Чтение онлайн

Он не сводит с меня глаз. Когда Джонатан наклоняется отхлебнуть из стакана, я чувствую запах его кожи, и запах пива, когда он выпрямляется. Эти запахи смешиваются с водкой, которую я пила, в великолепный коктейль притяжения.

Я борюсь с собой. Сопротивляюсь пустякам, приходящим в голову и пополняющим список источников беспокойства, которым я еще воспользуюсь, когда буду делать из мухи слона. В него входят фрагменты, которые не укладываются в общую картину. Промежуток между колледжем и переездом в Бренстон. Компания, в которой он работает, не имеет ничего общего с теми, которые еще сохранили филиалы в Коннектикуте. Он говорил о хедж-фонде, но все крупные давно ушли из Бренстона. Я знаю, потому что сама работала в этой сфере.

Есть и другие противоречия: выражения лица, косвенные вопросы о моем прошлом, детстве. Не знаю, нормально ли это, потому что я не отношусь к обычным людям. Как ненормальны и мое обостренное восприятие. И слоны из мух. Руки, сжатые в кулаки.

Я доводила родителей до безумия. Я знаю это. И они говорили. Меня было трудно любить. Даже невозможно. Вероятно, до сих пор.

Отметаю все сомнения прочь. Джонатан Филдз – хороший мужчина, и он склоняется над своим стаканом, но на самом деле хочет ненароком приблизиться ко мне. Я чувствую это. Это неправильные мысли. Опасения беспочвенны. Замечая противоречия, я отталкиваю славных мужчин, как Джонатан Филдз, которые хотят полюбить меня. И все так же нахожу подлецов, которым я не нужна.

Я хочу плакать. Чувствую подступающие слезы, но мне удается сдержать их.

Знание – сила, верно? Я не дам разразиться катастрофе. Именно поэтому я вернулась домой. Теперь в этом моя работа. Не дать прежней Лоре разрушить мою жизнь.

Выхожу в туалет. Брызгаю на лицо холодной водой. Беру себя в руки и возвращаюсь к столику.

Джонатан Филдз встречает меня улыбкой до ушей. Он тут же затевает новую беседу. Хотя и не совсем новую. Он пытался поговорить об этом весь вечер.

– О’кей. Так почему же ты раньше не приезжала домой?

Что происходит?

Почему его так интересует мое прошлое?

Похоже, он знает о моих подозрениях. И не хочет, чтобы я смогла продолжить его. Но именно этого он и добивается своим поведением.

– Знаешь что? – неожиданно предлагает он. – Давай-ка выберемся отсюда, прогуляемся на свежем воздухе у реки.

Говорю себе, что это ничего не значит. Это муха, а не слон. Я не могу полагаться на свои инстинкты. Не могу доверять никаким навыкам. Только решимости.

Я открываю рот, и с языка слетает его любимое слово:

– О’кей.

Роузи. Настоящее время. Пятница, 11 утра.

Бренстон, Коннектикут

Незаметно пролетел еще один час. Роузи и Гейб ехали к Джо на стоянку на Ричмонд-стрит. Встретившись, они тут же начали яростно спорить, что делать дальше и, в очередной раз, стоит ли звонить в полицию. Мнение Гейба не учитывали. Ведь это они должны звонить. А точнее, Роузи. Именно ей так или иначе придется отвечать за последствия.

Джо не стоило разъяснять, что будет в таком случае с его свояченицей и как это отразится на ее эмоциональном состоянии, если прошлое выйдет наружу и Лору, таким образом, заставят выйти из тени старательно созданной ею анонимности.

Один лишь Гейб не дрожал от страха, но на его лице Роузи прочла нечто худшее – отстраненность. Они не могли терять время. И было кое-что еще. Чувство, что нужно действовать незамедлительно, подогреваемое полным незнанием происходящего. Если что-то случится, то будет уже поздно. Хотя они уже опоздали.

Роузи приняла решение, пусть и без той уверенности, как час назад, когда они были на кухне. Они подождут.

Джо вернулся в минивэне жены домой, а она пересела в его машину и поехала вслед за Гейбом в порт, откуда телефон Лоры отправил последний сигнал. Точное местоположение – парковка между офисным зданием и спортзалом. Впрочем, это ни о чем не говорит – посетители баров и ресторанов паркуются на любом свободном местечке, даже вдоль тротуаров.

Именно поэтому друзья обошли все близлежащие улицы и переулки, останавливались у многоквартирных домов, расспрашивая людей, знаком ли им хоть кто-то из этих мужчин с сайта «Найди свою любовь». Они разместили двадцать семь уменьшенных фотографий на нескольких листах. О мужчине Лора рассказала достаточно, чтобы можно было исключить остальных. Густая шевелюра, чисто выбрит, подтянут. И все же – найти нужного мужчину было все равно, что искать иголку в стоге сена, и друзья снова вернулись на ту улицу, где оставили машины.

Гейб, разложив листы с портретами на капоте, всматривался в лица.

– Узнаешь кого-то? – поинтересовалась Роузи. Гейб иногда рассказывал о случаях на работе. В основном он решал обычные задачи – устранял сбои в корпоративных компьютерных системах. Для других поручений – с использованием информационных технологий, чтобы застукать партнера, Гейба неизменно нанимали женщины. Каждый раз, слушая его истории, Роузи думала о матери.

– Смешно, – хмыкнул Гейб. – В последний раз мне пришлось копаться на этом дерьмовом сайте из-за Мелиссы. Ее муж клеил женщину помоложе с ненастоящей фотографией в профиле.

– Прости, – спохватилась Роузи. Гейб и Мелисса предпочитали умалчивать о столь пикантной причине своего знакомства.

– Да брось. Знаешь, это нормально спать с собственной клиенткой, пока ты женат на ней. – Гейб хитро подмигнул, и Роузи натянуто улыбнулась. Впрочем, их легкомыслие быстро исчезло.

– Кое-кто из этих парней сидит на сайте годами. Например, вот этот, – Гейб указал на мужчину с улыбкой соблазнителя, демонстрирующего что-то похожее на рыбу на конце лески, – был здесь еще два-три года назад, до развода Мелиссы. Я помню эту дурацкую рыбину.

Роузи посмотрела на живописную фотографию.

– Нам стоит вычеркнуть его из списка. Лора точно упомянула бы эту рыбу. Ей бы показалось это смешным.

Гейб достал ручку и поставил на снимке крест.

– М-да, – согласился он. – В своем дьявольском психоанализе она извлекла бы на свет всю его подноготную: жалкая попытка показать успешность, мужественность, доминирование.

– Лорино проклятие и дар небес – видеть все и всех насквозь.

На лицо Гейба вернулось прежнее отстраненное выражение.

– Кроме себя самой, – заметил он. – Она никогда не понимала, почему делает то, что делает.

Обхватив себя за плечи, Роузи мерила шагами тротуар, щурясь от яркого солнца, почти достигшего зенита. Она сверилась с телефоном. Было уже одиннадцать.

– Рестораны, скорее всего, открыты, – сказал Гейб. – В большинстве из них подают ланч. Персоналу положено накрывать столы.

Он будто читал ее мысли.

Роузи замолчала, уставившись на внушительный массив империи развлечений, нависающий над водой.