Чтение онлайн

Это был большой гражданский подвиг! Во Львове, ваполненном панской полицией, дефензивой, тремя митрополиями Ватикана, «вшивыми мессиями» из бывших петлюровских сотников, сказать открыто такое! Замахнуться на святая святых униатства, на брата первого военного министра Польши Станислава Шептицкого, на обожествляемого националистами и клерикалами князя церкви Андрея!

Галан ясно видел, что в первом ряду сил, мешающих освобождению Западной Украины и воссоединению галичан и волынян с их братьями над Днепром, всегда была церковь. Она верно служила габсбургам в австро-венгерские времена, потом Пилсудскому и, наконец, Гитлеру. Церковь принижала достоинство человека, закабаляла его разум, отвлекала от активной борьбы за земные права. И Ярослав Галан с молодых лет пошел в атаку на этот оплот мракобесия. Миллионы читателей знают блестящие антиклерикальные памфлеты Галана, и нет нужды перечислять их.

Соратник Ярослава Галана по журналу «Впсна», публиковавший на его страницах свои рисунки под псевдонимом «И. Крат», а сейчас главный художник Государственного польского театра в Варшаве, Отто Аксер сообщил любопытную подробность о молодых годах Галана: «Еще когда мы с ним учились в Вене, в 1924—1925 годах, он подолгу работал в венских архивах и разыскал там документ какого-то известного иезуита XVII века, разоблачающий захватническую политику Ватикана. Это была очень интересная находка. О существовании этого документа до того времени не знали деятели конгрегации Ватикана, а узнав, заволновались. Тогда же Галан изучал в венских архивах и другие антиклерикальные документы о Польше и Гуси. Опираясь на эти материалы, Галан прочитал в Перемышле серию публичных лекций о Генрихе Сенкевиче и Богдане Хмельницком. Любя и ценя Генриха Сенкевича как талантливого писателя, он вместе с тем воевал с его националистической историографией, доказывал, что Сенкевич пытался извратить прогрессивную роль Богдана Хмельницкого. Вот из-за этих-то лекций однажды Галан две недели не ночевал дома, прятался, потому что его хотели подстеречь эндецко-клерикальные боевики и убить».

Таким образом, еще когда Галану было всего двадцать четыре года, наемные убийцы из лагеря слуг тьмы примерялись, как бы оборвать его жизнь.

Вскоре после освобождения Львова Советской Армией в «большую охоту» на Галана включается опытный террорист из организации украинских националистов, сын греко-католического священника, заядлый католик Роман Щепанский, по кличке Буй-Тур. С 1941 года Щепанский находился на нелегальном положении: он лично убил председателя колхоза в селе Пикуловичи, Новоярычевского района, Михаила Барабаша, уполномоченного министерства заготовок в селе Борщовичи Харитона Герасимовича, участников группы общественного порядка в селе Малехов, Брюховичского района, Василия Волошина, Иосифа Савку, Владимира Волошина, старшего лейтенанта Черноризова и других советских людей. Этот попович-националист был частым гостем в парафии (Парафия — приход) в пригородном селе Сороки Львовские, у прожженного иезуита священника Дениса Лукашевича.

В конце двадцатых годов Денис, или Дионисий Марк Лукашевич, тогда еще совсем молодой богослов, познакомился с будущим вождем националистических банд Степаном Бандерой. Бандера приезжал на каникулы к своему отцу, священнику Андрею Бандере, который жил в Старом Угринове, на Ка-лушчине. А неподалеку, в селе Вистова, правил службу молодой тогда еще священник Денис Лукашевич. Оба поповича знакомятся и устанавливают полное единодушие взглядов. Бандера вскоре становится террористом, а Денис Лукашевич продолжает проповедовать слово божье, оставаясь в душе таким же националистом, как и его светский сообщник — недоучившийся студент Львовской политехники.

Проходят годы. В семье Дениса Лукашевича появляются сыновья, и среди них будущий убийца Галана, Илларий. Вместе со своими братьями — Александром и Мироном он учится сперва в подвластной митрополиту Шептицкому Львовской духовной семинарии. Священник Денис Лукашевич всеми фибрами души ненавидит Советскую власть, однако не брезгует воспользоваться правом на образование и посылает своих сыновей после прихода Советской Армии бесплатно учиться во Львов.

В 1946 году Роман Щепанский принимает у себя, в Новоярычевском районе, Львовской области, тогдашнего командира округа «Буг — УПА» — «украинской повстанческой армии», как называли себя участники националистического, антисоветского подполья. Этот бандитский вожак, по кличке Вороной, в беседе с Щепанским высказывает мысль, что надо ликвидировать таких общественных деятелей, как Ярослав Галан, журналист Кузьма Пелехатый, академик Михаил Возняк, и других.

Вороной непосредственно предложил начальнику Щепанского Дмитру Кондюху, по кличке Роман, чтобы тот вместе с Щепанским установил во Львове адреса Ярослава Галана и Кузьмы Пелехатого. Было дано задание выяснить, где они работают, в какое время возвращаются с работы домой, куда ходят в гости, есть ли у их квартир охрана. Тогда же Вороной подобрал кандидата для совершения убийства видного общественного деятеля — журналиста, будущего председателя Львовского облисполкома Кузьмы Пелехатого. Им оказался сын греко-католического священника из села Борщовичи националист Богдан Ощипко. Только случайность помешала ему убить Пелехатого.

В новогоднюю ночь 1948 года бандиты Роман Щепанский — Буй-Тур, кустовой Хмара и боевик, охраняющий Щепанского, по кличке Зенко укрываются в доме Дениса Лукашевича. Здесь в беседе то и дело называются имена — Ярослав Галан, Кузьма Пелехатый, а также Гавриил Костельник. Последнего, протопресвитера и организатора разрыва унии с Ватиканом, в сентябре 1948 года при выходе из церкви настигает пуля бандеровского террориста.

«В 1949 году,— заявил на следствии Щепанский,— в квартире Евгении Черной... которая поддерживала связь с Романом, я встречался с Илларием Лукашевичем, где мы обсуждали вопрос об убийстве писа-теля-публициста Ярослава Галана. Там же присутствовал монах ордена редемптористов. Игумен монастыря в это время уже уехал в Бельгию...»

У неискушенного читателя может возникнуть вопрос: каким образом на этом сговоре убийц присутствовал монах того самого бельгийского ордена католических миссионеров, братья которого появляются и поныне в странах Азии и Африки, принимая участие во многих провокациях, направленных против освобождения народов от ига колониализма?

Монахи-редемптористы, эти иностранные мастера сыска в душах, были приглашены в Западную Украину еще митрополитом Андреем Шептицким перед первой мировой войной, а к моменту освобождения Львова войсками Советской Армии уже имели свои монастыри в Ковеле, Тернополе, Станиславе и в селе Збоиски, под Львовом, откуда рекрутировались участники убийства Галана...

Весной 1949 года Илларий Лукашевич тайно сфотографировал по заданию Щепанского дом № 18 по Гвардейской улице Львова, где жил Ярослав Галан. А уже в июне или в июле того же года, как показал Буй-Тур — Щепанский, «бандитский руководитель Демьян, повидавшись со мной, попросил организовать ему встречу с Илларием Лукашевичем, так как Демьяну надобно было знать все сведения, которые добыл Лукашевич о Галане. Такая встреча состоялась в доме жителя села Сороки Львовские Теодора Кривак (ревностного прихожанина церкви Богоявления господнего, в которой правил службы отец бу« дущего убийцы— Денис Лукашевич.— В. Б.).

Кроме Демьяна и Иллария Лукашевича на этой встрече присутствовали еще сам Щепанский и бандит по кличке Орест. «Лукашевич,— свидетельствовал далее Буй-Тур,— сообщил нам все добытые им сведения и заявил, что как студент, желающий пере* вестись с одного факультета на другой, он посетил квартиру Галана, беседовал с ним лично, видел расположение его квартиры и установил также, что кроме Галана в его квартире проживают жена Галана, мать ее и домработница...»

Можно предположить, что Ярослав Галан, очень чуткий и внимательный человек, заметил натянутость и неестественность поведения заползшего к нему в дом иезуитского лазутчика. Но закрыть дверь перед ним, отказать ему в помощи, даже зная, что уже давно враги угрожают ему, Галан не мог. Это не позволяло ему сделать и чувство личного достоинства советского писателя-коммуниста, и удивительная отзывчивость на всякую просьбу простого человека, особенно местного, не знающего еще существа советского строя, и его положение депутата горсовета, призванного откликаться на каждую просьбу избирателя.

Этими-то качествами Галана, его глубокой гуманностью, человеколюбием подло и цинично воспользовались националисты, воспитанные в духе христианской морали и иезуитства, двурушники с топорами убийц, прижатыми к груди, на которой болтались нательные крестики.

Страшно читать циничные показания Щепанского, которые с предельной точностью характеризуют ту клерикальную среду, в которой были воспитаны и благословлены Ватиканом убийцы писателя.

«Все сведения о Галане были записаны Демьяном. Со слов Лукашевича Демьян начертил план расположения квартиры Галана. На другой встрече в разговоре с Лукашевичем Демьян сообщил, что писателя Ярослава Галана мы, участники подполья украинских националистов, намереваемся убить за то, что он в своих произведениях враждебно относится к украинским националистам, разоблачает их перед народом, требовал выдачи Степана Бандеры и суда над ним на Нюрнбергском процессе. Здесь же Демьян объяснил Лукашевичу, что Галана нужно убрать и 8а то, что он в своих сатирических рассказах высмеивал греко-католическую веру, Ватикан и разоблачал связь Ватикана с империалистическими разведками. После таких разговоров Демьян предложил Лукашевичу посетить Галана еще раз, чтобы лучше изучить расположение квартиры Галана. Лукашевич согласился выполнить и это задание... Примерно через месяц после этого Лукашевич передал мне через Ореста точный план расположения квартиры Галана в письменном виде, сообщил сведения о каждом члене семьи Галана. Данный план и сведения о Галане я направил по оуновской линии связи Демьяну, который в письменном виде сообщил мне, что террористический акт над Галаном надо будет совершить в скором времени и что для его организации ко мне придет референт «службы безопасности» (бандеров-ское гестапо.— В. Б.) Рава-Русского окружного провода ОУН Черный, он же Гроза. В начале октября 1949 года Черный явился ко мне и в присутствии Ореста предложил мне найти террориста, который бы вместе с Лукашевичем пошел на квартиру Ярослава Галана и убил его...