Чтение онлайн

– Как же ты ходить-то будешь? Смотри, один ботинок уже потеряла.

– Да плюнь, эти же почти все босые ходят, и ничего, им нравится. – Боцман указал на морские тельца.

– Так ты всерьез хочешь… Она же малявка совсем, да еще и девчонка! – растерялся Карась.

– Ведьма она! Ты что, не понял? Будущая Смотрительница. Уже задала шороху и Ордену, и пиратам, и нам, несмотря на то что малявка совсем, да еще и девчонка, как ты говоришь.

Маша между тем рассматривала место, куда они попали. Огромный грот с каскадом пещер, с кучей ходов, переходов, крохотных пещерок, туннелей, уходящих в неизвестность. Сталактиты и сталагмиты образовывали колонны. Всюду горели огоньки и сновали белые существа, с тележками без колес, с коробками, с камнями в руках. Между ними изредка мелькали искорками алые банданы. На дне грота неподвижно стояла вода, в ней отражались сотни огоньков, но было непонятно, что это, огромная лужа или глубокое озеро. Несмотря на кипучую жизнь вокруг, вода была чистой, ни щепочки, ни тряпочки… Внезапно Маша ощутила сильную тревогу – вода на дне пещеры не нравилась ей категорически. Она даже смотреть больше не хотела в ту сторону, к горлу подкатила тошнота.

– Чуешь? – спросил ее шепотом Карась. – Я один раз это видел. Жуть.

– Помолчи, Карась! – оборвал его Боцман.

В пещере были построены деревянные мостки. Они вели вниз, ими, словно паутиной, были оплетены все стены грота. Боцман, который снова ощутил себя в безопасности, принялся вальяжно спускаться. За ним, подталкиваемый Васей, неохотно поплелся Кирилл. Машу Карась вел за руку, заботливо глядя, куда девочка ступает. По пути им попадались морские тельца. Шустро пробегали мимо, некоторые вежливо здоровались. Кирилл вздрагивал и прижимался к перилам, пропуская их. Да и Маша чувствовала себя не в своей тарелке, вспоминая свою первую встречу с подобным существом в пещерах под кельями Ордена.

– Боцман! – вдруг кто-то окликнул их снизу. Это был Капитан, Маша сразу его узнала. – Ты что ж один? А где папаша?

– Не знаю, Капитан, – ответил Боцман. – Отправил меня с пленными, а сам остался задержать Шамана. Нужно связаться с «Удачей рыбака», узнать, как он там…

– Я бы на твоем месте не беспокоился. Твой папаша против мальчишки – смешно. Но ты можешь позвонить с палубы «Чертовой птицы», там хороший сигнал.

– Спасибо, Капитан, я как раз туда иду. Прошу вас, передайте отмоллюзгам, что мы скоро будем там. И что у нас пленные, готовые к кормлению.

Капитан, расхохотавшись, посторонился, шутливо поклонился ребятам. Их путь пролегал прямо над черной водой посреди грота, и Маша съежилась, стараясь не глядеть вниз. То и дело она проводила рукой по полям шапочки, надеясь получить весточку о том, что Андрей жив, но там было пусто. Нога в ботинке глухо стучала по дощечкам, вторая, босая (колготки сразу же расползлись на пятке), звучно шлепала. «В крайнем случае я сама применю маячок, чтобы смыться в пещеры, если удастся захватить с собой Селедку», – успокаивала себя девочка. Но пока приблизиться к Кириллу ей не удавалось, между ними шел Карась, который к тому же крепко держал ее за руку.

У Маши начала уже кружиться голова от переходов по деревянным мосткам, когда они наконец приблизились к разбитому старинному кораблю. У него не было мачты и руля, нос глубоко застрял в камнях, но сохранились корма, палуба и капитанская каюта. Прямо над головой в потолке грота здесь было круглое отверстие, в котором виднелось голубое небо. В двери мог бы пролезть взрослый человек, если бы сверху кто-то сбросил веревку. Врываясь в нее, завывал ветер. Оглядевшись, Маша заметила другие подобные отверстия в потолке.

Боцман отошел в сторонку и начал крутить ракушку. Маша подошла к краю кормы, глядя на огоньки в пещере и на черную воду внизу. Сзади встал Карась. Он без труда смотрел поверх головы девочки, так как был намного выше ее.

– Что с нами будет? – спросила Маша. – Нас сделают морскими тельцами? А как это?

– Да ну, брось, правда не знаешь, что ли… – Карась оглянулся на Боцмана. А тот бубнил в ракушку:

– Бобчик, там отца моего не видно? С пацаном ушел, ты уверен?

Карась нагнулся к Машиному уху:

– Ты не бойся, маленькая, Боцман своих друзей отмоллюзгам не сдает. Попугает и отпустит. Ты-то просто малявка, а Селедке наука нужна.

– Нет, не отпустит, – покачала головой Маша. – Вот увидишь. Отпусти нас сам, а? Пока не поздно.

– Боцман отличный парень, – неуверенно сказал Карась. – Чтобы он друга отдал отмоллюзгам… Да ни в жизнь! Я лучше знаю, я с ним огонь и воду прошел. Если бы он был на такое способен, я бы сам, лично… Хотя знаешь что, заткнись лучше!

Карась отошел к Боцману, который как раз отвернулся, колдуя над ракушкой. Маша поняла – сейчас или никогда. Она осторожно сняла ботинок, чтобы случайно не переместиться в пещеру одной, подошла к сидящему на палубе Кириллу и потянула его за рукав. Тот поначалу отшатнулся, потом посмотрел на нее и замер. Маша щелкнула левой рукой, но маячок не откликнулся. Девочка внимательно посмотрела на свои руки и увидела, что они обе блестят. Когда Карась тащил ее на плече, она вся перемазалась этим антимагиком…

– Вот я дура! – в отчаянии произнесла девочка и, выпустив руку Кирилла, принялась отчищать липкую пыль с пальцев.

– Бесполезно, антимагик смывается только морской водой, – раздался над ней знакомый голос. Это стоял Виталис. – И ты бы уже должна это знать. Тебе удалось отмыться, пока ты тонула, в прошлый раз? Теперь не удастся. Не успеешь.

– Зачем вы лгали в прошлый раз про пиратов? Вы же с ними заодно! – не выдержала Маша. – А еще вы обещали, что простите мне все, если я выживу.

– В жизни есть такая штука, как дипломатия, – усмехнулся Виталис. – Я пытался тебя утешить перед смертью, а что до пиратов… Мало ли что бывает между друзьями, сегодня пьют за твое здоровье, а завтра – потравили всю компанию. Вот и Боцман, юный пират, решился-таки. Школьная дружба – пережиток детства. Когда взрослеешь, пора кончать со старыми игрушками. Верно, брат?

Боцман покосился в его сторону, но ничего не сказал.

– Погоди, ты отдашь Селедку и девочку им? Да? – всполошился Карась.

– Уже отдал!

Мужчины в плащах взяли ребят под руки и повели вниз, обратно по мосткам. Маша оглянулась на свой ботинок, сиротливо лежащий на палубе. Второй чулок тоже сразу же лопнул, и она шла практически босиком, ойкая на деревянных перекладинах, боясь занозить ногу.

– Ничего, недолго терпеть, – улыбнулся одними губами Виталис. – И идти недалеко. Уже почти все готово.

В пещере все ощутимо переменилось. Исчезли алые банданы, остались только Капитан, Боцман, Карась и еще пара мужчин самого сурового вида. Деревянные мостки заполонили белокожие морские тельца в рваных тельняшках или плащах с изображением Сердцевидки. Они все держались повыше, подальше от воды, хотя на мостках им было до того тесно, что веревочные перила натягивались. Внизу, над водой, был еще один мост, ниже всех, дряхлее всех. На него и ступили Виталис и Маша с Кириллом, поддерживаемые двумя служителями Ордена Великой Сердцевидки.

– Что вы намерены делать? – спросила девочка.

– Когда ты вступила в Орден, тебе рассказывали о великом таинстве, наблюдать которое могут только самые старшие из братьев… Это таинство – кормление Святой Сердцевидки. Вами. С тех пор как мы начали растить Великую Сердцевидку, погрузив ее во тьму, она изменилась: принимает в себя людей, а выпускает наружу морские тельца. И растет с каждой новой жертвой!

– Вы говорили, что она спасет город! – произнесла Маша, съежившись.

– Она ведь растет? Растет. А что до людей, которых изменила… Зато они больше не боятся ни Тьмы, ни Ночных Птиц, ни Черного Часа. Великая Сердцевидка даже возвращает к жизни мертвецов. Здесь собрались бывшие граждане Рогонды – члены Ордена, погибшие пираты, моряки и рыбаки, дети и взрослые. Им не страшна старость, болезни, одиночество, смерть. Они сильны и послушны, никогда не спят и довольствуются сырой рыбой, если им не удается поймать добычу повкуснее. Сухопутные акулы и послушные рабы. И вы станете такими же. Тьма наш друг! Тьма создала Великую Сердцевидку! А Ночные Птицы Рогонды уничтожают Тьму, вот почему мы боремся с ними и заставляем жителей города поверить в то, что Птицы их враги. Но хватит слов! Кормление Великой Сердцевидки начинается!