Чтение онлайн

(Ага, нас похоже называют Охотничьей командой…)

–  Но в Зотовом бастионе материальные ценности!

–  Так я и есть материально ответственный. К слову, чем тут сидеть - шли бы Вы разбираться - там автобус с тридцатью итальянками - туристками, а водитель делся куда-то. Никак с ними договориться не получается. И что делать с ними - непонятно. Они еще и голодные впридачу.
– очевидно, что между импозантным мэтром и вновь пришедшим сотрудником Заповедника давняя и стойкая любовь.

–  Я не могу покинуть собрание, так как без меня интересы Заповедника будут нарушаться!

–  Кроме вас тут еще пятеро ответственных лиц, не ниже Вас по должности, а по-итальянски только Вы говорите. То есть говорили Вы, что говорите по - итальянски?

–  Вы что, сомневаетесь в моей компетентности?

–  Ни боже мой! Вот Вам и карты в руки!

–  Я не могу позволить в такой момент прибирать власть в свои руки всяким армеутам и разным спасателям кошечек с деревьев!

–  То есть не идете?

–  Пусть идет Игнатьев - передайте ему, что я велел.

–  Но получится. Игнатьев пропал без вести.

–  Тогда Соколова!

–  Хватит! Тридцать итальянок уже в относительной безопасности, так что нечего тут распространяться. Прекратите - оба! Предлагаю выбрать зам. по тылу - вот Хранитель фондов Заповедника - Францев Павел Ильич. Знает заповедник как свои пять пальцев и не допустит нанесения ущерба фондам. Кто против?
– председатель обводит орлиным взором присутствующих.

Никто не против, даже уже достаточно засветившиеся либералы из музейных.

Оттуда слышно что-то вроде:

–  Самая по нему работа - по туалетам бегать! Венец карьеры!

Гул однако начинается, когда полковник Овчинников начинает зачитывать после обязанностей новоиспеченного хозяйственника - обеспечение крепости материально-техническими средствами - продовольствие, вода, топливо, техника и так далее и обеспечение функционирования жизнеобеспечивающих систем, права - и вот тут -то возникает возмущение, потому как права даются серьезные - ему переподчиняются все хозслужбы, включая принадлежащие арендаторам, соответственно сотрудники музея - включая гастарбайтеров и много чего еще.

Не давая собранию увязнуть в обсуждении, тут же выбирается ответственный за оборону Крепости - это оказывается наш знакомец начарт - командир сигнальных орудий, которому переподчиняются и стрелки Внутренней службы безопасности музея.

Далее при минимальном перевесе голосов на Михайлова вешается комендантская служба.

Ну а комендантом после долгих и тошных споров становится - ну естественно -полковник Овчинников.

Последнее сообщение от коменданта на собрании - требование всем умеющим обращаться с оружием, сдать в течение двух часов сюда, в штаб Крепости свои военные билеты, военным пенсионерам - пенсионные удостоверения - или список, заверенный от Артмузея.

–  Это еще зачем? На учет ставить?

–  На учет и так поставим. Возможно, удастся получить оружие и боеприпасы в Кронштадте - сейчас приготовим приказ о мобилизации военнообязанных.

–  Это ж будет филькина грамота, так не положено действовать.

–  Давайте не будем спорить. Если под этот приказ нами будет получено оружие и боеприпасы и прочая поддержка от клешников, то я готов и на большие глупости.

После чего собрание объявляется закрытым. И лишних просят покинуть помещения, чтобы приступить к своим непосредственным задачам. Коротко и ясно.

Хранитель подходит к нам.

–  Вы не можете поделиться продуктами? Это сейчас самое сложное в нашем положении. Сотрудники-то худо - бедно едой обеспечены пока, с собой принесли, да в Монетном и своя столовая есть, а вот туристы и беженцы…Сейчас еще и школьные каникулы, детей много. Попробуем что-нибудь сварганить, чтоб готовить горячую пищу, но не из чего. И потом надо обеспечивать доставку, безоружных посылать - бесполезно, а охранники… У них специфическая работа.

–  Через час ответим, что можем Вам передать - разобраться с грузом нужно, у нас все внавал. Потом соответственно и решим, как быть. А полевой кухни у Вас в хозяйстве нет?

–  К сожалению. Полевая кухня многие проблемы бы решила. А часа на разбирательство у вас нет. Судя по сообщению наблюдателя - с колокольни Петропавловского собора - мертвецы уже в поле зрения. И не один, а куда больше.

Пока держатся поодаль, но полагаю, что скоро мы с ними столкнемся. Так что через полчаса я к вам подойду с людьми.

–  Хорошо. А как насчет нас на довольствие поставить?

–  Как я помню, разведка обычно сама себя питала.

–  Когда это мы стали разведкой?

Овчинников поворачивается к нам:

–  А вот только что - Вы - смотрит на Николаича - назначаетесь начразведслужбы, Вы - глядя на меня - начмедслужбы. А начвора - вы уже видели - майор, которому вы кишки вымотали за пару сотен патронов…

–  За семь сотен, за семь…

Овчинников тяжко вздыхает… Горек хлеб отставника, командующего хрен знает кем… Но он сдерживается, считает до десяти, наверное и мирно говорит:

–  Ладно уж Вам. В одной лодке сидим. А теперь, когда на нас две с половиной тысячи людей - тем более.

Ну, удерете Вы с командой. А дальше что? Выжить, безусловно, выживете. А через сорок лет как жить будете? Я не в плане совести, это десятое дело. Я про физический уровень.

–  Знаете, товарищ комендант, зря Вы меня агитируете. Меня вон докторица уже ночью просвещала, спрашивая, у какого племени лучше шансы выжить - у которого десять воинов и одна женщина, или один воин и десять женщин… Только это все зря, я и сам не маленький, хорошо все понимаю. Но обеспечить в день минимум две с половиной тонны жратвы - это непросто. К тому же я понимаю - кормить детей. Тут свято. А кормить дармоедов, вон как у Вас за спиной сидит - с какой стати мне корячиться со своими людьми?

–  Да как Вы смеете! Вы умеете одно, я другое! Вот и выполняйте свои обязанности!

Вы обучались воевать, а я нет - вы обязаны защищать нас!

–  Я так думаю, комендант, надо вводить карточную систему. Иначе не разберемся и сдохнем тут бесславно.

–  Да пожалуй что… Павел Ильич - значит списки всех, отдельно трудоспособных, отдельно владеющих оружием - и имеющих боевой опыт. Доктор - разворачивайте медпункт, Павел Ильич место покажет.

–  Не пойдет. Доктор нам в группе самим нужен. Тут он у Вас будет сидеть йодом царапины мазать, а нам он нужнее.