Чтение онлайн

– А Сиборн?

– И Сиборн тоже заблокировал, – вздохнула Ева.

– Ну хоть кто-то из фиолетовых нас наверняка не заблокировал, – давайте срочно напишем ему.

– А не пошли бы они? —сказал Акимыч. – Они с нами всю дорогу обращались, как уроды. Еще замки им дарить… Им не повезло, нам повезло, пусть утрутся.

– И что мы с этим замком будем делать? – удивился я, – Коров пасти по берегам Шамы под массовым обстрелом трех дружественных кланов? Нам одни фиолетовые крови выпили две бочки, а теперь еще нужно будет бегать и прятаться от люпусов и жуков? Я видел конницу этих жуков, мне она совсем не понравилась!

– Жуки в топ пятьдесят рейтинга Трансильвии точно входят, – кивнула Ева. – Непонятно, чем лупусы их уговорить на союз-то смогли. Однако замок – это возможность решить наши финансовые проблемы на три месяца точно. Даже просто пассивный доход от налогов тут перекроет и твои счета Ним, и твои проценты по кредитам, – она кивнула в сторону Акимыча. – Можно просто сидеть внутри и никуда не выходить.

– Прекрасная идея, – воскликнул Лукась, – мне очень нравится!

– А что потом?

– А потом – суп с котом! – очень кстати сообщил Акимыч.

– Вот именно! И мне не очень хочется быть этим котом.

– Можно будет ближе к завершению иммунитета быстро удрать, – задумчиво сказала Ева. – В Таосань или Антию, а то и вообще на Риверру.

– Или, – сказал Акимыч, – мы можем собрать свой действительно мощный клан и когда придут фиолетовые – надавать им по шее! Со своим замком, знаешь, как к нам народ побежит?

– Побежит, – подтвердила Ева. – Нубы семидесятого уровня прямо в очередь выстроятся. Замковые баффы и возможности – очень вкусные. Вот только ни один нормальный уровневый игрок с головой на плечах к нам и близко не подойдет: при трех объявленных войнах и подобном клановом руководстве. Кстати, о руководстве, формально у нас все еще четыре высших офицера, приравненных к клан-лидеру, но до полуночи нам нужно выбрать одного лидера и привязать его к столпу, иначе замок нас отторгнет.

– Становись клан-лидером, – сказал я. – Ты единственная, кто хоть что-то знает. И вообще умнее и сильнее нас всех. Мы все за тебя голосуем!

– Раз Ним так говорит, конечно, – поддержал меня Акимыч. – Евик, ты наш лидер!

Ева обхватила себя руками, будто ей внезапно стало зябко. Помолчала.

– Нет, – наконец сказала она. – Нашим лидером должен стать тот, кто эту кашу заварил, у кого такая странная игровая судьба и кому безостановочно сыплются плюшки – увесистые, острые и больно бьющие по лбу. Клан-лидером будешь ты, Нимис. А я буду при тебе серым кардиналом, который принимает решения и все такое. Официально назначь меня заместителем и казначеем. Люк и Акимыч будут старшими офицерами, а рядовым бойцом клана будет Гус.

– Знакомая схема, – развеселился Акимыч. – У нас в салоне связи так и было: все вокруг начальники, а я один работаю.

– Работать будут все, потому, что работы будет много, – сказала Ева, оглядывая разрушенные стены, прорехи в которых были затянуты чем-то вроде прозрачного твердого желе, на засыпанный камнями и трупами двор. – Чтобы замок заработал в полную силу, – его нужно привести в порядок, а наружу, насколько я понимаю, сейчас лучше не соваться. Надо будет связаться со старостами деревень, вызвать их сюда, разобраться с бюджетом, с отправкой поставок, с сельхозработами, сейчас время сенокоса…

– А, может, проверим замковую сокровищницу? – сказал Акимыч, – вдруг там вообще гора золота валяется?

– Перед осадой все фонды замка любой нормальный клан переносит в клановую казну и на внешние склады. Впрочем,.. Нимис, ты когда в этом столпе болтался, не видел там гор золота и сундуков на полу?

– А столп – в сокровищнице? Ну, тогда там вроде ничего нет.

– Но библиотеку, лабораторию, мастерские и подвалы все равно нужно сейчас проверить, – сказала Ева. – Может, чего и осталось. Например, вон штабеля досок лежат – не успели, наверное, вывезти, или слишком были уверены в своей победе.

– Слушайте, – сказал Лукась, – а никто не знает, где сир Хохен? Я последний раз видел его, когда он пробивал замковую стену.

Хохена мы нашли за обвалившейся со стены горой каменных блоков. Он лежал, засыпанный каменным мусором, его доспех был страшно изрублен, одна рукавица, отсеченная, валялась поодаль, нагрудник был пробит несколькими копьями и десятками стрел.

Лукась вскрикнул и сложил руки на животе.

– Бедный, бедный сир Хохен! Пресветлая Амалея, прими душу эту в свои светлые чертоги, на свои зеленые поля, сделай путь его по царству теней легким, услади его покоем под крылом твоим и возроди его к жизни новой, стократ более лучшей…

– Ты погоди причитать-то, – сказала Ева. – Квест не пропал, не зафейлился. Если бы Хохену конец пришел, наверняка бы квест как-нибудь отреагировал.

– Но выглядит он совершенно неживым, – сказал Акимыч, откидывая булыжник со шлема Хохена.

– А когда он выглядел живым? – спросил я.

Гус ухватился за одно из копий, уперся ногой в доспех и с натугой вытащил навершие.

– Железо все изъедено, – сказал он, осмотрев копье.

Акимыч поднес ладонь к рваной дыре на нагруднике.

– Оттуда сквозняк идет. Холодный.

– Может, заткнуть копье обратно? – спросил я, – Может, это жизнь из него выходит?

– А была в нем та жизнь-то? Акимыч, я бы на твоем месте глазом в дырку-то не лезла, если уж копье изъедено, то не думаю, что для глаза это будет полезно.

– А что если, – сказал я, – нам просто нужно восстановить его целостность? Дырки залатать и перчатку обратно присобачить. Помните, всяких страшил и дровосеков в «Изумрудном городе» именно так чинили, а в Альтрауме – куча ошметков сказок всех стран и народов, сценаристы далеко за материалом не ходят.

– Даже без всяких страшил это выглядит вполне логичным. Лукась, прекрати уже заупокойные читать, уверена, что твой железный друг живехонек, мертвехонек, пустехонек.... – в общем, еще поскрипит! Вызовем из деревни кузнеца, тот его мигом на ноги поставит.

– Да, Люк, – сказал Акимыч, хлопая портье по плечу, – все с ним будет пучком – зуб даю.

– Давай, – вздохнул Лукась и протянул Акимычу ладонь.

– Да это просто так говорят, Люк! Выражение такое.

– Нет уж, – вмешался я. – Пообещал, так давай. Зуб, – имущество ценное, полезное, таким не разбрасываются.

– Вы очень хорошие люди, – сказал Лукась, – хоть и попрыгунчики. Но у вас есть свои слабые места. Вы совершенно не понимаете шуток.

Я опасался, да нет, чего уж там, я заранее содрогался при мысли о том, что когда мы войдем в сокровищницу, первое, что мы увидим, – это мой труп, навеки застывший в столпе контроля замка. Памятуя, что с частных территорий ничего при обновлении мира не исчезает, а эти столпы – неразрушимы, на мои вытаращенные глаза будут любоваться многие поколения владельцев замка. Но, к счастью, столп этот вопрос как-то решил, никаких трупов в нем не висело, гигантский кристалл с округлым навершием светился приятным розоватым светом.