Ночь большой луны
Шрифт:
Ника несколько минут смотрела в лобовое стекло, отмытое до блеска.
– Хорошо, - сказала она с усилием.
– Я скажу вашему… жениху, чтобы он нашел другого исторического консультанта.
– Правда?!
Амина снова схватила ее за руку. Ника осторожно освободилась. Ей были неприятны эти холодные прикосновения.
– Правда.
– Я вам так благодарна!
– Не стоит, - вежливо ответила Ника.
Вылезла из машины и пошла к автобусной остановке, стараясь шагать очень прямо. Автопилот довел ее до нужного места, запихнул в подошедший автобус и напомнил, когда нужно выходить.
Всю дорогу Ника не могла заставить себя подумать о том, что произошло. И только добравшись до дома, дала волю гневу.
Отшвырнула ненавистный пакет в угол прихожей, упала на банкетку и стиснула руками голову.
– Что с тобой?
Ника подняла голову. Игнатий стоял рядом с ней. На поясе завязан бантиком смешной цветастый передник, в руках какая-то миска.
– Ничего, - ответила Ника.
– Все в порядке.
Игнатий присел на корточки, поставил миску на пол и взял Нику за руку. Его прикосновение, в отличие от прикосновений Амины, были теплыми и добрыми. Нике немедленно захотелось расплакаться, как в детстве. Захотелось уткнуться носом в майку деда, пахнувшую знакомым запахом сигарет и хорошей туалетной воды. Захотелось, чтобы он погладил ее по голове, утешил, пообещал, что все образуется…
Но Ника задавила это желание на корню.
Во-первых, она уже не маленькая.
А во-вторых, Игнатию нельзя волноваться. У него давление скачет.
Поэтому Ника высвободила руку и сказала деловым тоном:
– Не студенты, а наказание божье… Из пяти человек только одна тройка! Ты представляешь?
Игнатий безмолвствовал, разглядывая внучку. Кого она хочет обмануть? Разве у нее получалось хоть раз обмануть деда?
– Устала, как собака, - продолжала Ника тем же фальшиво-бодрым тоном.
– Пойду прилягу ненадолго.
Игнатий молча поднялся на ноги. Подхватил с пола миску и сказал, не глядя на нее:
– Звонил Егор. Просил напомнить тебе о завтрашнем дне. Сказал, ты поймешь, что это значит.
Ника встала с банкетки и ответила:
– Если он позвонит еще раз…
Она хотела сказать, что ее нет дома. Но передумала и поправилась:
– Скажи, что я сама ему перезвоню.
– Хорошо.
– Спасибо.
Ника изобразила улыбку. Повернулась и пошла по коридору в свою комнату.
– Обедать не будешь?
– спросил Игнатий вслед.
– Не хочется, - ответила Ника, не оборачиваясь.
– Ты извини, мне нужно немного отлежаться.
– Ну-ну, - пробормотал Игнатий.
Ника вошла в свою комнату и плотно прикрыла за собой дверь. Не раздеваясь, упала на диван, уткнулась носом в подушку и беззвучно расплакалась.
Прежде чем перезвонить Нике еще раз, Егор тщательно привел себя в порядок, словно она могла увидеть его небритые щеки.
Побрился, переоделся, уселся за стол и поставил перед собой стакан минералки. Он чувствовал приятное волнение, которое всегда сопровождало его мысли об этой странной барышне с отвратительным характером.
Никогда нельзя было сказать точно, что она выкинет на этот раз. Ситуация напоминала игровую, и хоть Егор терпеть не мог полагаться на слепую удачу, тут он готов был рискнуть.
Барышня ему действительно нравилась. Возможно, даже больше, чем просто нравилась. Иначе почему он так волнуется?
– Звони, чего ждешь?
– приказал Тюбик.
– Думаешь, уже удобно?
– усомнился Егор и посмотрел на часы. Со времени предыдущего звонка прошло почти два часа.
– А вдруг она еще не вернулась?
– Тогда подожди до вечера, - резонно заметил Тюбик.
– Ну да! До вечера…
Егор даже хмыкнул.
– До вечера я не дотерплю, - ответил он честно.
– Звони!
– рявкнул Тюбик.
Егор взял в руки телефонную трубку и нажал на кнопку повторного набора номера.
Через минуту ему ответил голос Игнатия.
– Слушаю.
– Простите, Игнатий, это снова я, - начал Егор смущенно.
– Ника еще не вернулась?
В трубке возникла какая-то короткая спазма. Потом Игнатий откашлялся и ответил принужденным тоном.
– Она просила вам сказать, что перезвонит сама.
– А-а-а, - протянул Егор. Уловил странность в тоне собеседника и встревожился: - У вас все в порядке?
– У меня - да.
– А у Ники?
Игнатий снова сухо кашлянул.
– Вообще-то, это я у вас хотел спросить, - ответил он не очень понятно и положил трубку.
Егор оторвал телефон от уха и озадаченно посмотрел на Тюбика.
– Ничего не понимаю, - сказал он.
– А ты?
– Барышня в очередной раз взбрыкнула, - предположил Тюбик.
– Она тебя еще не утомила?
Егор немного подумал.
– Взбрыкнула?
– переспросил он. Посмотрел в окно и повторил еще раз: - Взбрыкнула…
Покачал головой и решительно ответил:
– Нет. Она была в прекрасном настроении, когда мы расстались в прошлый раз. Взбрыкнуть из-за меня она не могла.
– Значит, взбрыкнула из-за кого-то другого, - резюмировал Тюбик.
Егор в запальчивости открыл рот, чтобы возразить, но немного подумал и промолчал.
Действительно, кто ему сказал, что барышня свободна? Вполне возможно, что у нее есть… как бы его назвать…
Егор вздохнул.
Как ни назови, все равно ужасно неприятно. Не должна Ника ни с кем встречаться! Просто не имеет на это никакого права!
– Что, задело?
– спросил Тюбик, наблюдавший за Егором прищуренными глазами.
– Задело, - признал Егор.
– Значит, ревнуешь.
– Выходит, так.
– А ведь права-то на это не имеешь!
– уличил Тюбик.
– К сожалению, не имею. Пока.
Тюбик уселся на пол и задумчиво почесал задней лапой за ухом.
– Ревнуешь - значит, она тебе нравится…
– Умоляю тебя!
– раздраженно оборвал его Егор. – Этот вопрос мы уже выяснили! Ты мне лучше скажи, что делать будем?
– Гулять пойдем, - ответил Тюбик философски. Ему хорошо быть философом. Никаких личных проблем.
– Но мне хочется выяснить…
– Вот перезвонит твоя барышня, тогда все и выяснишь.
Егор побарабанил пальцами по столу. Действительно, что он еще может сделать?
– Ну, пойдем погуляем, - согласился он неохотно.
– Вот увидишь, прогулка тебя взбодрит!
– пообещал Тюбик.