Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Ночь, придуманная кем-то

Щеголев Александр Геннадиевич

Шрифт:

– Да.

– Ну, даете!
– дядя Павел обрадовался.
– Технику безопасности совсем не знаете. Электрическая цепь у вас от фазы к земле пошла. То есть от плеча к спине. Рубашка у него, небось, влажная была от дождя. Небось, он еще и вспотел. Между прочим, плечо - это особая зона, кожа здесь пониженное сопротивление имеет...
– быстро перестал радоваться и закончил речь зло, громко.
– Идиоты вы.

С ним никто не спорил.

– Ну, мои родные, и что теперь?

– Мы с вами как раз хотели разобраться, - внезапно сказала Жанна.

С вызовом сказала. С напором, со значением.

– Да?
– безразлично откликнулся дядя Павел.
– Можно и разобраться. Подождите меня здесь, я только милицию вызову.

Однако не двинулся с места.

– Зачем милицию?
– спросил Игорь, погибая.
– Ну, пожалуйста...

– Ах, не надо милицию? Тогда разбираться буду я, а не вы. Для начала, где вы скрывались?

– Они по городу бродили, - вмешался Александр.
– Белые ночи встречали.

– В апреле? Оригинально, - улыбнулся он Александру, персонально. Может, не тайна хотя бы, кого ваш клиент убил?
– и постучал костяшками пальцев по жестяной обивке двери.
– Вот этот, культурист.

– Какого-то "жандарма", - небрежно бросил мальчик.

– Сашка!
– взвизгнул Игорь.
– Заткнись!

– А что такого? Ты думаешь, дядя Павел только "синтез-методом" интересуется? Секретные службы, по-моему, тоже интересно.

– Малыш, - медленно выговорил сосед, - что ты имеешь в виду?

Он сильно смотрел на мальчика. Тот выдержал:

– Почему? Ничего.

Тогда дядя Павел обратился ко взрослым:

– Насчет жандарма без вранья?

– Без, - сказал Игорь.

– Откуда известно?

– Так ведь в пиджаке у этого... у трупа, всякие удостоверения были.

– В пиджаке трупа... Хорошо сказано. Удостоверения, конечно, вы потеряли?

Игорь сунул руку в карман джинсов и вытащил, что попалось. Красная корочка. Заодно вытащилась записная книжка.

– Виноват, друг, я взгляну, - предупредил дядя Павел.

И сразу взял - отточенным движением. Открыл удостоверение. Лицо его стремительно изменилось, оттаяло, лицо его будто затрепетало на ветру.

– Я бы и сам дал, - запоздало удивился Игорь.

Программист уже читал записную книжку, застряв на первых страницах.

– Все, закончил, - весело сказал он и положил записную книжку к себе во внутренний карман.
– Абсолютно ничего не понял, если опять же без вранья.

Почему-то он был переполнен удовлетворением. Он излучал удовлетворение. Он почти светился.

– Что вы не поняли?
– резко вступила Жанна.

– Я? Ну, например, какая связь между ним...
– постучал по двери в кладовку, - и ним...
– протянул Игорю удостоверение.
– И вообще, не понял, причем здесь, собственно, вы... Впрочем, счастливо оставаться.

Развернулся, явно желая покинуть место действия.

– Подождите, - сказал ему Игорь.

– В чем дело, друг?

– Как же так? Записная книжка-то...

– Я тебе потом отдам, не плачь.

– Вообще - мы же поговорить хотели.

– У тебя тоже есть вопросы?

– Это... Зачем вы подложили мне фотографии? Зачем вы подставили меня начальнику ОПО?

Дядя Павел замер по стойке "смирно". Он чуточку прибалдел. Или не чуточку?

– Ага. Еще есть что-нибудь?

– Чем занимается мафия в институте?

– Значит, так: утром придешь ко мне, поговорим. Сейчас нет времени.

Очевидно, очень торопился, поэтому ничто не могло заинтересовать его в достаточной степени. Он решительно показал обществу спину, затем показал, как спина удаляется. Красивая у него была спина, треугольной формы, широкая в плечах.

– Ну, что же ты!
– отчаянно прошептала Жанна.

– Стоять, - позвал Игорь жалобно.
– Эй, слышите?

Из кармана привычно возник пистолет - в который раз за эту ночь. Мужчина мельком оглянулся. И немедленно прекратил движение, повернув остальные части тела.

Присмотрелся, сощурившись:

– Ишь ты, маленького Макарова имеете? Хорошая вещь, дефицит.

Идите сюда, - попросил Игорь.

– Тебя волнует вопрос "зачем", - продолжил сосед, оставаясь, где встал.
– А меня - "как". Как ты мог? Я же другом тебя держал, все для тебя делал! Я тебя уважал, хотя я мало кого уважаю. А ты?

Ненависть рвала его горло. Ненависть и презрение. Презрение и горечь. Хотелось пригнуться, укрыться руками, спрятаться.

– А что я?
– промямлил Игорь.
– Я ничего.

– Ты стукач, - жестко сформулировал дядя Павел.
– И не надо комедий, не надо. Нашему с тобой учреждению, иуда, хватило одного твоего сигнала...
– он внезапно улыбнулся.
– А вообще, я рад за тебя, что ты так крепко вляпался со своей любовью к электричеству. Секретный сотрудничек, тьфу...

Он повернулся, теперь уже окончательно. И зашагал прочь - из подъезда. Прямо так, в домашней одежде.

Александр высунулся на улицу и доложил:

– Во двор пошел.

– Покажи мне, пожалуйста, удостоверения, - неожиданно сказала Жанна Игорю.

– Да с чего он взял, что я стукач!
того наконец прорвало.
– Да что же это за кошмар, не понимаю...

– Он уезжает!
– крикнул Александр, вбежав обратно в подъезд.

Действительно, из двора выскочил соседский автомобиль. Лихо развернулся по трамвайным путям и урычал неизвестно куда.

– В гости поехал, - тоскливо прокомментировала Жанна.
– К этому, который на удостоверениях.

– Точно, - подтвердил Александр.
– Там в записной книжке адрес был.

А Жанна вдруг обвисла, уперлась руками в собственные колени и зарыдала.

– Ты чего?
– испугался Игорь. Обнял ее, поднял, повернул к себе. Она была мягкой и податливой.

– Неужели тебе все равно?
– всхлипывала она, уткнувшись ему в куртку.
– Неужели ты не чувствуешь? Я же человека убила! Я, не кто-нибудь! Вам хорошо рассуждать... потому что не вы, а я... зачем только мне эти проклятые шнуры попались, дуре, идиотке, дуре, идиотке...

Он гладил ее волосы и смотрел сквозь дверь подъезда на улицу. Нет, ничего такого он не чувствовал. Возможно, оттого, что небо над проводами было уже светлым, уже не страшным.

Поделиться с друзьями: