Ночь, придуманная кем-то
Шрифт:
– Да.
– Ну, даете!
– дядя Павел обрадовался.
– Технику безопасности совсем не знаете. Электрическая цепь у вас от фазы к земле пошла. То есть от плеча к спине. Рубашка у него, небось, влажная была от дождя. Небось, он еще и вспотел. Между прочим, плечо - это особая зона, кожа здесь пониженное сопротивление имеет...
– быстро перестал радоваться и закончил речь зло, громко.
– Идиоты вы.
С ним никто не спорил.
– Ну, мои родные, и что теперь?
– Мы с вами как раз хотели разобраться, - внезапно сказала Жанна.
С вызовом сказала. С напором, со значением.
– Да?
– безразлично откликнулся дядя Павел.
– Можно и разобраться. Подождите меня здесь, я только милицию вызову.
Однако не двинулся с места.
– Зачем милицию?
– спросил Игорь, погибая.
– Ну, пожалуйста...
– Ах, не надо милицию? Тогда разбираться буду я, а не вы. Для начала, где вы скрывались?
– Они по городу бродили, - вмешался Александр.
– Белые ночи встречали.
– В апреле? Оригинально, - улыбнулся он Александру, персонально. Может, не тайна хотя бы, кого ваш клиент убил?
– и постучал костяшками пальцев по жестяной обивке двери.
– Вот этот, культурист.
– Какого-то "жандарма", - небрежно бросил мальчик.
– Сашка!
– взвизгнул Игорь.
– Заткнись!
– А что такого? Ты думаешь, дядя Павел только "синтез-методом" интересуется? Секретные службы, по-моему, тоже интересно.
– Малыш, - медленно выговорил сосед, - что ты имеешь в виду?
Он сильно смотрел на мальчика. Тот выдержал:
– Почему? Ничего.
Тогда дядя Павел обратился ко взрослым:
– Насчет жандарма без вранья?
– Без, - сказал Игорь.
– Откуда известно?
– Так ведь в пиджаке у этого... у трупа, всякие удостоверения были.
– В пиджаке трупа... Хорошо сказано. Удостоверения, конечно, вы потеряли?
Игорь сунул руку в карман джинсов и вытащил, что попалось. Красная корочка. Заодно вытащилась записная книжка.
– Виноват, друг, я взгляну, - предупредил дядя Павел.
И сразу взял - отточенным движением. Открыл удостоверение. Лицо его стремительно изменилось, оттаяло, лицо его будто затрепетало на ветру.
– Я бы и сам дал, - запоздало удивился Игорь.
Программист уже читал записную книжку, застряв на первых страницах.
– Все, закончил, - весело сказал он и положил записную книжку к себе во внутренний карман.
– Абсолютно ничего не понял, если опять же без вранья.
Почему-то он был переполнен удовлетворением. Он излучал удовлетворение. Он почти светился.
– Что вы не поняли?
– резко вступила Жанна.
– Я? Ну, например, какая связь между ним...
– постучал по двери в кладовку, - и ним...
– протянул Игорю удостоверение.
– И вообще, не понял, причем здесь, собственно, вы... Впрочем, счастливо оставаться.
Развернулся, явно желая покинуть место действия.
– Подождите, - сказал ему Игорь.
– В чем дело, друг?
– Как же так? Записная книжка-то...
– Я тебе потом отдам, не плачь.
– Вообще - мы же поговорить хотели.
– У тебя тоже есть вопросы?
– Это... Зачем вы подложили мне фотографии? Зачем вы подставили меня начальнику ОПО?
Дядя Павел замер по стойке "смирно". Он чуточку прибалдел. Или не чуточку?
– Ага. Еще есть что-нибудь?
– Чем занимается мафия в институте?
– Значит, так: утром придешь ко мне, поговорим. Сейчас нет времени.
Очевидно, очень торопился, поэтому ничто не могло заинтересовать его в достаточной степени. Он решительно показал обществу спину, затем показал, как спина удаляется. Красивая у него была спина, треугольной формы, широкая в плечах.
– Ну, что же ты!
– отчаянно прошептала Жанна.
– Стоять, - позвал Игорь жалобно.
– Эй, слышите?
Из кармана привычно возник пистолет - в который раз за эту ночь. Мужчина мельком оглянулся. И немедленно прекратил движение, повернув остальные части тела.
Присмотрелся, сощурившись:
– Ишь ты, маленького Макарова имеете? Хорошая вещь, дефицит.
– Идите сюда, - попросил Игорь.
– Тебя волнует вопрос "зачем", - продолжил сосед, оставаясь, где встал.
– А меня - "как". Как ты мог? Я же другом тебя держал, все для тебя делал! Я тебя уважал, хотя я мало кого уважаю. А ты?
Ненависть рвала его горло. Ненависть и презрение. Презрение и горечь. Хотелось пригнуться, укрыться руками, спрятаться.
– А что я?
– промямлил Игорь.
– Я ничего.
– Ты стукач, - жестко сформулировал дядя Павел.
– И не надо комедий, не надо. Нашему с тобой учреждению, иуда, хватило одного твоего сигнала...
– он внезапно улыбнулся.
– А вообще, я рад за тебя, что ты так крепко вляпался со своей любовью к электричеству. Секретный сотрудничек, тьфу...
Он повернулся, теперь уже окончательно. И зашагал прочь - из подъезда. Прямо так, в домашней одежде.
Александр высунулся на улицу и доложил:
– Во двор пошел.
– Покажи мне, пожалуйста, удостоверения, - неожиданно сказала Жанна Игорю.
– Да с чего он взял, что я стукач!
– того наконец прорвало.
– Да что же это за кошмар, не понимаю...
– Он уезжает!
– крикнул Александр, вбежав обратно в подъезд.
Действительно, из двора выскочил соседский автомобиль. Лихо развернулся по трамвайным путям и урычал неизвестно куда.
– В гости поехал, - тоскливо прокомментировала Жанна.
– К этому, который на удостоверениях.
– Точно, - подтвердил Александр.
– Там в записной книжке адрес был.
А Жанна вдруг обвисла, уперлась руками в собственные колени и зарыдала.
– Ты чего?
– испугался Игорь. Обнял ее, поднял, повернул к себе. Она была мягкой и податливой.
– Неужели тебе все равно?
– всхлипывала она, уткнувшись ему в куртку.
– Неужели ты не чувствуешь? Я же человека убила! Я, не кто-нибудь! Вам хорошо рассуждать... потому что не вы, а я... зачем только мне эти проклятые шнуры попались, дуре, идиотке, дуре, идиотке...
Он гладил ее волосы и смотрел сквозь дверь подъезда на улицу. Нет, ничего такого он не чувствовал. Возможно, оттого, что небо над проводами было уже светлым, уже не страшным.