Чтение онлайн

С удовольствием замечает Вохуш тоску в наглых глазах проректора. Оба знают, что присылка проверочной комиссии ЦК ничего хорошего проректору не сулит. Теперь он запуган, и надо давать обратный ход: а то он сейчас побежит к своим дружкам и покровителям, а в действительности ведь никакой комиссии не предполагается.

– Но мы тут, Василий Степанович, думаем, что без комиссии можно обойтись,- успокоительно произносит Вохуш.- У меня сложилось мнение, что все это не вина студотдела – это результат недостаточной партийности в работе ректората.- И, переходя вдруг на «ты», доверительно говорит: – Там ведь, кроме тебя, никого же нету из аппарата; и ректор, и остальные проректоры – специалисты. А одному тебе трудно, надо, чтобы была поддержка.

Тоска в глазах проректора исчезает, но смотрят они уже не с обычной наглостью, а с благодарностью. Теперь сказать!

– Если университет обратится через министерство в Центральный Комитет с просьбой выделить человека из аппарата на должность проректора, думаю, что просьба будет удовлетворена. Тогда у тебя будет крепче поддержка в ректорате и отпадет вопрос о комиссии.

– Это правильное, партийное решение,- басит успокаивающийся проректор.- Это давно бы пора сделать, Денис Иванович. Я прошляпил, что не поставил этого вопроса. С парткомом я его согласую легко, а вот не станет ли возражать ректор?

– С ректором поговорим,- мягко отвечает Вохуш.- Он поймет необходимость. Зачем.ему комиссия?

Вохуш знает: сейчас лысый думает, что и правда, комиссия ЦК в своих выводах не обойдет ведь ректора как ответственного за всю работу в университете.

Долго и крепко пожав Вохушу руку, проректор уходит. Конечно, верить этому пролазе нельзя, но не рискнет он бегать по знакомым и проверять слова Вохуша: не станет связываться с аппаратом ЦК, хотя и боится, конечно, как бы новый проректор его не заменил.

Теперь с ректором. Вохуш звонит по «вертушке» и снова дружественно любезен:

– Тут у меня, как вы знаете, был ваш зам. У нас с ним был серьезный разговор о некоторых недостатках в воспитательной работе его отдела со студентами. О содержании разговора он вам, видимо, сам доложит. Мы в секторе думаем, что нет надобности посылать проверочную комиссию в университет (ректор радостно соглашается) – при условии, что Василий Степанович сосредоточится на своем отделе, а мы могли бы вам – если попросите – рекомендовать, возможно, кого-либо из наших товарищей в качестве еще одного проректора. У вас ведь вакансия есть, Если вы считаете это целесообразным, то я посоветую внести такой вопрос через министерство в Центральный Комитет. Думаю, что он будет решен положительно, и тогда вопрос о проверочной комиссии полностью отпадет.

Ректор тотчас же соглашается и тоже благодарит. А что ему еще делать?

Теперь надо идти к первому заму, подготовить почву. А то вдруг все-таки и побежит к нему лысый, а первый зам ничего не знает-и тогда скандал! Вот всегда так: больше всего надо опасаться тех, кто поработал в аппарате, своих же.

Время у Вохуша точно рассчитано: в конце рабочего дня первый зам легко доступен, сам любит в этот час поговорить с завсекторами. Денис Иванович снимает трубку «вертушки» и неторопливо, сосредоточиваясь, набирает номер Первого:

– Вохуш беспокоит вас, Иван Петрович. Разрешите зайти на пару минут?

Снова коридор и розовая ковровая дорожка. В большой приемной (хотя поменьше, чем у завотделом,- ранг не тот) Вохуш еще раз ласково кланяется пожилой секретарше с внимательным взглядом. Вот изменилась женщина, постарела, а взгляд сохранился: в войну, молодой дивчиной, была снайпером, на ее личном боевом счету 209 фрицев. Хороший, душевный товарищ.

Первый зам сидит в глубине кабинета за своим полированным столом, под настольным стеклом распластан лист с телефонами ЦК. Энергично вскидывает голову:

– С чем пришел? – и указывает рукой на стул.

Вохуш садится – непринужденно, но с уважением. Он знает: Первый все замечает. Со слегка озабоченным видом (не переигрывать!) он начинает:

– Иван Петрович, беспокоит меня обстановка в университете дружбы народов. Вот сейчас беседовал с проректором по студработе: разболтались студенты…

– Что-нибудь политическое? – вскидывает глаза Первый.

– Да нет, Иван Петрович, быт (Первый успокаивается). Но ведь и быт – тоже политика (Первый настораживается). Так вот они там считают, что надо укрепить партийно их ректорат. Мне ректор сообщил, что они собираются входить через министерство в ЦК с просьбой выделить на вакантную должность проректора по общественным наукам кого-либо из наших сотрудников.

– А ты что сказал? – сразу спрашивает Первый.

Этого Вохуш ожидал и отвечает заранее продуманной формулировкой:

– Что я мог сказать, Иван Петрович? Сказал, что, если считают нужным, пусть входят в ЦК, вопрос будет рассмотрен.

Теперь покрыты все его разговоры с ректором и проректором: он им и в самом деле формально больше ничего не сообщил, все остальное – так, их субъективные впечатления.

– Кого же? – интересуется Первый и полушутливо: – Ты не собой ли собрался укрепить университет?

По скандализованному выражению лица Вохуша Первый понимает, что ошибся. Тут же успокаивает встревоженного Дениса Ивановича:

– Это я шучу, тебя не отпустим (блаженное спокойствие разливается по всему существу Вохуша). Но предложение-то у тебя есть?

– Я вопрос еще не прорабатывал,- скромно говорит Вохуш.- Хотел узнать сначала ваше мнение в принципе.

– Ну, а твое мнение? – в упор спрашивает Первый.

Так, теперь надо его спровоцировать.

– Я полагаю, Иван Петрович, что можно бы в смежных с моим секторах подобрать подходящего кандидата…

Энергичный взгляд Первого становится жестче:

– Ишь какой хитрый; в смежных! А что же из своего сектора не предлагаешь? Что – у тебя подходящих людей нет?

Клюнул! Теперь сопротивляться и темнить.

– Так у меня же в секторе работы невозможно много, Иван Петрович, не могу же я еще отдавать людей!

Первый едко:

– А другие могут? Рекомендуй из своего сектора – я поддержу.

Теперь выкладывать карты.

– Да ведь проректор университета – место докторское, а у меня среди сотрудников сектора только один доктор наук – Шабанов. Не его же отдавать!

– А почему не его? Конечно Шабанов – парень способный. Но ведь и там нужны способные. Проректор – значит, получит звание профессора. Университет важный: гляди, в члены-корреспонденты Академии наук выйдет. Как придет бумага из министерства в ЦК, побеседуй с ним – и направим.

– Да вы же меня без ножа режете, Иван Петрович! – взывает с возможно более достоверным унынием в голосе Вохуш.- Шабанова отдам, а кто вместо него?

– Подыщешь,- успокаивает Первый и, пока Вохуш с убитым видом качает головой, говорит: – Так, это дело заметано. Еще у тебя что?