Чтение онлайн

– Благословят его? – холодно закончил Волослав.

– Да. Она думала, что тебе удастся.

– Почему?

Анна сделала шаг назад. А Волослав на шаг подступил.

«Только бы не схватиться за живот. Ему нельзя знать», – подумала ведьма. Она почему-то была уверена в том, что Волослав ей не навредит.

– Именно из-за тебя она стала экспериментировать поколениями ведьм. На твоём примере она увидела, что максимальный потенциал можно достичь в третьем поколении. Ты первый из максимальных, выведенных Ягой.

Волослав остановился. Большими бесцветными глазами он сверлил бывшую супругу. Напряжённая вертикальная складка на лбу выдавала беспокойство тысячелетнего колдуна. Он снова почему-то отвлёкся на выход. Волослав вздохнул и поморщившись сказал:

– Этого недостаточно. На земле только пять- шесть существ с максимальным потенциалом. Двое-трое достаточно волевые, чтобы выдержать такой поток.

– Как раз, пять Марго, – шепнула младшая сестра.

Волослав резко повернулся к ней.

– Ты погибнешь.

– Почему?

– Ты не практиковала два века. Для этого нужно готовиться.

– Кто ещё в списке? – поинтересовалась Анна.

– Даал, Черномор, Могальт и...

– Даал разве не супервсемогущий маг? – уточнила Анна.

– Какой там. Он был высохшей мумией лет восемьсот. Его руны до сих пор смешаны. Сила в нём ещё не стабильна. Сейчас он блеклая тень прежнего себя. Он ещё лет десять будет восстанавливаться. Был бы это тот Даал, что вычистил Олимп...

– Что значит: «Руны до сих пор смешаны»?

– Магия внутри него до сих пор не едина. Она течёт сквозь него порознь. Отдельно положительная и отдельно отрицательная.

– А разве магия может смешиваться? Насколько я знаю, это невозможно.

– Возможно, тогда руны становятся ярко золотыми.

Марго резко подняла взгляд. Только сегодня она видела золотую магию своими глазами. Магию, которую она способна творить в паре с её любимым. Но Марго не стала акцентировать на этом внимание. Её интересовало другое.

– Кто последний? – спросила ведьма.

– Что? – снова переспросил Волослав.

– Даал, Черномор, Могальт и... – повторила Марго слова друга, произнесённые минуту назад.

– И Анна.

Верховная ведьма дрогнула. «Не схватиться за живот, убрать руки за спину», – подумала Анна и сказала:

– Я не могу.

– Что? – удивилась Марго.

– Анна, – холодно начал Волослав, – на горизонте потенциальный конец света, а ты говоришь: «Нет»?

– Я правда не могу.

– Почему? – удивилась Марго.

– Я больна, – соврала ведьма.

Волослав снова сделал шаг к Анне.

– Наверное, у тебя плохо с математикой. Нам грозит вымирание. На кону стоит всё. Ты отдаёшь себе отчёт?

– Да, я не смогу помочь. Я больна.

– Беременность не болезнь.

Тут Анна не выдержала и всё-таки схватилась за живот.

Волослав руками изобразил чаши весов.

– Жизнь какого-то неродившегося ребёнка и всё живое.

Голос Волослава был холодным как никогда. По глазам Анна видела, что ему тяжело далось сказать это вслух. Не просто такое сказать будущей матери, смотря ей прямо в глаза. «Если бы ты знал, что он твой, ты бы никогда так не сказал», – подумала Анна. Она сделала уверенный шаг навстречу бывшему мужу. Грубо нарушила его зону комфорта. Их лица разделяли сантиметра два не больше. Заглянув в бесцветные глаза Волослава, ведьма прошипела:

– Ты меня не заставишь.

Марго замерла в ожидании того, что будет дальше. Ей казалось, что её друг и старшая сестра раздерут друг другу клочки. В зале Питерского особняка Анны повис запах ненависти.

Напряжённую паузу разбавил зазвонивший у Волослава в кармане телефон. Какое-то время бывшие супруги сверлили друг друга взглядом. Наконец, Анна таким же холодным голос, как у Волослава выдавила:

– Ну ответь.

Волослав оторвал свой гипнотический взгляд и ответил на вызов. Как только бесцветные глаза отвлеклись, Анна с облегчением выдохнула. Она отстояла свою позицию. Волослав больше не поднимет эту тему.

– Говори! – приказал Волослав позвонившему.

– Есть кое-что. Около года назад астрономы заметили странную активность в близлежащих солнечных системах, – раздался музыкальный голос Кифеса.

– Так!

– Мы только изучаем данные.

– И?!

– Волослав, выводы основаны лишь на предположениях, данных слишком мало…

– Версии! – властно потребовал Волослав.

– Где-то недалеко от нас в космическом масштабе взорвалось космическое тело. Взрывная волна задела две звёздные системы. Примерно прошлой весной могла задеть нас. Однако на подходе к нашей, что-то случилось. Волна исчезла.

– Почему? Почему вы пришли к такому выводу?

– Согласно расчётам, в которых я нифига не понимаю, волна уже должна была достигнуть нашей системы.

– Разве взрыв космического тела не сопровождается вспышкой? Мы же не могли не заметить вспышку. По светимости, мы должны были невооружённым глазом её видеть. А у человечества на секундочку несколько мощнейших телескопов.

– Я задавал этот вопрос. Мне ответили, взорвавшееся тело могло быть не звездой. Вспышки могло и не быть.

– А гравитационное воздействие? Пройдя такое расстояние, волна могла потерять хоть часть своей...

– Прогноз не утешительный, – вздохнул Кифес. В трубке послышалось, как кто-то яростно спорит. При чём в споре участвуют носители нескольких языков. Волослав разобрал русский, немецкий и китайский. – Теорий, конечно, много, но большинство учёных… В общем, я бы на твоём месте задумался о ковчеге.

– Нет у нас такого ковчега, – вздохнул Волослав. – Работайте дальше. Узнайте больше.

– Но данных нет!

Волослав снова уставился на дверной проём и сказал:

– Кифес, послушай. Взрывная волна никуда не исчезла, она разумна. Скорей всего, она обрела дух, как водяной или земляной. Я думаю, что дух сжал энергию ударной волны в объект. Он гуляет по земле с мая-месяца.

– Такая мощь? Но почему мы его не чувствуем?

– Сильная оболочка. Иного объяснения я не вижу, – сказал Волослав, отключил вызов и с напряжённым взглядом взглянул на Анну.

– Я сказала нет! – уже смелей оскалилась верховная ведьма.

– Чем твой ребёнок будет дышать?

– Что? – растерялась Анна, но сразу же осеклась. Она поняла к чему клонит воин.

– Что он будет есть? Кого он будет любить? Как он переживёт взрыв?

Анна молча сверлила его глазами.

– Это твой шанс на искупление. За всё, что ты натворила за два долгих века.