Чтение онлайн

В Кронштадте прямо на пирсе стоит два газона с кунгами. Окна и лобовое стекло защищены какой-то знакомой блестящей решеткой… Точно - это же тележки из супермаркета, только их разобрали! Так с виду выглядит прочно. На одном из кунгов грубо привинчен колокол репродуктора, проводок тянется в кабину. Встречает нас молодой коренастый старшина.

Представляемся друг другу. Старшина поедет водителем головной машины, и будет говорить в репродуктор в том плане, что живым жителям обозначить свое присутствие вывешенными в окно яркими тряпками, световыми сигналами и телефонными звонками по номерам таким-то и таким-то, а сейчас производится зачистка территории от зомби и потому живым к машинам не приближаться.

В каждом кунге оборудованы места для стрельбы в четырех направлениях, правда амбразуры пробиты грубо и наспех прямо в стенках кунгов. Есть и приятное - по ящику ППШ-41 и по три цинка соответствующих патронов. Ну да и мы с собой взяли ППСы и тож патронами запаслись, взяв с собой по шесть рожков каждый..

Николаич распределяет экипажи - меня, Андрея, Серегу - в машину к старшине.

Он, Володя, Ильяс и Демидов - его сегодня решили взять в дело набивальщиком рожков - во второй машине. Там шофером какой-то молчаливый штатский.

Инструктаж простой - едем колонной, из амбразур, направленных в сторону другой машины не стрелять, стараться не попадать по окнам домов и все-таки смотреть, по кому стреляешь - лучше погодить, чем подстрелить кого из местных живых, но обезумевших. Очередями лупить не желательно, патроны все ж не казенные. Аккуратненько, короче говоря. Отрабатываем стрельбу одиночными. Результаты считаем.

Прогуливаемся пешком до перекрестка. У Макаровской улицы лежат в рядок четверо наших расписных. Пятый то ли насажен, то ли примотан к железному штырю.

Толстой проволокой ненавязчиво ему придали достойную позу - с высоко поднятой головой, широко открытым кривым ртом и правой рукой, показывающей на плакатик на груди. Впечатляет.

Ильяс замечает название канала, ухмыляется.

–  Эй, Док! Петровский это кто?

–  Канал Петровского дока - это не в честь медика назван. Док - это сооружение такое. Корабли ремонтировать - покупается на Ильясовское дураковаляние старшина.

Андрей тем временем стреляет. Вокруг уголовников уже лежит с десяток упокоенных. К ним еще один добавился - молодой парень в синей куртке с оторванным рукавом.

–  Не отвлекаемся, работаем!
– прикрикивает Николаич.

Словно спохватившись, приматываем приманку за ноги к буксирным крюкам грузовиков. Рассаживаемся. Трогаемся.

Следующие девять часов занимаемся нудной, тупой и шумной работой. Мы колесим сначала по Макарьевской до упора, останавливаясь через каждые пятьдесят метров. Во время остановок мы отстреливаем идущие на запах свеженины организмы, старшина долдонит свои тексты. Зомби мало - тут вообще-то военные уже работали раньше. Доехав до упора, разворачиваемся, возвращаемся к Обводному каналу и потом колесим по Петровской, Ильмянинова, Мануильского. Тут зомби идут гуще. Выстрелы в коробке кунга звучат резковато, да и порохом вонять начинает все ощутимее. Приходится затыкать уши ватой, но это не шибко помогает. Меняем уже по третьему рожку.

Поворот на Интернациональную - здесь к зомби присоединяется колоритная струя мертвецов в белых халатах, зеленых реанимационных костюмах, в пижамах - тот самый многострадальный госпиталь… Они идут и идут, словно в тупой компьютерной игре - разного пола, разного телосложения, по - разному одетые и молодые и старые - но до одурения одинаковой походкой, словно одна и та же моделька, одна и та же программа, но разные скины…

Мы не знаем никого из продвигающихся к мясу и потому для нас они однообразны совершенно, но я на миг представляю на моем месте кого-нибудь из местных жителей, который в этих одинаковых фигурах узнавал бы своих приятелей, соседей, родичей - и должен был бы их класть недрогнувшей рукой. Мне-то и то неприятно, а они для меня всего- навсего незнакомые соотечественники, которым не повезло и которые сделают все, чтоб не повезло и мне тоже.

Добираемся до улицы Восстания. Она идет по всему северному побережью Кронштадта. Длинная как бесконечность. И так же бесконечны вереницы и кучки покойников бредущих в ловушку. Наконец поворот. Улица Зосимова, потом начинаем крутиться по кварталам. Красивый город Кронштадт - совершенно неожиданно стукает в голову. Отстрелял шесть рожков. У остальных то же самое. Связываемся со старшиной.

Через несколько минут стоим у того самого уголовника с плакатом. Тут открытое пространство. Рядом маячит патруль. Но осторожный Андрей предлагает все же проехать на пирс - а нам размять ноги пока это можно.

Следующие пятнадцать минут проветриваем кунги. А то уже дышать тяжело, набиваем рожки, приходим в порядок. Все в достаточной степени угнетены, один свин домашний в восторге и рад до невероятия такому приключению. Впрочем, оказывается, его вчера повысили - в звание 'Кот - Рыболов' за подвиги во время сбора глушеной рыбы.

Его все приводит в восторг, а несколько сияющих желтой латунью и розовой медью патрончиков он припрятал в карман. Мы посмеиваемся - завтра Патрики уже окислятся и потускнеют. Но пусть порадуется пока. Через это проходил каждый, когда впервые держал в руке сияющий, словно золотой патрон, консервированную Мощь и Смерть в таком сверкающем виде…

Прикидываем, сколько упокоили мертвецов. Оказывается 3411…

Надо продолжать.

К вечеру мы совсем одурелые. Башка гудит, ноги устали и руки тоже. Мы еще несколько раз останавливались на проветривание и выгребание гильз. На то, чтоб перевести дух. Когда крутились вокруг 36 больницы, я отпросился навестить своих коллег и глянуть на больных. Николаич дал на все про все 15 минут. С трудом успел.

Звали отобедать, но не хотелось терять ритм, да и кусок в горло бы не полез. Только-только успел задать им дурацкий вопрос, навеянный еще и происшествием с Сашей. Получается, что укушенный зомби в конечность человек обречен. Но ведь можно тут же жгутом остановить кровообращение. И ампутировать конечность выше места укуса?

Также интересно - можно ли добиться эффекта прижиганием ранки тут же?

Может, есть резон провести эксперименты. Вон - тех же уголовников расстреляли - а могли бы и пригодиться, если б дали согласие в обмен на сохранение жизни после удачной ампутации…

Коллеги задумались.

По-моему на меня посмотрели косо.

Как на Менгеле…

А, черт с ним… Я сегодня и так как Дирлевангер…

Прощаюсь и возвращаюсь в кунг. Говорю об этом Николаичу. Ухмыляется - ишь, врачи-убийцы…

Но я вижу, что он задумался. И мне кажется, что он думает на предложенную тему, идя в свою машину.

К вечеру машины становятся точно как душегубки. Даже Андрей с Ильясом стали мазать. По подсчетам получается, что мы свалили сегодня 5889 зомби. Проехали практически по всему городу. И заметно зомби видим меньше. Тех, кого видим - кладем. Андрей и Ильяс спокойно работают на дистанциях до 200 метров. Я так далеко не стреляю, жду подошедших поближе. Их тоже хватало. Правда старшина возил нас там, где моряки не особенно-то и постарались, руки не дошли.