Ночные стрекозлы
Шрифт:
– А если найдем? – посмотрела я на нее с хитрым ленинским прищуром.
– Где?
– Да хоть бы и у Славы.
Слава это наш очень хороший, прямо таки замечательный знакомец со своей концертной программой в гей-клубе «Водолей». Таисия призадумалась. Пока она размышляла, я допила кофе и захотела домой. Предстояло еще решить весьма существенную проблему: на кого оставлять Лаврентия, если мы всем составом настропалились в тыл к врагу.
– А что, в принципе, мысль не так уж и плоха, – наконец изрекла подруга. – Надеюсь, Влад согласиться переодеваться в женские тряпки.
– Он ведь сам предлагал пойти с нами.
– Да, но не в платье и не на каблуках.
– Этот вопрос я урегулирую. Идем, а? Надо Славе позвонить и решить с кем оставлять Лаврентия.
Расплатившись за себя и за всех дезертировавших, мы стартовали в направлении дома.
В квартире застали пасторально-идиллическую картину: повязав кухонное полотенце вместо передника, Влад готовил ужин, а у окна похрапывал сытый и довольный Лаврик.
– Привет гениям детективного дела, – приветствовал нас повар-кулинар. – А я решил макарончиков по-флотски замутить, это одно из немногих блюд, которые я не могу испортить еще в начальной стадии приготовления.
– Макарончики это хорошо, – я выдворила Лавруху из кухни, чтобы ему невзначай не наступили на лапы или хвост. – Значит так, Владик, поговорили мы с работодателем, нас берут.
– Вот как? – не оборачиваясь, Влад мешал фарш на сковородке, на соседней конфорке булькали в кастрюле макароны. – Поздравляю.
– И берут не только нам, – вкрадчиво произнесла Тая. – Мы и насчет тебя договорились.
– Правда? – оживился Влад. – Как здорово! И кем я буду работать?
– Посудомойкой.
– Да? Ну, ладно, надеюсь, дадут какой-нибудь фартук. Что-то, а уж особых навыков для мытья посуды не требуется.
Мы с подругой переглянулись.
– Это еще не все, – вздохнула я, подходя к самому главному известию, – им нужна посудомойка женского пола, и мы сказали, что она у нас есть.
– Да? И кто же? – отчаянно тупил Влад.
– Ты.
– Это как? – отложив лопатку, Влад обернулся и уставился на нас. – Что-то я не совсем понимаю…
– Слушай внимательно, объясняем только один раз, – сказала Тая. – Мы нарядим тебя в женскую одежду и ты пойдешь с нами посудомойничать и звать тебя будут Владиславой. Я доступно объяснила?
– Да вы что? – неуверенно улыбнулся Влад. – Вы серьезно?
– Серьезней некуда, – кивнула я. – Сейчас буду звонить Славе, помнишь Славу из клуба для гомосексуалистов? Может он выручит париком, платьем и обувью.
– Нет, вы правда не шутите? – все никак не мог поверить своим ушам Влад. – Вы на полном серьезе все это говорите?
– Да, ты уж прости, так получилось, – виноватилась я. – Кто ж знал, что им исключительно женский обслуживающий персонал подавай. Но ты не беспокойся, мы тебя так загримируем, никто даже не заподозрит, что ты мужчина.
– У меня просто нет слов…
– И еще у тебя подгорает фарш, – заметила Тая. – Сенчик, неси записнуху, будем искать Славочкин телефон.
Записнуху я отыскала в два счета. По времени представление в «Водолее» еще не началось, поэтому был шанс пообщаться. Накрутив его номер, я ободряюще подмигнула находящемуся в стрессовом состоянии Владу.
– Да, слушаю, – раздался хорошо знакомый Славочкин голос.
– Слав, привет, это Сена, – радостно затарахтела я. – Ты меня еще помнишь?
– О, Сенчик, привет, конечно помню. Опять что-то случилось?
Как бы это ни было подло, но к Славе мы действительно обращались только тогда, когда обстоятельства всерьез прищучивали.
– Да, Слав, ты уж прости, но нам снова и срочно требуется твоя помощь.
– Слушаю, чем смогу – помогу.
– Ты помнишь Влада? Такой высокий симпатичный молодой человек в очках, он приезжал за нами в «Водолей».
– Да, да, да, помню.
– Ты можешь сделать его женщиной? – ляпнула я, и Владик едва не бросился на меня, желая надавать по лбу деревянной кухонной лопаткой, благо Тая во время перехватила будущую Владиславу и предотвратила побоище.
– Да без проблем, – развеселился Слава, и до меня, наконец, дошло, чего я сморозила.
– Ой, ты меня не так понял! Нам нужно загримировать его под женщину: платье, парик, туфли, так чтобы никто не догадался, что Влад мужского пола. Это реально?
– Вполне. Когда нужно?
– Вообще-то сегодня, завтра в девять утра он уже должен быть женщиной… то есть я хотела сказать, он должен выглядеть соответствующим образом.
– Понятно, – отчего-то продолжал сильно веселиться Слава. – Пусть подъезжает в клуб к половине двенадцатого, программа заканчивается в полночь, но я уже буду свободен. Охранника предупрежу, пускай скажет, что пришел ко мне, мне передадут, я к нему выйду. Сейчас пойду, посмотрю, что у нас там с платьями. Какой у него рост?
– Влад, какой у тебя рост?
– Метр восемьдесят пять! – отрезал красный от злости Владик.
Я передала информацию Славе.
– Ага, а размер обуви?
Я быстренько выяснила и это:
– Сорок три с половиной – сорок четыре.
– Понял, иду смотреть, что у нас имеется. Вам куда если что перезвонить?
– У тебя домашний мой определился?
– Да, а Таин мобильник у меня есть, он не изменился?
– Нет, прежний.
– Отлично. Значит, жду вашего Влада к половине двенадцатого.
– Славочка, ты чудо! Огромнейшее тебе спасибо!
– Да не за что, – рассмеялся Слава. – Вы ведь тоже меня выручали.
Это да, мы с Таисией умудрились как-то заменить заболевших артистов и выступили на сцене гей-клуба в Славином шоу.
Распрощавшись, расстались близкими друзьями.
– Значит так, Влад, – к счастью, он стоял к нам спиной, вываливая макароны в сковороду с фаршем, и я не видела выражения его лица, – сегодня в половине двенадцатого Слава ждет тебя в «Водолее», он подберет тебе обувь, одежду…
– И сделает меня женщиной, да?!
– Тише, не кричи, ну подумаешь, немного не так выразилась…
– Ничего себе не так она выразилась! – не желал успокаиваться Владик. – А еще друг называется!
– Владик, ну прекрати, – изо всех сил раскаивалась я, – ну, ляпнула, не подумавши, с кем не бывает. Ты бы начинал потихонечку собираться, а?
– Никуда я не поеду! Да, я предлагал идти с вами, но меня никто не предупредил, что для этого мне нужно становиться сначала женщиной, а затем женщиной посудомойкой!