Чтение онлайн

– Пропусти вперед даму, - потребовала она и скользнула в дверь первой.

Пол в" холле просел под ее ногами на добрых два дюйма. Она непроизвольно взмахнула рукой, чтобы удержать равновесие, и повернулась ко мне, насмешливо улыбаясь.

– Билл, не отставай.

Ускорив шаг, я вскоре оказался в узком коридоре, в конце которого можно было разглядеть лестницу. Бросалось в глаза, что ступени этой лестницы были чересчур высокими.

– Э-эй! Кто-о-о-о зде-е-е-есь?

– Что?
– одновременно вырвалось у Мириам и у меня.

Мы услышали не голос даже, а тень голоса, даже тень эха, но слышали мы именно то, что слышали.

– Я ничего не сказал, - прошептал я, и Мириам в унисон со мной:

– Я ничего не сказала.
– И невозмутимо добавила:

– Два варианта: мы здесь не единственные охотники за привидениями или же местные привидения не любят терять время. Оба варианта меня устраивают. Куда идем?

Я подумал, что первое впечатление Мириам могло бы быть и более сильным. Вслух я произнес:

– Начнем сверху.

Мы беспрепятственно дошли до лестницы и начали подъем, освещая себе дорогу фонариками, как оказалось, довольно-таки мощными. Когда мы миновали первый пролет, Мириам оказалась впереди, так как лестница в этом месте заметно сужалась, и идти рядом и дальше было бы непросто. Вдруг я заметил, что Мириам ступила на прогнившую доску, и подхватил ее, не дав ей скатиться кубарем с лестницы и сломать себе шею. Она же, не поворачивая головы, бросила:

– Спасибо, Билл. Я в долгу перед тобой. И глазом не моргнула!

На верхней ступеньке я вдруг замер.

– Тс-с, Мириам. По-моему, я слышал, как кто-то смеется.

Мы оба затаили дыхание, стараясь уловить слабый звук.

– Это не смех, - прошептала Мириам. Я еще раз прислушался и возразил:

– Смех. Судя по всему, кто-то смеется по такому поводу, по которому следовало бы плакать. Господи, это смех безумца!

Звук был тихий-тихий, едва различимый, но у меня не оставалось сомнений, что некто невидимый веселится от души. Мириам поморщилась, как будто от неприятного запаха. Я вытер мгновенно вспотевшие ладони о брюки. Ради всего святого, где мог Томми раздобыть такую запись?

На цыпочках мы миновали холл второго этажа, и Мириам толкнула ближайшую дверь. От колебания воздуха поднялась пыль, и из темноты поднялся неясный силуэт огромных размеров.

Звон и грохот.

Звон и грохот сзади и нечто невообразимое впереди. Я отпрыгнул вправо, Мириам - влево, и на долю секунды мы увидели пляшущую в лучах фонариков пыль. Мириам, надо отдать ей должное, опомнилась первой. Опомнилась, во всяком случае, настолько, что смогла посветить фонариком туда, откуда раздавался грохот. Всего лишь старая гравюра; она висела в коридоре и свалилась на пол, когда я протопал мимо, потому что гвоздь держался в Прогнившей стене на честном слове. Стекло, конечно, разлетелось вдребезги. Опомнившись, я посветил фонариком в дверной проем и увидел массивный письменный стол, покрытый пыльным белым полотном.

– Тут трудно соскучиться, а, Билл?

Мириам уже стояла рядом со мной.

Я закусил язык, чтобы не было слышно стука зубов, и попытался изобразить улыбку. Надеюсь, мне это удалось - благодаря скудости освещения. Мириам позволила мне войти в ту комнату первым; значит, она решила, что со мной все в порядке.

Ничего особенного мы там не заметили, если не считать двух сломанных стульев и несметного количества пыли. В глубине комнаты обнаружилась другая дверь. Я открыл ее и остановился на пороге, освещая фонариком черное пространство и ничего не видя. Мириам следовала за мной, поэтому я посторонился, чтобы дать ей пройти. Что-то тронуло меня за плечо...

Бам! Ку-ку! Бам! Ку-ку! Бам!

Мириам ахнула и вцепилась в мою руку так, что я выпустил фонарь, который, упав на пол, выкатился из помещения. Мириам же непроизвольно нажала на кнопку своего фонарика, и чернота ударила нас по глазам. Мои колени подогнулись, а моя хладнокровная подруга вцепилась обеими руками в мою голову - первый подвернувшийся ей предмет. И еще она пищала, как вполне взрослый цыпленок, вылупившийся из яйца целых два часа назад. А звуки не умолкали до тех пор, пока пальцы Мириам не оставили в покое мой висок и не нащупали кнопку, включающую фонарь. Тогда и выяснилось, что перед нами старинные часы с кукушкой. И эта самая кукушка лгала нам, будто сейчас одиннадцать часов. Наверное, я в темноте напоролся на маятник и привел механизм в действие.

Глупая деревянная птица уже успокоилась, а Мириам все еще обнимала меня. Черт возьми, я был в неподходящем настроении. Затем Мириам отпустила меня и, вымучив улыбку, произнесла:

– Билл, это же нелепо. Давай посмеемся, а? Я провел сухим языком по влажной от холодного пота верхней губе и отозвался:

– Ха-ха.

Мириам твердо сказала мне:

– Тот смех - это шум воды в трубах. Потом картина упала со стены, мы же все видели. Та.., фигура - стол, покрытый пыльной скатертью. А последнее из твоих привидений - часы с кукушкой. Верно?

– Верно.

– Тогда объясни мне, что означает: "Эй, кто здесь?" Мы ведь это услышали, когда вошли.

– Игра воображения, - быстро ответил я.
– Хотя могу поклясться, что мне это не пригрезилось.

– Значит, пригрезилось мне, - не сдавалась Мириам.
– По-моему, хватит с нас обоих привидений.

На ее кривую улыбку в эту минуту стоило посмотреть.

– Наверное, хватит, - согласился я и поднял фонарь. Пальцы меня не слушались, но каким-то непостижимым образом мне все же удалось отвинтить защитное стекло и заменить лампочку.
– Кстати, а там тебе случайно ничего не грезится?

Я указал, где именно. Мириам мгновенно повернулась.

Ей "пригрезилось" очень бледное пятно света на стене. Мгновение назад ее фонарик освещал противоположную стену, в ином случае я бы ничего не разглядел. Я смотрел не дыша на стену; в очертаниях этого пятна угадывалось что-то знакомое.

– Это же.., шея, - прошептала Мириам, отшатываясь.

Это в самом деле была шея, бледно-розового телесного цвета, и на ней имелись четкие иссиня-черные следы душивших пальцев. Видение продержалось несколько секунд, после чего пропало.

Я выдохнул:

– Ай, класс!

Мириам осветила фонарем другую стену. Она не говорила ни слова, и луч света немного дрожал.

– Мириам, я хочу потанцевать.

– Музыки нет, - тихо откликнулась она, - придется пойти еще куда-нибудь.

– Угу, - сказал я и икнул.
– Значит, договорились?

Ни я, ни она не двигались с места.

В конце концов Мириам решилась заговорить вновь.

– Билл, чего ты ждешь? Идем!

– Танцевать?

– Танцевать!
– услышал я ее издевательское контральто.
– Мы приехали сюда, чтобы осмотреть дом, так? Ну и пошли!