Чтение онлайн

Статсон раздраженно прошипел в сторону оборотня:

— Что за проходной двор, ты не закрыл дверь!

— В Лоусоне никто бы и не подумал прерывать допрос, — попытался оправдаться Якоб Брош, — тут совершенно непуганые горожане, слышал бы, что за чушь они несут, со всякой ерундой половина города набежало.

Но их недовольство не смутило заглянувшую в допросную маму Мигеля, ведь это была она.

— Я могу узнать, почему задержан мой сын? — спросила она строго.

Между дверным проемом и ее фигурой протиснулась Милена и бросилась к Мигелю.

Маг закатил глаза и показал знаками вампиру, чтобы он всех вывел.

Я не заставила себя упрашивать и прошла мимо посторонившейся оборотницы.

По тому как она снова загородила проход, когда я вышла, мне стало понятно, что просто так следователи от нее не отделаются. Больше мне здесь делать было нечего. Сами разберутся.

Около дома меня ждал Рафаэль Техански, маг-смотритель артефакторных фонарей.

«Интересно, я сегодня попаду домой?» — устало пришла мысль в голову.

— Привет, есть разговор, — он как всегда был одет с иголочки, серый сюртук со вставками и выглаженная свежая рубашка молочного цвета прекрасно гармонировали с узкими темно-синими брюками.

Мы прошли во двор и присели на лавочку.

Рафаэль взял меня за руку, а я не стала ее отдергивать. Сейчас, после всех нападок, я была внутренне ослаблена и нуждалась в дружеской поддержке.

— Я только что разговаривал со своими родителями, — мягко сообщил мне Рафаэль, — и они согласились, что ты можешь стать моей невестой.

У меня брови поползли вверх. Рафаэль из приличной состоятельной семьи магов. Многие девчонки находили его привлекательным. Но он все не спешил, выбирал. И тут такое заявление. Неожиданно.

— Впервые слышу, чтобы моя кандидатура рассматривалась на роль невесты, — осторожно начала я.

Рафаэль не дал мне закончить мысль, продолжив:

— Это потому что я не мог оказывать тебе знаков внимания, зная, что это ни к чему не приведет. Но сейчас родители, наконец, согласились, и я рад, что могу…

Теперь уже его перебила я:

— В смысле сейчас? У меня папа сегодня погиб! — мне все больше стало казаться, что вокруг происходит какой-то сюрреализм.

— Вот именно! — подхватил уверенно новоявленный жених, — моя мама встретила на рынке жену хозяина лавки, где работал твой отец и узнала, что они практически были компаньонами. Представляешь, что сейчас начнется, когда всем станет известно, что ты не бесприданница? Поэтому я не стал тянуть. А то какой-нибудь ушлый проходимец может воспользоваться твоим горем, я не мог так рисковать и ждать.

Я вытаращила глаза, изумляясь, как образованный человек может нести такую чушь, при этом не скрывая, что именно от меня требуется.

— Вас дезинформировали, — сообщила я, выдернув руку из его ладони и вскочив с лавочки, — нет у нас никакого состояния!

Рафаэль вскочил следом за мной.

— Мне все-равно! — выкрикнул он, покосившись на окна нашего дома и удостоверившись, что за нами не наблюдают любопытные глаза, продолжил:

— Но это важно для моих родителей! Они хотят достойную невестку. «Если бы у нее хотя бы магия была!», — передразнил он слова родителей, — но сейчас они готовы принять тебя в семью, возможно то, что у тебя практически нет дара и не повлияет на наших детей.

Я смотрела на него и не понимала, как можно быть таким твердолобым, он действительно, думает, что я соглашусь на такое странное предложение замужества? Чтобы потом всю оставшуюся жизнь доказывать его родителям, что они не ошиблись в выборе? Серьезно?

— Мы прямо сейчас можем подписать договор, и когда тебе исполнится восемнадцать, поженимся, — посвящал он меня в детали выработанного плана, — или раньше, если ты забеременеешь, — засмущался Рафаэль и отвел глаза.

Я выдохнула, чтобы не сорваться и не наговорить лишнего, парень был не виноват в наличии таких родичей, годами они втирали ему свое понятие правильной жизни.

— Я не знаю, что ты себе нафантазировал, — заявила, — но я никогда не рассматривала тебя в роли своего молодого человека. Забудь об этом! — я отвернулась и зашагала прочь.

Ночью мне приснилось, что мы сидим рядом с магом Статсоном как самые лучшие друзья. Было ощущение счастья, мы с ним над чем-то смеялись и я, наклонившись, вдыхала его неповторимый запах, радуясь тому, что могу вот так спокойно это делать. Он повернул голову ко мне и его лицо оказалось так близко, что я затрепетала в предвкушении.

Меня разбудил шум трещавшего масла на сковороде.

Мне никогда не снились такие светлые сны, обычно я спала очень крепко, без сновидений. И я даже застонала, что звуки реальности выдернули меня из такого приятного состояния.

«Интересно», — еще в полудреме подумала я, — «если я поинтересуюсь какими духами он пользуется, это будет нормально?»

Я вышла на кухню заспанная, в одной ночной сорочке.

Как будто это было обычное утро, когда мама провожала меня в школу, а отца на работу. Только сегодня идти в школу я не планировала.

— Мам, ты как себя чувствуешь? — поинтересовалась я, наблюдая за тем как она суетится, готовя завтрак, только на столе теперь стояли всего две тарелки.

— Все будет хорошо, — заявила она, выкладывая со сковороды яичницу, как ни в чем ни бывало, — только мне теперь придется искать работу, ну это ничего страшного, справимся.

— Мама, у меня к тебе столько вопросов, — покачала я головой в изумлении, не зная, как реагировать на ее поведение, только вчера у нее был передоз, а сегодня она уже порхает и строит планы.

Ко мне в голову закралось подозрение и я, предупредив, что сейчас вернусь, побежала в комнату. Мое опасение не подтвердилось, мамины таблетки лежали нетронутые там, где я их оставила.

Нужно все-таки сходить в библиотеку и почитать про них, чтобы зря не волноваться.

Я переоделась, привела себя в порядок и вернулась.

— Так, давай рассказывай, что там за история с артефакторным факультетом у Шейлы.

Мама хотела знать, откуда у меня сведения, о которых моя сестра велела никому не распространяться. Дословно: «чтобы ни одна шавка в городе не знала».

Шейла проучившись пару лет на лекаря, поняла, что ей этого мало и она хочет участвовать в разработке медицинских артефактов. Несмотря на ее успехи в обучении, в переводе на другой факультет ей отказали, аргументировав тем, что у Шейлы нет магии для обучения в этом направлении.

Но Шейла никогда не знала слова «нет», она потребовала, чтобы родители оплатили ее обучение в платной академии и личного помощника-мага.

Теперь мне было понятно, куда уходили средства, о которых говорила миссис Свон.