Чтение онлайн

Ей хотелось быть крошечной, хрупкой, как фотомодели в журнале «Вог», а она была похожа на испанскую танцовщицу – просто взбитые сливки. Каждый раз вечером ей приходилось надевать лифчик, иначе бы грудь «болталась». Однако Ян любил ее тело, повторяя, что манекенщицы из журналов мод похожи на кукол, неживые. «А ты настоящая», – сказал он ей как-то раз, улучив момент, когда никого поблизости не было. При этом он целовал ее шею, а руки запустил за кашемировый свитер, лаская обе груди сразу. Ему нравилась ее грудь.

Самолет сильно трясло, и ей приходилось рукой держаться за столик, чтобы не грохнуться со стула. «Плохо, если я так и умру и никто больше не прикоснется к моей груди».

Самолет выровнялся, она вернулась в отсек. Все койки зашторены. Она постояла, подождала минутку в надежде, что Гарри приоткроет свою занавеску, но все было напрасно. Она выглянула в проход – нигде никакого движения.

Всю свою жизнь она только и делает, что чего-то боится.

А как хочется, просто ноет внутри... она дернула его штору.

Нет ответа. Она дернула опять.

На этот раз он выглянул.

Они молча уставились друг на друга.

Вдруг ей показалось, что она услышала сзади какой-то шорох.

Бросив беглый взгляд через плечо, она увидела, как отец ворочается на своей койке. Из-за шторы высунулась его рука. Он, видимо, собирался пойти в туалет.

У Маргарет не было выбора. Она втолкнула Гарри обратно на койку, моментально влезла к нему. Чуть закрыв штору, увидела, как наверху появился отец. Слава богу, он вроде ее не заметил.

Она сидела на коленях на одном конце полки, Гарри – на корточках – на другом, и при тусклом свете, чуть проникающем из-за шторы, смотрел на нее. Он был похож на ребенка, который вдруг увидел Санта Клауса, спустившегося к нему по дымоходу, – не мог поверить в такую удачу. Он открыл было рот, чтобы произнести что-то, но Маргарет жестом остановила его.

Внезапно до нее дошло, что ее тапочки стоят у его кровати. Там есть инициалы, любой может догадаться, чьи они. Кроме того, сразу станет понятно, где она спит.

Через пару секунд она набралась смелости и осторожно выглянула. Отец спускался по лесенке вниз, спиной к ней. Она протянула руку, стараясь нащупать в темноте свои комнатные туфли. Если он сейчас повернется, она погибла. Она схватила тапки, быстро втащила их за штору, и как раз в это мгновение отец ступил босыми ногами на ковер.

Странно, но особого испуга она не испытывала – только нервное возбуждение.

Маргарет даже плохо представляла себе, чего она, собственно, хочет. Наверное, просто быть рядом с Гарри. Невыносимо сейчас лежать одной на своей полке. Но и его к себе она не допустит. Нет, конечно, хочется, и очень, однако есть много «но», в том числе мистер Мембюри, который спит наверху, всего лишь в нескольких дюймах от них.

Однако уже в следующее мгновение она убедилась, что у Гарри другое мнение на этот счет, он точно знает, чего хочет.

Гарри потянулся, не долго думая обнял ее, привлек к себе, поцеловал в губы.

Ей ничего не оставалось делать, потому что сопротивляться не было никаких сил. Маргарет целиком отдалась охватившему ее чувству.

Она так долго ждала этого момента, казалось, она даже знает его тело. Сильная рука гладила ее шею, его губы трепетно касались ее губ, она чувствовала его горячее дыхание. Это был долгий, страстный поцелуй, одновременно нежный и пылкий, она ощущала каждое его прикосновение: пальцы в волосах, прижатая, не очень гладко выбритая щека, рот, жадные губы, жар, дрожь, биение сердца... она прижалась к нему.

Через несколько секунд он прервал поцелуй, чтобы отдышаться, припал к ее груди. Она опустила голову и, взглянув вниз, с ужасом увидела, что ее халат широко распахнулся, тугие набухшие соски упираются в ночную сорочку. Гарри смотрел на нее, как загипнотизированный. Медленно подняв руку, он стал гладить ее левую грудь, его нежные пальцы терлись о сосок через тонкую ткань сорочки, сладкое чувство охватило ее, по телу пробежала мелкая дрожь.

Ей захотелось снять, сорвать с себя одежду, потому что дальше оставаться в ней было невыносимо. Маргарет сбросила халат, потянулась к вороту рубашки... Какой-то голос в глубине души настойчиво предупреждал: не надо, не вздумай, потом пути назад уже не будет... Она мысленно соглашалась с ним... Но одним быстрым движением стянула через голову сорочку и предстала перед ним обнаженная.

Она чувствовала только стыд и возбуждение, желание разгоралось сильнее. Гарри с обожанием и страстью смотрел на ее тело, она чувствовала, как он хочет ее. Вдруг он встал на колени, наклонился к ней, взял в руки обе груди, начал ласкать языком – все жарче, все сильнее, тер и покусывал соски, сосал, гладил. Ее грудь чуть не лопалась, а сама она едва сдерживала стон, дыхание стало частым.

И вот она уже перестала сдерживаться, гладя его по волосам и прижимая влажные губы крепче к груди.

Ей захотелось увидеть и потрогать его тело. Когда Гарри на секунду прервал поцелуй, она тихонько отодвинула его от себя, стала расстегивать пуговицы на его пижаме. Оба молчали, боясь издать хоть один звук, только тяжело дышали, как спортсмены после бега. Он скинул пижамную куртку, но ей было этого мало, Маргарет хотела видеть его всего, она развязала тесемку на его брюках.

Он ужасно удивился, и Маргарет поняла, что, наверное, выглядит сейчас даже смелее, чем те девчонки, с которыми он встречался, но желание было нестерпимым, и она решила довести начатое дело до конца. Она уложила его на спину, голову на подушку, он приподнял бедра, она стащила с него брюки.

Сначала она увидела густые волосы между ног, потом прямо на нее, как резиновый мячик, выпрыгнул упругий пенис. Она в восхищении смотрела на его вставший член и видела, как он качается, дрожит, представляла, как прольется на нее сперма. Он лежал тихо, сгорая от желания, не в силах даже пошевелиться. Ей нравилась эта игрушка, чертовски хотелось ее потрогать, и Маргарет не устояла, обхватив его рукой. Он моментально ответил ей слабым стоном. Она ласкала пальцами твердую головку, гладила нежную плоть и в тусклом свете наблюдала за его глазами, в них отражалось море чувств – радость, удовольствие, испуг, восторг. И тут ей захотелось сделать это, чтобы он мог свободно плыть в волнах блаженства. Она стала нежно ласкать его член, вспомнив все теоретические познания, которые получила от Моники, и первые уроки с Яном. Поочерёдно то замедляя, то ускоряя движение, она терла орган до тех пор, пока белое семя не брызнуло на ее груди. Он метался на подушке, до крови закусив губу, а она была счастлива, что ему хорошо, и чувствовала, как сладкая влага стекает у нее между ног. После того как он кончил, они лежали пару минут, тесно прижавшись друг к другу.

– Извини, – тихо прошептал он.

– За что? Это было так прекрасно. Я будто сама чувствовала то же, что и ты.

– Тебе понравилось?

Ей очень хотелось громко ответить «да», и она кивнула.

– Да, но ты... А как же ты?

Она промолчала. Он мог бы, конечно... знал, как это сделать, но она стеснялась попросить.

Он повернулся на бок. Они лежали очень близко на узкой полке, глядя друг другу в глаза.

– Обожди, вот через несколько минут я...

Нет, не могу ждать ни минуты, подумала Маргарет. Почему нужно обязательно просить его сделать мне хорошо? Она схватила его руку, положила себе на лобок, чуть расставила ноги, палец аккуратно скользнул внутрь, словно биллиардный шар в лузу. Она потянула его выше, чтобы он нащупал клитор. После этого она будто перестала чувствовать свое тело. Спазмы наслаждения сотрясали ее, коленки инстинктивно сжались, зажав его палец внутри. Она потянулась к нему губами, уткнулась в плечо, стала легонько покусывать в немом крике. Напряжение росло так же быстро, как поднимается на градуснике температура. «Еще, сильнее... ну же», – шептали губы. За первой волной экстаза последовала вторая, а он все продолжал ласкать ее, делая то поступательные, то круговые движения. Наконец пришла последняя судорога, она откинулась назад.