Чтение онлайн

В 1963 г. переводит на французский Солженицына. В 1965 г. выступает с заявлениями, что в СССР фальсифицировали биографию Маяковского, и пишет две книги о нем. В 1968 г. вместе с Арагоном подписывает письмо протеста против ввода советских войск в Чехословакию. Скончалась в 1970 г. от сердечной недостаточности. Похоронена в одной могиле с Арагоном в их имении Мулен-де-Вильнев возле Рамбуе. За свою жизнь написала 33 книги и сценарий фильма «Нормандия-Неман»…

Первый вариант сценария она написала в 1947 г. Он не был принят из-за протестов офицеров авиаполка. Видоизмененый вариант сценария приняла к реализации киностудия «Азюр». Далее начался длительный, нервный и трагический процесс согласования.

Прежде всего в 1947 г. началась холодная война. Франция выслала военного атташе СССР и потребовала вывода советских войск с французской территории, а полк «Нормандия-Неман» из Ле Бурже перевели в Марокко. Идея фильма была не совсем своевременна. И в СССР тоже идею фильма приняли не сразу. В сценарии Эльзы Триоле натурные съемки в Советском Союзе занимали большую часть фильма, действие происходило в Москве, Туле, под Орлом и в Прибалтике и заканчивались триумфом в Ле Бурже. Советские власти настороженно восприняли эту идею и предложили снять «натуру» без французов, а затем по сметной стоимости переслать во Францию. Кроме того, опасаясь антисоветской пропаганды, потребовали совместной реализации и включения в состав сценаристов своего автора. Благодаря Илье Эренбургу это все удалось более-менее урегулировать, правда, самому ему в соавторстве отказали и утвердили Константина Симонова.

Теперь уже французы начали опасаться активного скатывания в просоветскую пропаганду. Фильм взяли под контроль министерства иностранных дел обеих стран.

В работу над фильмом включились пилоты, бывшие и действующие, «Нормандии-Неман», и киностудия потребовала согласования с ними сценария. Мнения пилотов разделились поровну. Условно говоря, на «русскую» партию, руководимую киевлянами Фельдзером и Лебединским, при участии Игоря Эйхенбаума. И «французскую» под началом действующего командира «Нормандии-Неман» кавалера орденов Боевого Красного Знамени и Александра Невского майора Матраса и Героя Советского Союза Жака Андре, настроенных категорически против фильма в том виде, как его предлагала Эльза Триоле.

Полковник Дельфино, например, писал в своем отзыве на сценарий, что «в нем русские представлены рыцарями без страха и упрека и без малейшего изъяна. И хотя так оно и было на самом деле, французы в сценарии на этом фоне выглядят весьма уныло».

Капитан Фельдзер, в целом одобряя, считал, что Триоле перегнула с любовными сценами, и просил их убрать. Впрочем, на этом настаивали обе группы хором. Особенно всех огорчил эпизод с гибелью секретаря «Нормандии-Неман» советской девушки Нины Горчаковой, у которой был роман с Марселем Альбером и которая погибла в конце войны. В сценарии сцена гибели выглядела так, что во всем был виноват французский летчик. Эта сцена не была принята никем из пилотов, кроме того, она повлияла на то, чтобы вывести летчиков в фильме под псевдонимами.

Герой Советского Союза Жак Андре писал: «Плачущий пилот это хуже, чем плохой пилот, потому что такого не было. Мы не плакали, когда теряли товарищей во время войны, мы мстили за них. Умирающие в госпиталях пилоты не произносили многословных и бессмысленных монологов» [128] .

В одном из эпизодов, по замыслу Эльзы Триоле, появлялась эскадрилья советских Яков с пилотами-женщинами, что тоже вызвало недовольство. Летчики считали, что их пытаются показать легкомысленными ловеласами, которые во время войны только и делали, что «шлялись по бабам», в то время как эти самые «бабы» сбивали за них немецкие самолеты.

Часть считала, что фильм получается слишком документальным и лучше его сделать в стиле американских развлекалок, другие, как майор Матрас, наоборот, полагали, что фильм мало документален и легкомыслен, настаивая на создании киноэпопеи, и требовали включения в состав авторов сценария кого-нибудь из бывших пилотов.

Все кончилось тем, что в 1948 г. киностудия «Азюр» разорвала договор с Эльзой Триоле и прекратила работу над фильмом «до достижения согласия между автором и пилотами». И хотя согласие и было в конце концов достигнуто, эта студия больше не возвращалась к фильму.

Идея была воскрешена в 1957 г. по инициативе «Мосфильма». В этот раз начали с продюсера. Любопытно, что, по инициативе советской государственной киностудии № 1, им стал белоэмигрант Александр Каменка (в русскоязычном варианте фильма его фамилия в титрах отсутствует). Александр Каменка — во время Гражданской войны выехал в Париж, где создал киностудию «Ермольев и Каменка», из которой после переезда партнера в Мюнхен возникла студия «Альбатрос», которая снимала фильмы с участием русских актеров. Она исчезла в конце 30-х, как с выходом в тираж артистов, так и окончательной победой звука — в те времена еще не додумались дублировать одного актера голосом другого.

Эмигрант Каменка хотя и согласился на участие Эльзы Триоле в фильме, нанял другого сценариста бельгийца Шарля Спаака, работавшего с Дювивье, Ренуаром, Фейдером. Кроме того, он родной брат бельгийского премьер-министра, ярого антисоветчика Поля-Анри Спаака, одного из основоположников объединенной Европы, которого обвиняют в несостоятельности предвоенной политики, в результате которой Бельгия была оккупирована в считаные дни. Сам Спаак успел уехать в Лондон, где, в то время как «Нормандия-Неман» сбивала немецкие самолеты в России, руководил правительством Бельгии в изгнании.

Шарль Спаак переписал полностью сценарий фильма, хотя Эльза Триоле не отставала от него ни на шаг, и конфликт был неизбежен.

Каменка также нанял режиссера-постановщика Жана Древилля. С советской стороны был представлен соавтор сценария Константин Симонов, сорежиссер Дамир Вятич-Бережных. Советниками фильма с французской стороны были ветераны полка капитаны Константин Фельдзер и Игорь Эйхенбаум, с советской стороны командир 18-го авиаполка генерал Голубов и полковник Селенчук.

Во время поездки для съемок фильма в СССР Каменка даже не включил Эльзу в список на визу. Она писала Симонову, который устроил приглашение в СССР Арагону, и она приехала как бы невзначай с мужем, но ни на секунду не покидала съемочной площадки.

Жан Древилль был очень доволен тем, что половина сметы была оплачена «Мосфильмом», и в итоге фильм получился в 8 раз дешевле, чем планировалось. Был в диком восторге от комбинированных съемок в СССР, считал, что с этим делом на «Мосфильме» прямо как в Америке, но был недоволен волокитой и бюрократизмом, когда из-за того, чтобы поменять одну декорацию, приходилось ждать сутки. Он лукаво вспоминал: «Сценарий был полностью написан Спааком. С советской стороны был представлен великолепный писатель Константин Симонов. Нам сказали, что он будет подавать идеи. Он действительно появился один раз с какой-то идеей, которую мы отсняли, но потом при монтаже она не вошла в фильм. Что касается Эльзы Триоле, то она только путалась под ногами. Была настолько придирчива, с такой немецкой строгостью и педантичностью, что никакая дискуссия с ней была невозможна» [129] .

Эльза действительно была скорее цензором фильма, но многое сделала для того, чтобы в фильме все-таки была показана русская сторона. И на песне в фильме настояла она. Кроме того, Спаак, не владевший русским, не мог использовать советские материалы по «Нормандии», которые для Эльзы собрал Эренбург.

Ей не нравилось, что по сравнению с ее сценарием Россия показана намного меньше, почти никак. Древилль придумал сцену, где французский летчик попадает в немецкий плен, но умирает от ран, что вызывает сожаление немецкого командующего. Это вызвало целую истерику со стороны Эльзы, которая считала, что все немцы нацисты и звери, а Древилль настаивал, что и среди них могут быть рыцари. В итоге по настоянию Эльзы Триоле возник гестаповец, требующий расстрела пленного француза.