Чтение онлайн

Халбет твердо посмотрел на меня.-Ужасная штука - научная компетентность. Спустимся вниз, я вас познакомлю. Великолепная парочка!

Он снова вывел меня в холл. Громкоговорители орали чьи-то фамилии, но я заметил, что у некоторых сотрудников в грудных кармашках голливудских лабораторных курточек торчали малюсенькие коробочки.

– Что это за штучки?
– спросил я.

– Последнее усовершенствование в научной организации труда. Мои замы убедили меня в его необходимости. Начиная со старших научных сотрудников, персонал вызывается по особой линии связи. Клянусь, Фэрли, они просто принудили меня к этому. И как положить всему этому конец-ума не приложу. Скажите мне как- и я положу, честное слово!

Как и прошлой ночью, мне стало его жаль. В своей области это был большой человек. Халбет взялся за ручку двери с матовым стеклом.

– Приготовиться! Демонстрируются Коул и Харт!

Он раскрыл дверь комнаты размером эдак футов 60 на 30,

Ни единого пятнышка. Ояа годилась бы для операций аппендицита. А уж оборудование! Вакуумный насос приговаривал: пфу-пфу-пфу. И какая-то зеленая жидкость проходила длиннейший путь по системе стеклянных трубок. Проклятого бульканья и всхлипывания было больше, чем у Джекила и Хайда [ Персонажи из повести Роберта Стивенсона "Странная история доктора Джекила и мистера Хайда".]. Длинная линия клеток из нержавейки, дверцы которых широко" распахнуты. Пол покрыт копошащимися белыми мышами, кроликами и собаками.

– Идите за мной.-Халбет ловко лавировал среди лабораторных животных, ведя меня в другой конец комнаты, где было устроено что-то вроде уютной гостиной. Стойка для курительных трубок, книжные шкафы, камин. У камина сидели два старца с тростями в руках. Один из них держал здоровенный кус хлеба и крошил его животным.

– Доброе утро, джентльмены, - поздоровался Халбет.

Тот старик, что держал хлеб, так и подскочил. Туловище у него было тучное и маленькое, приделанное к тощим длинным ножкам. Мне он напоминал очумелого паука.

– Доктор Коул, позвольте вам представить доктора Фэрли.

Я пожал руку доктора Коула, который наклонился вперед, но не встал.

– А это доктор Харт.- Старик футов семи ростом еле выполз из кресла с помощью своей палки. Он не весил и ста тридцати фунтов.

– Рад познакомиться с вами, доктор Фэрли,-сказал доктор Харт. Доктор Коул даже не шевельнулся.

– Сэм,-сказал он Халбету,-а этот молодой человек из наших?

Я подумал, что он хочет узнать, состою ли я у них в штате, но ответ Халбета показал, что смысл вопроса был иным.

– Его можно не опасаться.

– Благодарение Господу!-сказал Коул,-Сегодня я что-то не гожусь для очередного представления. А, кроме того, я их выпустил на прогулку.-Он протянул кусок хлеба жирнющему псу. Доктор Харт снова уселся в кресло. Халбет и я выбрали стулья поближе к огню.

– Как вам понравилось вчерашнее действо? Начало просто тягомотина, но зато какой конец! А это чушь из "Математических основ неорганической жизни?"-Ступни доктора Коула покрывал прибой лабораторных животных. Мыши громоздились, образуя целые холмы, рассыпавшиеся, когда их начинали обнюхивать собаки, кролики шлялись взад и вперед, натыкаясь на сородичей, на стулья и на собак. Ни писка, ни лая не было.

Одна из собак вдруг раскорячилась и подняла хаост. Доктор Харт схватил стеклянную пепельницу и поймал в нее помет. Реакция его была точной, как у вратаря. Однако по исказившемуся лицу я понял, что резкое движение причинило ему сильную боль. И все же он явно гордился своей реакцией. На место пепельницу Харт поставил с картинной небрежностью.

– Доктор Харт, я давно не видел вас в такой отличной форме,-сказал Халбет.-Но разрешите мне рассказать нечто забавное. Ваши действия доставили мне небольшое огорчение. Эти космические ребята теперь хотят навязать нам исследование на базе вашей "Неорганической жизни".

– Видишь, Коул! Я же тебя предупреждал! Предупреждал!-Доктор Харт наклонился вперед и резко ткнул своей тростью трость Коула. Животные удивились. Две мышиные пирамиды рухнули. Доктор Коул в ответ тоже потыкал своей тростью.

– Твои шуточки, Коул, все же навлекли на нас неприятности. Вы, сэр, потеряли чувство достоинства! Мы же как-никак нобелевские лауреаты!-И Харт вернул толчок с процентами.

– Твой недостаток, Харт, в том, что нет в тебе артистизма ни на грош.

– Дешевка!-Воскликнул Харт и нанес трости Коула еще более резкий удар.-Дешевка! Оба мы-просто дешевка!- тычки стали чаще и сильнее, хотя обе трости не отрывались от пола. Работали только наконечники. Я посмотрел, как реагирует Халбет. На его лице блуждала прежняя печальная улыбка, но он был спокоен. Я уселся поудобнее.

– А ты-то что можешь предложить?
– проговорил Коул, тяжело вздохнув. Слушай, Харт. Мне семьдесят шесть, тебе-шестьдесят девять.-Тычки прекратились.-Чем ты недоволен? Выкладывай.

Доктор Харт не глядя указал тростью на цветную жидкость, булькавшую в больших стеклянных трубках.

– Вот эта подделка,-сказал он.

– Неужели она тебе не нравится?

– Фальшивка! Только и пользы от нее, что булькает. Проклятая фальшивка!-Доктор Харт уже кричал.-И эта живность! Домашний зоопарк! Ни одна скотина здесь не служит науке!

– Ладно,-сказал Коул,-а тебе известен адрес какого-нибудь дома призрения для престарелых нобелевских лауреатов?

– Глупая шутка, доктор Коул! Глупая шутка! Неужели же у вас не осталось и крошечки такта?!-Он стукнул наконечником трости по палке Коула.
– Неужели не осталось ни капельки собственного достоинства?!

Крак! Крак! Крак!-стучали палки. Теперь они уже мелькали в воздухе. Трах! Трах! Старики тяжело пыхтели. Наконец доктор Коул опустил оружие и закрыл глаза. Оба с трудом переводили дыхание. Лицо Коула с закрытыми глазами обратилось к Харту.

– Слишком уж они разжирели,-сказал он, подсовывая трость под мышиную пирамиду.
– Слишком уж жирны для служения науке.-Он швырнул в них огрызком хлеба.-Когда следующее представление, Халбет?

– Господи!
– простонал Харт.

– Извини, Харт,-сказал тихо Коул, и кончик его трости нежно, как бы целуя, прикоснулся к трости Харта.

– Представитель Совета вылетает сюда на следующей неделе,-ответил Халбет.

– Чем бы нам его сразить?-спросил задумчиво Коул.Вонью?-Харт покачал головой.-Пожалуй ты прав, надо что-нибудь похлеще. Раскинем-ка мозгами. Давай, давай, Харт. Что бы ему подсунуть?

Харт качал головой. Открыл рот и беззвучно закрыл его.

– А как насчет той статьи, которую отвергли эти олухи правительственные эксперты? Как ее там... "Арифметика клаустрофобии у животных"? Знаешь, что мы приготовим для представителя? Ух, это его прямо оглушит! Всю живность разгоним по клеткам, а на них повесим занавески. Темнотища! А когда мы отдернем занавески, животные, само собой, рванутся наружу. После этого я прочту несколько абзацев из "Арифметики клаустрофобии"! Как это будет согласовываться с твоим достоинством, Харт? Кулаки Харта сжались и разжались, но тут вмешался Халбет: