Чтение онлайн

Уголки его глаз смеялись. Музыканты как раз сменили ритм и теперь пары танцевали самбу. Ну что же, я не только вальс помнила... Я кивнула, отцепляясь от локтя Лекса к его вящему неудовольствию.

– Отец, я думаю, что Алисе, лучше остаться со мной, - с какими-то паническими нотками в голосе заметил Лекс.

Я надула губы, а потом прошептала ему на ухо:

– Ты сказал, что я твоя любовь. Так выходит, что ты мой ПРИНЦ! А ПРИНЦ должен выполнять пожелания ЗОЛУШКИ!

В его глазах плясали волны. И я чувствовала, как он всем своим существом боится отпустить меня. Пересилив себя я закрыла глаза и прикоснулась своими губами к его, хотела лишь коснуться, но мгновение спустя ощутила его руку на своем затылке, губы становились всё настырней. У меня перехватило дыхание, по низу живота растекся жидкий огонь, и я ответила ему, выплёскивая всё, что копила все эти дни. И в тот раз он ПИЛ меня, словно путник в пустыне, который после долгих скитаний набрёл на оазис. Я не знаю, сколько мы простояли так, но сменившаяся музыка заставила меня оторваться от его губ и взглянуть в чёрные, как ночь, глаза.

Я провела рукой по его щеке и прошептала:

– Не у одной меня меняются глаза.

Улыбнулась ему, потом Аркадию Александровичу и вложив свою ладошку в руку последнего последовала за ним на танцпол. Звучал коронный Венский вальс. Не ожидала я, что сначала станцую его с сыном, а потом повторю тот же подвиг с отцом. Его рука легла мне чуть пониже плеча, и мы закружились в этом вихре. Мужчина вёл уверенно, не давая мне выбора. Так вот у кого учился Лекс танцам.

– А ты прекрасно, танцуешь, Алиса. Где-то училась?

– Спасибо. Немного в детстве, - смутилась я.

– Однако на зубок знаешь такой сложный танец.

Я отступала, и он захватывал, я буквально погружалась в музыку, и вот меня уже нет, есть только оркестр, играющий внутри и оркестр партнёра напротив, синхронный дуэт. Я очнулась, когда отгремел последний аккорд. Немного запыхавшаяся, но довольная.

– Вы прекрасны, - я обернулась, позади, осторожно держа в руках алую розу, чтобы не пораниться, стоял мальчик лет двенадцати.

Я покраснела. Странно, но сегодня все мне говорят комплименты. Наверное, пора привыкать и не становиться томатного цвета только от одного красивого слова.

– Спасибо, - я тоже осторожно взяла розу, боясь нечаянно уколоться.
– Мне розу подарили.

Я обернулась к Аркадию Александровичу.

– Вот видишь, не только я думаю, что ты превосходно танцуешь.

– Ой, - я снова отвернулась, чтобы поблагодарить ребёнка, но его и след простыл.
– Странно. Я думала он будет дожидаться ответной вежливости.

– Ничего. Такое бывает в их возрасте. У моего сына появился конкурент. Пойдём-ка, лучше к Шурику, а то он совсем сейчас завянет без твоего внимания.

Я тут же нашла в толпе синие глаза. Лекс стоял прислонившись к стене и с каким-то страхом в глазах наблюдал за мной. Я улыбнулась, когда он заметил, что я смотрю на него. Может быть от моей улыбки ему станет чуточку легче?

Там же. Лекс.

Лекс наблюдал, как Алиса танцевала с его отцом. Мягко изгибаясь в его руках, соблазняя, маня за собой. Неужели эта та? Пять лет назад, когда его предал второй человек, которому он доверял, единственный человек, которого он считал почти братом - он был в ярости. Но за кровавой пеленой мужчина запомнил лишь несколько слов.

– В этот же самый день твоя любовь умрёт. Её убьют те, которых ты не ожидаешь. Ты проведёшь с ней ровно две недели. Пять лет, Алекс. Пять лет... спустя, - прошептали кровавые губы, и карие глаза Эдика закрылись. Навсегда.

Как же он был зол, когда две недели спустя узнал, что Эдуард был невиновен. Он убил неповинного человека. И с того дня прошло ровно пять лет. А теперь та, к которой он так привязался за эти две короткие встречи, которая пробудила его замёрзшее сердце, она в опасности. И в чём заключается эта опасность он не знает.

Холодная расчётливая ярость накатывалась волнами. Он пробегал глазами толпу, стараясь выявить опасных людей. Но нет, таковых не было. Здесь все свои - её никто не обидит, однако слова Эда бились в мозгу.

– Может её запереть наверху?
– он обернулся, Алик стоял за правым плечом.

– Ангела играешь?

– Ага, - Алик посмотрел на плечо Лекса и улыбнулся.
– Хранителя.

– Отец не поймёт... Она тоже.

– Зато будет в безопасности. А потом объяснишь.

– Открыть ей свою биографию?
– усмехнулся мужчина.
– Нет уж, извини. Она думает, что я бизнесмен, ну вот пускай и думает. Притом даже если я и открою - портить вечер из-за какого-то туманного пророчества? Она меня на смех поднимет.

– Ты боишься насмешек. Не думал, что стальной Принц так боится колкостей подружки.

– Она не подружка!
– рявкнул Лекс.

– Хорошо, жена.

– Пока не жена.

– Уговорил, невеста. Я думал, ты не веришь цыганкам.

– Шарлатанкам нет, а вот из табора...

– Понятно, - друг нахмурился.
– Если что, зови.

Прозвучали последние аккорды. Отец и Алиса шли к нему. И где она успела достать розу? Девушка хохотала, видимо над очередной шуткой отца. Она раскраснелась, ноги немного подворачивались, отцу то и дело приходилось поддерживать её, но в целом была счастлива.

– Лекс, - она посмотрела на него влюблёнными глазами и отпустив локоть отца прильнула к нему, обняв.
– Ой!

– Что случилось?
– Алекс постарался не выдавать тревоги в голосе, но всё равно отец внимательно посмотрел на него.

– Я уко...
– девушка не успела договорить, как задрожала и стала оседать.

Глаза её закатились, тело трясло. Изо рта пошла пена.

– Скорую!
– взвыл Лекс, укладывая Алису на пол.

Среди гостей началась паника. Девушку и склонившегося над ней мужчину обступили.

– Лиса, лисонька моя, только не сейчас. Пожалуйста, - солёные капли чертили дорожки по его лицу.