Ночная фиалка
Шрифт:
— Я выйду через десять минут. Давай без глупостей!
Быстро накидываю на себя кофту. Одеваю на ноги в кроссовки и забыв обо всем на свете лечу к нему. Прижаться к его крепкому телу. Вдохнуть родной запах.
— Тииим. Пойми, я так не могу! Мы с тобой только начали встречаться, к чему эта спешка?
— Ты права!
Хочется зажмуриться. Эти два слова больно кольнули по сердцу. Права... Он зол. Он со мной согласен. Это конец? Ведь сама напросилась. Сама виновата.
— Что ты делаешь? — наблюдаю за злющим Тимом и меня в жар бросает от страха.
— Мы просто прокатимся. Хочу показать тебе квартиру, которую я снял для нас. Она тебе понравится! Потом верну тебя обратно, идёт?
— Х-хо-хорошо...
Дорога до места занимает не так много времени. Даже по загруженным вечерним дорогам. Все это время мы не проронил ни слова. Тимофей все так же злиться, хотя уже не так сильно. А я пытаюсь разобраться в себе. Безуспешно, но главное я пытаюсь.
— Приехали! — радостно сообщает мне эту информацию Тим. От былой злости ни следа.
На улице стало темнеть. Но в лучах уходящего солнца этот закрытый дворик выглядит просто волшебно. Пока мы идем по улице, любуюсь прекрасным цветником, расположенным прямо под окнами этой элитной высокоэтажки. В подъезде меня охватывают совсем другие эмоции. Всё так стильно, выполнено в темно-золотых тонах. Складывается впечатление, что я не в многоквартирном доме сейчас нахожусь, а в музее или даже театре.
На самом деле сравнивать мне не с цем. Я не была никогда ни в одном, ни в другом месте. Однако представляла всегда все именно так.
Тим крепко сжимает мою руку, заводит в лифт. Создаётся ощущение, что он зеркальный. Немного боязно, но невероятно прекрасное зрелище.
Едем мы довольно долго. Апартаменты расположены аж на пятнадцатом этаже. Немного не по себе от этой цифры. У нас с высотой с самого начала не заладились отношения. Я не люблю ее, а она постоянно подбрасывает мне какие-либо неприятности.
Помню, как летала со стремянок, по лестницам. Благо в большинстве случаев отделывалась лишь легким испугом. Но бывали случаи и по серьезней.
— Как ты? — Тимофей оплетает руками мою талию и дарит едва ощутимое касание к моим губам.
— Немного не по себе... Высота... она такая...
— Пугающая? — усмехается он распахивая дверь квартиры.
— Да, немного...
— Идем! — парень улыбается и тянет меня за собой куда-то в глубь квартиры. — Закрой глаза.
Моментально повинуюсь его просьбе. Внутри все скручивается в тугой неприятный узел и начинает щекотать все внутри. Мы движемся не спеша. Обходя незримые мною препятствия. Когда останавливаемся Тимофей вновь целует меня, заходя мне за спину и крепко-крепко стискивает меня в своих объятиях.
— Открывай, — раздается его шепот в мою макушку.
— Господи...
Моя челюсть буквально летит на пол от того великолепия, что сейчас предстает моему взору. Город... наш небольшой городок, как на ладони. Залит розовато-золотистыми лучами закатного звезды. Ничего прекраснее я никогда-никогда не видела. Сердце колотится, как бешеное. Ноги отказываются слушаться. А в глазах скопились непрошенные слезы.
— Нравится?
— Это... волшебно...
— Ты же не думала, — убирает прядь волос мне за ухо, — что я действительно тебя отпущу назад?
— Думала, но надеялась на обратное, — улыбаюсь как дурочка и не сразу замечаю, что по щекам все же скатывается соленая вода.
— Никогда, Виолетта... Ты слышишь? Ни-ког-да!
Тимофей
Который это по счету букет? Я уже и не вспомню. Ими заставлена вся квартира. Мне просто до умопомрачения нравится наблюдать за ней, когда Виолла открывает глаза, а на соседней подушке она обнаруживает эту красоту.
Не думал, что она может быть еще более красивой. Оказалось может. Абсолютный ребенок. Ветта разве что не скачет по квартире. Хотя пару раз удалось наблюдать и такую картину.
Не помню я и когда в последний раз улыбка сходила с ее лица. Если только вечерами, когда она сидит в кресле у огромного панорамного окна, обложившись книжками и упорно пытается выучить экзаменационный материал. Я же устраиваюсь рядом, любуюсь своей нежной девочкой. Клянусь, порой мне кажется, что я попросту сплю.
Боюсь проснуться в один из дней и понять, что все это плод моего воспалённого воображения. Ну не может же так везти человеку. Не может быть такого безумного счастья и спокойствия в жизни. Не может... А я вот вытянул счастливый билет.
Водружаю очередной шедевр на подушку талантливой флористки из цветочного с соседней улицы. Поддавшись порыву целую Дюймовочку в висок. Она так симпатично причмокивает во сне и морщит носик, просто невозможно оторваться.
Неделя отпуска прошла более чем насыщенно. Как и обещал Виолле ранее, никуда я ее не отпустил. Возникли, конечно, незначительные трудности, В которые мне строго на строго было запрещено вмешиваться. Ибо этого бы не возникло, прислушайся я к ней.
Благо я хорошо умею выбивать из ее головы всякую дурость. Особенно, если раздеть Черноглазку и перевести все разговоры в горизонтальную плоскость. В квартире не осталось, на мой взгляд, ни одного не помеченного нами места.
Где-то мы ругались, потом успешно мирились. Где-то я снова и снова доказывал ей всю правильность нахождения ее в этой квартире. Где-то мы просто любили друг друга. Забыв обо всем на свете.
Удивительно даже, что успели побывать и в театре, и в кино, и в музеях близь лежащих городов. Однажды даже ей удалось затащить меня в ресторан. Как итог, Виолла больше не поднимает тему нашу совместного проживания. Что не может не радовать.
Распаковываю свежеиспеченные булочки, готовлю ее любимый чай. Черный, с цедрой апельсина и корицей. Слишком уж увлекаюсь своим занятием, что даже не замечаю подошедшую ко мне со спины чертовку.
— У нас не осталось ваз! — говорит это с упреком и толикой грусти.
— Значит купим еще!
— Куда еще? Тим, оглянись и посмотри повнимательнее. Ты что, решил скупить все цветы в городе?
— Даже если и так, в чем проблема?