Чтение онлайн

Почерком Эбби.

Поднимаю голову и сталкиваюсь с ее взглядом, лишенным всяких эмоций.

– Просто прочти все на розовых карточках. Желтые – мои.

На этом она уходит и занимает свое место впереди, а мне остается лишь смотреть ей вслед.

Наш проект. Наш годовой проект, от выполнения которого наполовину зависит выпускная оценка.

Я потратила на него часов десять за весь год. Судя по стопке карточек, Эбби работала над ним в двадцать раз больше.

Я подвела ее. Я игнорировала ее, динамила, сливала и…

Я подвела ее.

Сглатываю подкативший к горлу комок и, взяв карточки, просматриваю их содержание. Тут не меньше сотни, все аккуратно пронумерованы. Половина желтого цвета, а другая – розового.

Знала ли Эбби, что мне это понадобится? Что я не в курсе даже основных моментов нашей презентации?

– Энн, Эбби, ваша очередь.

Поняв, что учитель смотрит на меня, я киваю, снимаю капюшон и беру карточки. Они кажутся тяжелой ношей в моих руках – доказательством ее разочарования.

Мне дурно от мысли, что я бросила Эбби, свалив на нее всю работу. Я игнорировала подругу, будто она ничего не значит. Опять. Снова, снова и снова.

Она могла бы отыграться, рассказав все учителю или просто позволив мне молча стоять рядом на защите. Вместо этого она спасла меня, хотя я этого не заслуживаю.

Я выхожу к доске, Эбби там уже вешает плакаты.

– Спасибо, – шепчу, перехватив ее взгляд.

Она лишь кивает с тем же бесстрастным взглядом. Сочувствие, теплота, дружелюбие – всего этого нет. Эбби смотрит на меня, как на пустое место.

Это прощание. Так она ставит точку. Так она может отпустить меня, не испытывая угрызений совести. Эбби знает, что я завишу от Коннора, поэтому прежней дружбы между нами уже не будет.

Я окончательно ее потеряла.

Это финальный аккорд наших отношений.

От осознания происходящего у меня чуть не подгибаются колени. Когда презентация закончится, все станет официально. У меня не будет друзей.

Я останусь одна.

20 мая

8 месяцев, 20 дней

Когда я прихожу к Коннору, в квартире подозрительно тихо. Ненадолго задержавшись у двери – все-таки тишина не свойственна этому месту, – иду по коридору в его спальню. Меня сопровождает гулкий отзвук собственных шагов.

Открываю дверь и с удивлением замечаю, что шторы раздвинуты и в окно льется солнечный свет. Коннор сидит на полу, сосредоточенно склонившись над гитарой.

– О, отлично, садись! – Он явно рад меня видеть. Я словно вернулась в прошлое, когда Коннор весь день ждал моего возвращения, считая секунды до того момента, как мы снова будем вместе.

Улыбаясь этим воспоминаниям, киваю и подхожу к стулу.

– Скажи, если узнаешь мелодию. – Его пальцы ударяют по струнам, и звуки акустической гитары заполняют комнату. Мотив знакомый, но у меня не получается разобрать, что это за песня.

Коннор заканчивает играть и, приподняв брови, с нетерпением смотрит на меня.

– Подожди… я ее знаю… не подсказывай…

Он заново проигрывает мелодию, и ноты плывут по воздуху. Его пальцы проворно и изящно перебирают струны.

Коннор снова смотрит на меня, а я все никак не могу узнать эту песню. Я безнадежна, в голове крутятся тысячи вариантов, но нет нужного.

На лице Коннора отражается разочарование, но у меня нет ответа. Зато его голубые глаза так и светятся этим знанием, пока я изо всех сил пытаюсь подобрать правильную песню.

– Это «Forever Yours», – произносит он, не дав мне больше времени на размышления.

– Ой! – восклицаю слишком громко. – Моя любимая песня.

– Да.

Я улыбаюсь, желая убедить Коннора, что его сюрприз мне понравился, но он откладывает гитару. Я все испортила. Не узнала свою любимую песню. Отобрала у него момент славы.

– Я потратил на это три часа, – жалуется Коннор.

– Сыграй еще раз. Пожалуйста. Это было прекрасно. А теперь мелодия зазвучит еще лучше, ведь я знаю, что это за песня.

Несколько секунд он просто бренчит по струнам, словно не услышал меня, словно вообще не собирается отвечать, а затем, кивнув, снова подхватывает мотив, и я испытываю облегчение.

Ужасно, что любая мелочь так весома. Каждую минуту каждого дня мне приходится следить за собой, подбирать правильные слова, чтобы не испортить Коннору настроение.

А вместе с этим и мой день.

Я устала постоянно балансировать на грани, где любой неверный шаг грозит падением.

Когда звуки музыки снова заполняют комнату, я ложусь на кровать и рассматриваю текстурную поверхность потолка. Коннор сидит всего в двух шагах от меня, но кажется, будто он очень далеко. Между нами глухая пропасть, которую я вряд ли смогу преодолеть.

Я знаю, что он три часа репетировал ради меня и что все впустую, но мне это и не было нужно. Пусть лучше перестанет все усложнять. Я хочу видеть на его лице улыбку, а не постоянное напоминание о том, что мое желание невыполнимо.

Хочу, чтобы он чувствовал себя цельным без моей постоянной поддержки и помощи.

Мне надоело переживать из-за любой совершенной ошибки. Я хочу легкости и счастья в отношениях, а не ходить по раскаленным углям каждую минуту. Хочу видеть его улыбку в ответ на мои промахи.

Хочу, чтобы мы гуляли с моими друзьями. Чтобы он приходил к нам с мамой на ужин и я могла оставить их наедине, не переживая о том, что они наговорят друг другу.

От таких мыслей у меня ноет в груди, я чувствую слабость во всем теле.

Я хочу, чтобы он прощал мои ошибки. Чтобы они забывались в тот же день, а утро начиналось с чистого листа. Не хочу, чтобы мои промахи накапливались, громоздясь все выше и выше, как карточный домик, готовый рухнуть от малейшего ветерка.

Хочу, чтобы Коннор смотрел только в наше совместное будущее, оставив гнетущее детство позади. Хочу, чтобы он сосредоточился на своей работе и квартире и притворился, что у него вообще нет родителей, что я и есть его семья, что вместе мы обретем счастье и добьемся успеха, независимо от обстоятельств.