Чтение онлайн

У лорда Мудрого в лапе был механический кий, который потрескивал и слегка пружинил. Лорд нацелил кий на шар, нажал на что-то, послышался щелчок, и из конца кия вылетел небольшой белый шар на пружине. Он пронесся по столу, как спугнутая мышь, пролетел мимо красного шара, который намеревался поразить лорд Мудрый, ударился о борт и, отскочив, упал в лузу на противоположной стороне бильярдного стола. В кие пружина мелодично протренькала мелодию «Веселый Роджер», и все стихло. В комнате воцарилось гнетущее молчание. Его прервал сам лорд. Он повернулся к своему нежданному посетителю и раздраженно сказал:

— Вот! Видишь, что из-за тебя получилось! — Потом, к облегчению дворецкого, он добавил: — Ах, это ты, как-тебя-там. Все в порядке, Голубок, я знаю этого парня. Он — мой друг. Как у тебя дела? Хочешь кофе? Я как раз собирался выпить чашечку.

— С удовольствием.

— Голубок, — обратился его лордство к дворецкому, — две чашки кофе… и прекрати подсовывать мне книжки со стихами. Ты же знаешь, я терпеть не могу этой рифмованной чепухи, кто бы ее ни писал. По-моему, все эти стихи придумывают дворецкие, которые вообразили себя поэтами.

— Сочиняют, милорд, — невозмутимо поправил своего господина дворецкий и удалился.

Лорд Мудрый, поглядывая на Нюха через стеклышко монокля, спросил:

— Так ты начал о Недоуме? Да, он заходил сегодня, мы сыграли в бильярд. И если хочешь знать, он страшно плутует. У него был с собой новый паровой кий, а мне он предложил вот этот — заводной. Но он и вполовину не так хорош, как тот. А вдобавок мне пришлось выложить за него целую кучу денег.

— Похоже на Недоума.

— Да, он еще тот пройдоха. Но мне приходится с ним общаться, хотя бы затем, чтобы знать, что у него на уме. С такими, как он, надо держать ухо востро. А теперь сядь и скажи, чем я могу тебе помочь.

Приятели уселись в кресла. Вдоль стен стояли небольшие стеклянные шкафчики, вернее, витрины. Тут, разумеется, были и морские ракушки, и куски дерева разных пород, и камень с наклейкой «лава вулканическая», и стрекозы на разных стадиях развития — от личинки до взрослого насекомого, и гербарии, и высушенные рыбы, и даже чучело василиска, который, похоже, умер от страха — такой испуганный был у него вид.

— Хорошая коллекция, — пробормотал Нюх, кивая на шкафчики. — Как раз на днях я рассказывал о твоем хобби своим друзьям.

— Хобби? Это — моя страсть! Вся моя жизнь посвящена собирательству! Даже у королевы Крошки нет такой коллекции.

— Ладно-ладно. Но я пришел сюда не просто так, лорд Мудрый. Мне нужно узнать у тебя кое-что о гербах.

— Сейчас, погоди-ка минутку. — Лорд Мудрый встал и подошел к одной из полок, снял оттуда огромную книгу в тисненом кожаном переплете и не без труда водрузил ее на кофейный столик, отчего тот жалобно скрипнул. На переплете толстым слоем лежала вековая пыль.

Снова опустившись в кресло, лорд сказал:

— Это книга лорда Мудрого-старшего о королевских и дворянских гербах. Он составлял ее сам, и рисунки делал тоже сам. С того времени гербы не особенно изменились. Впрочем, некоторые продали свои титулы, другие просто утратили их. Ты видел мусорщика возле Истминстерского моста? Так вот, он — граф Джессекс.

— Не может быть! — воскликнул Нюх.

— Однако это именно так. Его отец проиграл свои поместья и пустил семью по миру. Так что лучше уж быть мусорщиком, чем просить милостыню.

— Мне никогда такое и в голову не приходило, хотя порой я замечал у этого парня жесты, как у настоящего аристократа.

— Конечно, происхождение не скроешь. Голубая кровь есть голубая кровь, и она всегда проявит себя в манерах и поведении. Лично я буду сражаться за каждый клочок своей земли и за свой титул до последней капли крови, можешь не сомневаться. Никогда не мог понять, почему ты отказался от своего титула, Серебряк. Нам нужна настоящая аристократия. Впрочем, ты знаешь мои убеждения. Право рождения и все такое… — Он так разгорячился, что монокль вылетел у него из правого глаза и упал на колени.

Нюх уже раз двести слышал высказывания лорда по поводу «ведущей роли» аристократии.

— А теперь, — продолжил лорд Мудрый, несколько успокоившись и вставляя монокль уже в левый глаз, что заставило Нюха заподозрить, что не так уж этот монокль ему и нужен, — что ты хотел узнать о гербах?

— Я ищу герб, на котором изображены крокетные биты.

— Да половина гербов в этой книге с битами, — фыркнул лорд Мудрый. — Это один из самых распространенных символов в нашей геральдике. Ты же знаешь, что крокет у нас национальная игра. Даже Недоум хотя бы раз в месяц выходит на овальную площадку.

— Так я и думал, — вздохнул Нюх. — А как насчет военных? Ведь по традиции сын идет в армию вслед за отцом. Я имею в виду тех, у кого все стены в особняках увешаны портретами генералов и которые не забывают устроить фейерверк, чтобы напомнить окружающим, что их прадед — генерал Блотер — выиграл битву при Станкимуре.

— Таких тоже немало. Ну-ка ближе к делу, почему это ты вдруг заинтересовался гербами и военными?

— Я ищу принца Статтленда, — объяснил Нюх. — Он из леммингов. Говорят, что он без ума от всего военного. В последний раз его видели в экипаже, на котором изображены крокетные биты. Так что не удивлюсь, если он отправился к кому-нибудь из военных аристократов.

— Принц? С острова Статтленд? Я знаю их семью. Очень древний род. И все они буквально помешаны на армии и театре. Поговаривают, что они скорее отдадут в заклад собственных детей, чем пропустят хороший спектакль. Но лично я думаю, что он подался к гусарам. Самый знаменитый полк гусар — собственный полк короля Красноуса. Основан в стародавние времена. И думаю, именно там ты найдешь своего принца.

Гусары. Нюх так и думал. Вполне возможно, что лорд Мудрый прав. Правда, эти гусары никогда не ездили верхом, как, впрочем, и все прочие ласки и горностаи. Прежде всего потому, что никто не смог бы ездить на мышах. Мыши возили экипажи, но оседлать их было невозможно.

Горностаи, которые первыми вступили в полк, скопировали форму с гусарских полков у людей. Так что они тоже носили высокие черные кивера, плотно облегающие яркие мундиры и обтягивающие лапы лосины. За спинами у них развевались плащи-накидки — неотъемлемая принадлежность горностаев, отличающая их от всех прочих зверей — ласок, куниц, хорьков и остальных.

— И последний вопрос, — сказал Нюх. — Ты знаешь лемминга по имени Свелтлана? Вероятно, она из какой-нибудь богатой и знатной семьи Статтленда Она очень красивая, с большими яркими глазами, а мех у нее густой и блестящий.