Чтение онлайн

Тодор задумчиво смотрел на плотно задернутые черные шторы. Понимал, что дважды за последнее время преступил закон. В случае с Аннетт никто не узнает, она осталась жива. Тай… был обращен без согласия. И, если очнется и не придет в себя, будут проблемы.

Тишину в комнате нарушило тихое шипение. Тодор сжал ладонь в кулак, до боли впиваясь в кожу короткими ногтями. На запястье правой руки прорисовывался зеркальный знак Y, символ смерти, символ, позволяющий стать частью предсказания и в то же время обязывающий видеть конец каждого из ведьмаков, кто связан с ним. Видеть, чтобы спасти. Но теперь, когда он стал зеркальным, Тодор будет ощущать их смерть, переживать, быть на их месте. Так он будет знать причину, знать слабость ведьмаков.

И тогда Нордвуд поможет ему, даст испытания, проявляющие эмоции, выворачивающие наизнанку, ведь неконтролируемые чувства – гибель. Магия главного источника никогда не подчинится тем, кто не готов бороться со своей болью.

– Ты вновь думаешь о них, вновь думаешь о городе, чтобы заглушить собственное горе. – Тай шептал, едва шевеля пересохшими губами. – И я улавливаю аромат крови, который будоражит мое сознание…

Тодор оцепенел, не зная, как Тай примет его решение об обращении. И невольно на его лице появилась полуулыбка. Жив. Остальное уже было неважно. Жив!

– Ты пошел на риск… Я мог не очнуться.

– Я помогу выпить зелье. Через пару недель адаптируешься. А пока отлежись.

Тодор выжидающе замер, но ни разу не пожалел о своем решении. Он сделал то, что должен был, – дал жизнь брату.

– Любую петлю можно затянуть так, что не хватит сил ни развязать, ни перерезать. Я рад, что ты вытащил меня из нее, – ответил на немой вопрос Тай. – Лучше быть вампиром и помочь тебе, чем гнить в сырой земле Нордвуда. Я все еще питаю надежду покинуть этот город. Теперь есть шанс дожить до этого.

– У нас есть возможность сделать для этого больше, чем я ожидал. Владелица зеркального знака W найдена. Она удержит в городе других, а затем, если они выживут и получат источник, станет нитью к острову. Как? Узнаем после.

– Будущее слишком непредсказуемо… – хрипло подтвердил Тай и потерял сознание.

Ему, как и Тодору, нужно было восстановиться.

Очнувшись от воспоминаний, Тодор скрыл свои символы на левой руке черной тканью. Они с Таем никогда не прощались, зная, что этот раз мог бы стать последним.

Больше не было времени оглядываться на прошлое. Заметно побледневший, встревоженный воспоминаниями и собственными мыслями Тодор переместился.

Его ждали подсказки о том, как попасть на защищенный проклятыми остров, и, пока Воронов день не подошел к концу, надо было успеть их получить.

Кладбище Нордвуда встречало привычной тишиной и давящей атмосферой. Несмотря на сумерки в городе, здесь уже совсем стемнело. Густые кроны деревьев закрывали старинные статуи от солнца, отчего ранее светлый мрамор покрылся зеленоватым налетом из мха и грязи в тоненьких трещинах.

Третье по счету место захоронений. Оно располагалось недалеко от заброшенных особняков, того самого старинного Нордвуда, о котором старались не вспоминать. Для всех, кроме Рэнделов, вход был запечатан магией. Переступишь черту – не вернешься.

Кладбище было исключением.

Оно расстелилось на небольших холмах, меж которыми располагался овраг. Он был главной целью Тодора, но, прежде чем туда попасть, надо было пройти по заросшим тропинкам среди заброшенных могил.

Белесые глаза статуй, изображавших то ангелов, то захороненных людей, незримо наблюдали за неожиданным гостем. Сюда давно никто не наведывался. Мертвые свидетели… В их затертых, изувеченных и скрытых растительностью лицах не было ничего живого, но они впитывали жизнь посетителей, создавая воронки магии, чтобы их хозяева на время вернулись на землю.

Шорох листьев напоминал Тодору говор северных жителей. Они перешептывались между собой, создавая ветер. Давно забытый язык ведьмаков, наречие, погибшее вместе с последним носителем несколько столетий назад. И, несмотря на это, Тодор слышал.

От этого шепота пробирал холод.

Бессмертие слов – в звуках, доносившихся от мертвых к живым. Их сила проникала в сердца, напоминала о прошлом, возвращала к корням и затаскивала в свои магические сети. Нордвуд был построен на топях, и, прежде чем здесь возвели город, земли взяли в свою плату жизни. Их отдали, чтобы получить источник энергии: сильный, неиссякаемый. Он растягивался черными нитями по густому лесу и уходил в океан.

Тодор шел как во сне: ботинки увязали в жиже, каждый новый шаг давался тяжелее предыдущего, но пути назад не было. Загипнотизированно глядя на едва виднеющееся свечение из оврага, он продолжал свой путь, не замечая, как призраки, отделившиеся от статуй, стали перешептываться и их говор растекался в его сознании знакомыми деталями создания города.

Тодор остановился, в глазах потемнело, и он привалился плечом к одному из могильных камней.

Крупные капли, упавшие с неба, стекали по его лицу и терялись под воротом, неприятно охлаждая тело. Казалось, здесь было нечем дышать: влажная дымка застыла между землей и угрожающе раскачивавшимися деревьями. Порывистый ветер усиливал дождь, прибивая оранжевую листву.

Несколько мгновений, и вместо могильного холода повеяло сыростью болот. Извилистые дорожки сменились трясиной, каменные статуи превратились в разлогие, покрытые зеленью деревья, чьи ветви низко склонялись к мутной воде. Замшелые склепы стали густо усыпанными мохнатыми кочками кукушкиных слез [3] . Вокруг – лишь скользкая земля, подгнившие стволы и серый туман, змеей стелившийся над поверхностью.

Изумрудное свечение в овраге исчезло, вместо него остался прозрачный размытый круг. Но и он рассеялся, подобно солнечным пятнам в темном помещении.

Тишина и покой убаюкивали, успокаивали, давали возможность вдохнуть полной грудью и забыть о душевных ранах, позволяя зыбким землям овладеть мыслями. Они шептали…

Только сейчас Тодор заметил, как нити магии расползались по болоту. Паутина, оживлявшая забытые места. Их влажные прикосновения оставались черной жижей на пальцах. И Тодор, встав на колени и склонившись над озерцом, окошечком в болотной ряске, опустил руку в ледяную жидкость, намереваясь смыть грязь.

И без того темные воды совсем почернели, тонкие линии энергии крепко обвили кисть Тодора и потянули на глубину.

Раскаты грома отдаленно доносились сквозь болотную толщу. Не было ни сил сопротивляться, ни желания дать отпор. Тодор впервые в своей жизни позволил течению вести его. Вдох – и ничего. Все вокруг было размытым и неощутимым. Ни холода вод, ни зыбкого ила под ногами. Исчез шепот, исходивший от могил.

Перед глазами появился колодец, откуда росло темное дерево. Его ствол представлял собой сплетение тонких ветвей, которые ближе к верхушке разделились на магические линии. Сердце местности – его источник.