Чтение онлайн

Обернулась на Германа, звонок повторился, тот потянулся вниз, в его правой руке появилось оружие.

Вот же черт!

— Я пойду, открою, может, соседи.

— Сиди.

Звонок все не унимался. Правда, кто там такой настойчивый с утра? Но вот повисла тишина, и зазвонил уже телефон Полины, лежавший на прикроватной тумбочке.

Валентин.

Две пары мужских глаз уставились на надпись.

— Валентин? Этот тот Валентин, о котором я думаю, управляющий? Или есть еще один пидор с таким именем?

Влад, кажется, задавал вопросы самому себе, потому что никто не собирался на них отвечать. Герман внимательно изучал реакцию Полины на звонок, ее щеки порозовели, девушка поджала губы, старалась совсем на них не смотреть. Он не был лично знаком с Валентином Малых, но видел и знал, что в его отеле такой управляющий. Все дела велись через доверенное лицо, управляющих и директоров своих отелей Герман знал заочно.

— Да, Валентин Михайлович, — Полина ответила слишком громко. Мужчина на том конце связи быстро и взволнованно заговорил. — Нет, со мной все хорошо, я просто спала и не слышала звонка, я же предупредила, что заболела, самочувствие не очень, если честно.

Конечно, она заболела, иначе то, что она несет, сидя совершенно голой после двойного проникновения с двумя мужчинами, и назвать язык не поворачивался. Заболела похотью, развратом, а еще насквозь пропиталась запахом мужчин, ее киска вся перемазанная спермой, а шея и грудь в укусах и засосах.

— Нет, что ты, не надо заходить, у меня есть все лекарства.

Тут девушка посмотрела на мужчин и сглотнула слюну. О, да, у нее есть два лекарства, две жутко действенные пилюли. Что доктор прописал, строго по рецепту, принимать до, после и вместо еды.

— Нет, Валентин, это лишнее, я боюсь тебя заразить. Ну…хорошо, сейчас.

Герман все так же держал оружие в руках, вертя им перед глазами, Влад откинулся на спинку кровати, даже не прикрылся, пялился на ее грудь.

— Надо открыть, он не отстанет.

— Ты с ним трахаешься?

Полина вскинула бровь и взглянула на Влада, вопрос, мягко говоря, был некорректным.

— Не твое дело.

— Тогда я сейчас сам открою и разобью ему голову. Если трахал то уже не сможет.

Влад сказал все это тихо, с яростью в глазах, но также расслабленно откинувшись на кровати. При упоминании другого мужика стало не совсем комфортно. То, что эту девчонку может иметь кто-то другой, Владу не понравилось. А еще этот ее ответ, мол, не его это дело, надо отшлепать ее сочную попку.

— Нет, ты никому ничего не разобьешь. Что за тяга разбивать и ломать?

Полина встала с кровати, открыла зеркальную створку шкафа, взяла халат, накинула. Влад подскочил, схватил ее за запястье.

— Я буду ломать и разбивать, что хочу и кому хочу.

— Ради бога, но не у меня в доме!

Полина с вызовом посмотрела в его глаза, Герман молчал, он она чувствовал спиной его взгляд. А еще оружие в его руке просто выводило на нервы. Да кто они такие, что решили устроить из ее квартиры линию фронта? Они сегодня здесь, завтра их нет, а ей надо жить дальше и, желательно, не портить отношения с управляющим. Ей нужна работа, она любит свою работу и не намерена ее терять.

— Так, вы сидите здесь, я поговорю с человеком, и он уйдет. И Влад, я прошу тебя, ничего не сломай.

Мельком бросила взгляд на Германа, он улыбнулся лишь уголками губ, это приободрило. Вот так и надо с ними, как с шкодливыми котами, вовремя сказать брысь и дать тапком по носу. Несмотря на то, что взрослые мужики, огромные, занимающие всю спальню. Полина вышла, прикрыв дверь.

— Сучка маленькая, — Влад все равно сказал ей вслед колкость, но Полина лишь улыбнулась.

— Животное.

Если откровенно, Полина была удивлена, застав за ее дверью Валентина. Мужчина поднял глаза, прошелся взглядом по лицу, фигуре девушки, задержался в районе груди. Полина хотела было поправить разошедшийся запах, но не стала. Лишь плотнее сжала бедра, по ним стекала сперма, а колечко ануса слегка жгло от недавнего анального секса.

— Ты, правда, не очень выглядишь, щеки горят, надо смерить температуру.

Валентин уже протянул руку, чтоб потрогать ее лоб, но Полина отодвинулась. Да, понизить градус того что было в спальне не помешало бы.

— Я очень ценю твою заботу, но, Валентин, не стоил приезжать, ты можешь заразиться.

— Ты не впустишь меня?

— Зачем?

— Я бы хотел позаботиться о тебе, в конце концов, мы взрослые люди и…

— Мы взрослые, а ты будто не понимаешь. Давай закончим и закроем эту тему. Я прекрасно справлюсь сама.

Валентин поджал губы, поправил ворот безупречно отутюженной рубашки нежно — голубого цвета. Полина заметила идеальный маникюр на ногтях, блеснули запонки. Валентин был, словно с обложки глянца модного журила, весь лощеный, прилизанный, и как она раньше этого не замечала, что в нем нет ничего мужественного. Ведь наличие между ног члена и яиц еще не означает, что перед тобой мужик.

— Так ты не пригласишь меня?

И тут Полина представила эпическую сцену, двое голых татуированных мужиков в ее спальне, один с пистолетом, и Валентин с модной прической. Господи, страшно подумать, что будет.

— Нет, извини, не очень хорошо себя чувствую.

— Ты похудела? Я не сразу заметил.

Он словно не слышал, что она сказала, взгляд уперся в грудь, соски торчали острыми вершинками через атласную ткань. Полина все-таки запахнула халат плотнее, чтоб их управляющий не увидел следов, оставленных мужчинами на ее теле.

— Ты не одна? — Валентин прищурился, сверкнул глазами, уверенно подняв подбородок.

— Валентин Михайлович, да, я не одна, со мной простуда и жаропонижающее. А еще температура и озноб, тебя с кем познакомить?

Вот реально он ее выводил, Полина не замечала раньше за собой такой неприязни к нему, а тут словно прозрела. Права Илонка, говно мужик. Красивое, стильное, но все же говно.

— А ты изменилась, Полина, но мне даже нравится твоя дерзость, она заводит.

Валентин быстро оказывается рядом, хватает ее за талию, прижимает к себе. В нос ударяет аромат приторного парфюма, и этого запаха она раньше не замечала. А вот именно сейчас все стало так отчетливо, так мерзко и противно, его руки на талии, его запах и горячее дыхание.

— Отпусти.

— Ну чего ты вечно сопротивляешься, расслабься, Полина, ведь нам хорошо было.

— Было хорошо тебе.

— А ты разве не стонала подо мной?

— Отпусти.

Полина упирается в его грудь руками, отворачивается, так хочется закричать, но этого делать нельзя.

— Ну, чего ты вечно брыкаешься и строишь из себя недотрогу? Да кому ты нужна, кроме меня? Я хоть трахать тебя буду, подарки дарить, кому ты нужна, испорченная такая.

Слова резали по — живому до самого мяса, сдирая кожу. Испорченная? Да, может быть, но не тебе, сука, ставить на мне клеймо.