Номер для рыжей и фехтовальщика
Шрифт:
— Спасибо, — сказал Орс-старший и бросил взгляд на улицу. — Какой красивый отсюда вид! Спасибо, что выделили нам такой номер.
Вид из окна открывался на город со всеми его архитектурными особенностями. Здесь и вправду было, на что посмотреть, что оценить и чем полюбоваться. Рут к окну не подходила, но ей это было ни к чему. Отель она знала как свои пять пальцев.
— А как Вас зовут, мисс? — спросил Алан. Его виды из окна, кажется, интересовали мало.
— Рут, просто Рут, — ответила рыжая. — Рада, что вам все нравится. Приятного отдыха. А я оставлю вас.
Она переступила через порог, а Алан словно вызвался проводить ее. Когда Рут уже была в коридоре и собиралась отправиться в сторону лестницы, Алан не поторопился закрыть дверь изнутри.
— Рут, — позвал он девушку. Она тут же обернулась и вопросительно посмотрела на молодого человека. — А у вас все администраторы такие симпатичные?
В этот раз Рут решила не смущаться. Первое волнение уже прошло.
— Все, — кивнула она. — Но рискну предположить, что я самая симпатичная.
Не слишком ли для разговора с постояльцем? Уж не на флирт ли она решилась? Мама Рут тут же прочитала бы дочери целую лекцию о правилах приличия в отеле и важности соблюдения его репутации. Но в коридоре больше никого не было, доложить о случившемся никто бы не смог.
— Алан! — послышался из номера голос старшего из Орсов.
— Я сейчас, отец, — ответил Алан и повернулся обратно к Рут. — Я почти уверен, что вечером у меня появятся вопросы по проживанию. Что скажете?
— Скажу, что задать их нужно будет непременно до девяти, — смена Рут обычно длилась двенадцать часов. — Иначе отвечать на эти вопросы придется какому-то другому администратору.
— На такой риск я пойти не могу, — рассмеялся Алан. — Тогда до вечера!
Глава 2
День проходил самым обычным образом. В лобби отеля то и дело появлялись постояльцы. Они устраивались на диванах, чтобы почитать или поговорить друг с другом, уходили по своим делам и возвращались обратно. Рут неизменно улыбалась всем, даже если некоторые из них ей были совершенно не симпатичны.
А такое бывало. Ну кому, к примеру, могла приглянуться женщина, постоянно критикующая все вокруг? То картины висят неправильно, то путеводители рассказывают со всем не о том, то встреченный ею садовник посмотрел на нее как-то не так. В ее молодости все было иначе.
Рут с такими людьми просто соглашалась. Так они уходили подальше от нее намного быстрее.
Орсы, как и другие постояльцы, уходили куда-то по делам. Наверное, смотрели дом, беседовали с юристами и решали прочие важные вопросы. Покупка дома — дело серьезное, требующее времени и внимания.
Рут бы тоже не отказалась взглянуть на потенциальное пристанище своего кумира. Наверняка это было большое солидное поместье с просторными комнатами и приятным садом, где все деревья высаживались бы строго в ряд.
Сама Рут ютилась в небольшой комнате в доме своей матери, которая все силы бросала на работу и процветание гостиницы, а потому не особо переживала о том, где живет. Разумеется, в доме было уютно, но назвать его семейным гнездом у Рут бы язык не повернулся.
День уже сменялся вечером, солнце клонилось к горизонту, и за окном темнело. Рут взглянула на часы и нахмурилась. Орсы до сих пор не возвратились. Неужели они решили добраться до отеля поздно и не дать возможности бедной девушке за стойкой пообщаться с восходящей звездой спорта? Перспектива не радовала.
Однако переживания оказались напрасными. Орсы вернулись около семи вечера, после чего поднялись к себе в номер, а через некоторое время Орс-младший появился на первом этаже.
Алан улыбался. Его улыбка не отличалась открытостью. В ней было что-то загадочное. Мужчина будто скрывал какой-то секрет, который так и хотелось разгадать.
— Как дела? — спросил он, облокотился о стойку и с интересом посмотрел на Рут.
— Я бы сказала, что лучше не бывает, — ответила Рут, делая вид, что не ждала этой встречи с самого утра. — Но вдруг все-таки бывает… Скажу, что просто хорошо. А у Вас?
— Мои дела будут намного лучше, если ты перестанешь мне выкать, — Алан посмотрел на Рут более выразительным взглядом.
Даже при условии, что Алан был старше Рут не на ужасающее количество лет, обращаться к постояльцам на «ты» работникам отеля запрещалось, поэтому просьба молодого человека звучало немного неподобающе.
— Только после того, как часы пробьют девять, — с хитринкой во взгляде сообщила Рут.
— Какая ты непреклонная!
— Что поделать? — пожала плечами Рут. — Профессия обязывает.
— Ох уж эти обязательства… — фыркнул Алан и разочарованно покачал головой. — А что, если разок нарушить правила?
— Легко Вам говорить, — Рут разложила на стойке программы с интересными событиями, которые должны были произойти в городе, но на стул обратно не села. Ей попросту не сиделось, когда беседа складывалась таким вот образом. — В вашем деле рамок гораздо меньше.
— Ты шутишь? — собеседник возмутился. — Фехтование — это одни сплошные рамки. Сам бой ограничен правилами и нормами. А жизнь вне поединков подчиняется такому количеству условностей, что и сосчитать страшно. То нельзя, это нельзя. Строгие тренировки, которые нельзя забрасывать, постоянная езда по соревнованиям, необходимость придерживаться определенного образа жизни.
— Правда?
— Правда, — мужчина кивнул. Он успел оценить фигуру Рут. Его взгляд остановился на тонкой талии девушки. От Рут такое внимание не укрылось.
— А я думала, что людям, которые много чего добились, можно все, — сказала она и все же присела на край стола, расположенного чуть ниже стойки со стороны администратора.
— Расхожее заблуждение, — вздохнул Алан, отслеживая движения девушки. — Я мог бы многое рассказать, но вряд ли фехтование тебе интересно.
— Я обожаю фехтование! — глаза Рут заблестели. Говорить о чем-то, что очень любишь, с кем-то, кто любит это не меньше… Мечта. — С самого детства. У меня никогда не было шпаги, но я пробовала драться с друзьями на палках!
— Вот как!
— Да! — Рут уже было не остановить. Она говорила с воодушевлением и ноткой грусти. — Я бы пошла куда-нибудь заниматься фехтованием более серьезно, но Вы же знаете… Девушек не воспринимают всерьез. Мужчинам кажется, что слабый пол не способен составить им конкуренцию, а потому никто не хочет тратить время на обучение девушек.
Несколько секунд в лобби царило молчание.
— Дай-ка мне свою руку, — вдруг сказал Алан и протянул Рут ладонь.
— Зачем?
— Давай, — не отступал мужчина. — Проверим, смогла бы ты заниматься фехтованием или нет.