Чтение онлайн

Голос произнес:

— Томис, мы Спасем прежде всего тех, кто больше других нуждается в этом. Мы пойдем в Эгапт, в пустыню, где песчаные Мутанты ютятся в старинном здании, которое они сделали своим храмом, и мы примем их к себе и поможем им опять очиститься. А потом мы пойдем дальше, на запад, в это несчастное селение, пораженное болезнью кристаллизации, и мы обратимся к ним и прикоснемся к их душе, и мы изгоним из них заразу, и болезнь отступит, и они излечатся. А потом мы пойдем дальше, во все уголки Земли, и отыщем тех, у кого нет союза, и тех, кто потерял надежду, и тех, у кого нет завтра, мы вернем их к жизни. И придет время, когда Земля будет Спасена.

И передо мной возникло вдруг видение измененной планеты и Завоевателей с жесткими лицами, которые отступают перед нами и просят нас принять их в это новое сообщество, которое родилось в самых недрах Завоевания. Мне показали Землю, которая очистилась от своих стародавних грехов.

Потом я почувствовал, что мне пора убрать руки с приборов, что я и сделал.

Видение исчезло. И мерцание постепенно угасло. Но я уже был не одинок, и мой разум это понимал, потому что еще какое-то время контакт с другими продолжался, и вот комната наполнилась светом.

— Как все произошло? — спросил я. — Когда это началось?

— Когда Завоевание свершилось, — сказал Талмит, — мы спрашивали себя, почему мы так быстро сдались и как можно возвыситься над самими собой. Мы поняли, что наши союзы не обладали достаточно сильной структурой, чтобы защитить нас. У нас были звездные камни; и у нас были приборы Наблюдения; наша задача была — слить их воедино.

Хирург сказал:

— То, что будешь делать ты, Томис, очень важно, потому что ты знаешь, как устремлять разум в пространство. Нам нужны бывшие Наблюдатели. Они будут ядром нашего Союза. Когда-то твоя душа рвалась к звездам в поисках врагов человечества; теперь она будет странствовать по Земле, чтобы воссоединить человечество.

Эвлуэла сказала:

— Ты будешь помогать мне летать, Томис, даже днем. И ты будешь летать рядом со мной.

— Когда ты уходишь? — спросил я.

— Сейчас, — сказала она. — Я направляюсь в Эгапт, в Храм Мутантов, чтобы предложить им то, что мы должны предложить. И все мы объединимся, чтобы у меня хватило силы, и сила эта будет сконцентрирована в тебе, Томис. — Она дотронулась руками до моих рук. И губы ее скользнули по моим. — Жизнь Земли начинается снова, сейчас, в этом году, это будет новый Цикл. О, Томис, мы все родились заново!

Я остался один в комнате. Остальные куда-то разошлись. Эвлуэла ушла наверх и вышла на улицу. Я положил руки на звездные камни, прикрепленные к ручкам приборов, и увидел ее, будто она стояла рядом. Она готовилась к полету. Сначала она сняла одежду, и ее обнаженное тело засверкало в лучах полуденного солнца. Ее тело казалось невозможно хрупким; казалось, порыв сильного ветра может унести ее. Потом она опустилась на колени, склонилась и начала свой ритуал. Она говорила про себя, но я слышал ее слова, слова, которые произносят Воздухоплаватели, когда готовятся взлетать. Все союзы теперь объединились в один, у нас нет секретов друг от друга, нет тайн. И когда она молила о милости Провидения и его поддержке, мои молитвы слились с ее молитвами.

Она поднялась и подождала, пока распрямятся ее крылья. Некоторые прохожие с удивлением смотрели на нее, но не потому, что было что-то удивительное в том, чтобы увидеть обнаженную Воздухоплавательницу на улицах Иорсалема, а потому, что солнце светило очень ярко, и ее прозрачные крылья, покрытые лишь слабыми пятнами, были явно ночными крыльями, которые не могли выдержать давление солнечного ветра.

— Я люблю тебя, — мы сказали ей, и наши руки скользнули по ее шелковой коже, лаская ее.

Ее ноздри затрепетали от восторга. Ее маленькие девичьи груди набухли от волнения. Крылья ее теперь полностью раскрылись и переливались на солнце.

— Теперь мы полетим в Эгапт, — пробормотала она, — спасти Мутантов и принять их в наш союз. Томис, ты полетишь со мной?

— Да, я буду с тобой, — сказали мы, и я крепко ухватился за звездные камни и склонился над своими приборами в темной комнате как раз под тем местом, где она стояла. — Мы полетим вместе, Эвлуэла.

— Тогда вверх, — сказала она, и мы сказали: — Вверх!

Крылья ее забились, изгибаясь, чтобы наполниться воздухом, и мы почувствовали, как ей было трудно в первый момент, и мы дали ей необходимую энергию, и она приняла ее у нас через меня, и мы поднялись высоко в небо. Шпили и парапеты Золотого Иорсалема стали маленькими, и город превратился в розовую точку среди зелени гор, и крылья Эвлуэлы быстро понесли ее к западу, туда, где заходило солнце, к земле Эгапта. Ее восторг захватил нас всех: «Смотри, Томис, как прекрасно лететь высоко над Землей. Ты чувствуешь?»

— Я чувствую, — прошептал я. — Прохладный ветер на коже, — ветер в волосах, мы скользим на воздушных потоках, мы летим по инерции, мы парим, Эвлуэла, мы парим!

В Эгапт. К заходящему солнцу.

Мы посмотрели вниз, на сверкающее озеро Медит. Где-то там Земной Мост. К северу — Эйропа. К югу — Африкия. А далеко впереди, за Зеленым Океаном, была моя родина. Когда-нибудь я вернусь туда, когда мы полетим с Эвлуэлой на запад, разнося радостную весть о преобразовании Земли.

С высоты совсем не было видно, что наша Земля завоевана. Можно было видеть только буйство красок земли и моря, а не контрольные пункты Завоевателей.

Этим контрольным пунктам недолго осталось жить. Мы завоюем наших Завоевателей, но не оружием, а любовью нашей. И поскольку Спасение Земли станет таким всепоглощающим, мы с радостью примем в свое сообщество даже тех, кто захватил нашу планету.

— Я знала, что когда-нибудь ты полетишь со мной рядом, Томис, — сказала Эвлуэла.

Стоя в своей темной комнате, я послал еще несколько импульсов энергии ее крыльям.

Она парила над пустыней. Старая Операционная, а теперь Храм Мутантов уже скоро появится на горизонте. Мне было жаль, что придется спуститься. Мне хотелось навсегда остаться в небе с Эвлуэлой.

— Так и будет, Томис! Так и будет! — сказала она мне. — Ничто не может нас разлучить теперь! Ты веришь в это, Томис, да?

— Да, — ответили мы. — Я верю.

И мы направили ее вниз через темнеющее небо.

Теперь Мюллер знал лабиринт совсем хорошо. Он разобрался, где и какие могут быть силки и обманки, предательские западни, страшные ловушки. Он жил здесь уже девять лет. Времени хватило, чтобы смириться с лабиринтом, если не с ситуацией, которая заставила его искать здесь убежище.