа,– двадцать второго дня рождения ее брата. Эмелин намеревалась приготовить любимый пирог Коннора, чтобы отпраздновать такую дату.