Чтение онлайн

– Да уж, мы живем в век наскальных рисунков и глиняных табличек. Ты говорил, что у тебя один брат и сестра. Не так уж много.

– Да, но есть еще кузины и кузены, племянники и племянницы, бабушки, дедушки, тети, дяди…

– Сейчас эра цифровых технологий – это звучит как бред. Ты просто не хочешь назвать настоящую причину.

– Скоро увидишь их воочию. Не стоит быть такой нетерпеливой.

– Я всегда была такой.

– Да, ты такая, но раньше это казалось забавным.

Меня чмокнули в нос словно маленького ребенка, и разговор зашел о разнообразии рыбы, живущей в пруду за окном.

Мы посидели около получаса, выпили по чашке кофе, заели его шоколадным лакомством и покинули тихое гнездышко, когда солнце примостилось на вершинах гор, разливая красный свет на скалистые склоны.

Остаток путешествия я пыталась наслаждаться видами. Мы поднимались верх по дороге, и вокруг нас становилось все меньше высокой растительности, взору открывались обнаженные скалы. Они мне смутно напоминали место, где я провела юность, хотя эти воспоминания были связаны не только с красивыми видами. Из-за подавленности после смерти родителей мне не очень удавалась радоваться жизни и красоте природы вокруг. Тогда я ее редко замечала.

Я сделала музыку громче, играла моя любимая песня группы «Hurts». Больше я ничего не расспрашивала, стараясь забыть о волнении. Придется действовать в соответствии с обстоятельствами. В конце концов, состоятельность семьи де Керр не имеет для меня особого значения. Хотя трудно сказать, насколько важна моя обеспеченность в их глазах. Они могут и забраковать нищую невесту. Я хотела верить, что родители, вырастившие такого сына, просто не могли быть плохими людьми. Вот бы и я им понравилась.

«Значит, это и есть Норткерр», – подумала я, едва мы проехали высокие ворота, автоматически открывшиеся перед машиной. Моим глазам открылся двухэтажный белый особняк в георгианском стиле.

«Миленько» – это, пожалуй, подходящее слово для описания его незамысловатой архитектуры. На душе стало легче – они не такие уж зажиточные, как показалось поначалу, успокоилась я.

– Совсем неплохо.

Адам глянул на меня и молча улыбнулся, покачав головой.

– Это не он?

– Нет, это так называемый гостевой дом, он у самой границы семейных владений, обычно посторонние дальше не проходят.

В подтверждение его слов наша машина объехала белый особняк и по асфальтированной дороге покатилась дальше.

Впереди вилась сплошная дорожная полоса.

Волнение опять вернулось: они не только богатые, но еще и скрытные. Впрочем, пора уже это осознать. Адам за весь год, оказывается, вообще мне ничего о себе не рассказал, а я была так поглощена своей любовью к нему, что и не заметила.

– Сколько же еще до вашего «настоящего» дома? – спросила я, начиная слегка раздражаться.

Мне не нравилась его скрытность.

– Еще несколько миль.

Как только дорога опять стала опускаться вниз, скалистый пейзаж сменился.

– И все это ваша собственность? – я указала рукой на леса и луга, раскинувшиеся по обе стороны.

– Не совсем – формально эта земля вроде заповедника, а наша семья уже много лет так сказать его смотрители. Впрочем, да – она наша уже многие столетия.

Адам кинул на меня беглый взгляд, дав понять, что его беспокоит моя нервозность. Я, честно говоря, не любила огорчать людей, а своего любимого и подавно. Не скажу, что это качество высоко ценимо мной, порой люди этим пользовались. Но по привычке, я попытаться скрыть мое состояние.

– Здесь здорово, – придав голосу беззаботность, изрекла я в итоге.

– Ты еще главного не видела.

Я набралась терпения и принялась смотреть в окна на действительно удивительные пейзажи, раскинувшиеся вокруг. Сразу за узкой кромкой буйно растущей травы начинался лес с деревьями хвойной породы. Спереди показался лесистый туннель, и теперь мы ехали в самой его гуще. Я открыла окно, впуская дурманящий лесной воздух в салон авто. Пахло хвоей и цветами жасмина (по крайней мере, мне так показалось). Сквозь деревья пробивались лучи солнца, освещая ярко одни места и бросая тень на другие. Прямо живая декорация к комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь». Кажись, стоит отвернуться, и вокруг станут порхать феи и эльфы.

Дорога уперлась в широкий деревянный мост, он оказался довольно прочный и без труда выдержал вес двухтонного автомобиля. Мостик этот соединял два берега узкой речушки, быстро убегающей извилистой лентой куда-то вглубь леса. Шум воды и скорость течения подсказывали, что неподалеку есть водопад.

Я так увлеклась созерцанием видов, что совсем не заметила, с какой насмешкой за мной следит Адам. Конечно, если он вырос в окружении этого сказочного пейзажа, мой восторг казался ему смешным или наивным. Я тоже провела несколько лет в месте, где полно древних замков и скалы, поросшие лесом, окружали их как крепостные стены. Однако здесь была иная красота: какая-то сказочная, даже неестественная. Везде что-то цвело и благоухало. На ветках сидели птички, порхали бабочки. Там, в Трансильвании, я такого не видела, а может, просто не замечала.

– Это только сотая часть, тут есть места и лучше.

– Лучше этого? Разве это возможно? Так прекрасно слышать пение птиц, в городе подобное редкость. А здесь есть животные?

В моем голосе теперь уже звучал неподдельный, почти детский восторг.

– Есть, – суховато ответил Адам, – но они держатся далеко от дороги.

– Хочу пешую экскурсию.

– Это к Тео.

– Тео? – переспросила я, смутно припоминая такое имя.

– Да, мой брат, я говорил тебе о нем. Немного, но говорил.

– Точно, – вспомнила я. – А ты, значит, не разделяешь увлечения брата?

– Только при необходимости, уж если мне нужно добровольно забрести в эти дебри, на то у меня имеется очень древний, но удобный вид транспорта – лошадь.

– Я не знала, что ты ездишь верхом.

– Я и тебя научу.

– Нет, я пас.

– Ты пас, но почему?

– Был у меня в детстве неприятный инцидент…

– И какой же?

– Да так, ничего особенного.

– Рассказывай, а не то от верховой езды не отвертишься.

Я знала этот настойчивый тон и, честно говоря, не любила его. Теперь если не скажу – точно заставит щеголять верхом. Брр… от одной мысли об этих животных меня передергивало.

– Ну ладно, – сдалась я неохотно. – Помнишь, я рассказывала о городке, в котором жила после гибели мамы и папы? – Адам кивнул. – Так вот, тогда в десять лет я не первый раз туда попала, мы были там с родителями и раньше. Городок красивый, очень старинный, здания с острыми крышами и резными оконными створками; дорога устлана не асфальтом, а брусчаткой. Бабушка жила в таком вот старом двухэтажном домике, а через дорогу располагались магазинчики и прочее. Возле одного маленького кафе каждый день на коляске, запряженной парой гнедых, сидел старик. Он катал заезжих туристов по узким улочкам города. Романтическая прогулка с баснями старика стоила копейки, и он редко простаивал. Не раз и местные любили с ним прокатиться.