Чтение онлайн

Аур решительно не понимал, откуда его бывший учитель черпал силы для сопротивления армии Данталион, но не постеснялся использовать это затишье для более тщательной подготовки, в которой запечатанные маги-рабы — лишь малая часть внушительного, но не чрезмерно раздутого плана. Как и всегда, чернокнижник придерживался выведенного из собственных ошибок правила, гласящего, что чем меньше переменных участвует в задуманном, тем выше шансы в итоге получить желаемый результат. Никаким дублированием обязательных элементов не добиться той эффективности, которую испокон веков демонстрировала простота. Аур знал и понимал это, а потому — не спешил.

Тем временем работы над бессознательным телом были завершены, а оно само — перенесено в следующий зал, где уже Каролина должна была реализовать следующий шаг в отработанной схеме продуманного до мелочей эксперимента. Не потому, что сам Аур не мог этого сделать — просто девочке нужен был опыт, полученный в спокойных, располагающих к обучению условиях. Ныне она перестала быть простым инструментом, которого не жалко лишиться, заняв место претендента на должность правой руки своего господина. Несмотря на предшествующие события, Аур лгал сам себе, отмахиваясь ото вполне очевидного проявления привязанности и оправдывая происходящее неплохо звучащими, но на деле совершенно пустыми аргументами. Но несмотря на это, факт оставался фактом: чернокнижник устал существовать в одиночестве, а обращение в демона выполнило роль катализатора, ускорив переход на этап принятия…

И вот, встав неподалёку от ритуального круга, Аур пристально наблюдал за каждым действием своей протеже, готовясь в любой момент исправить ошибку. Но то ли оттого что данный конкретный ритуал был не первым, — а на деле и вовсе последним, — а ошибок, даже самых незначительный, Каролина не допускала. Удивительный талант, который и не рассчитываешь увидеть у случайно встреченной изувеченной сироты был подкреплён превращением в банши и длительным заточением в концентраторе, выбраться из которого в здравом уме было суждено далеко не всем. Случайность, случайность, ещё одна — Ауру на мгновение показалось, что фортуна стала слишком часто ему улыбаться, но это ощущение быстро схлынуло: последний маг занял своё место в резервуаре. А это значило, что настала пора переходить к следующему, ничуть не менее важному и куда как более опасному этапу плана. Подготовив путь к отступлению, Аур получил возможность действовать свободно, так, как он сам того пожелает. Ограничения, конечно, были, но совсем уж критичными их назвать чернокнижник не мог. Во-первых, ему требовалось выжить, ведь мертвеца маги в стазисе точно никуда не призовут. Во-вторых, очень желательно не попасться в руки Данталион, которая ни на минуту не прекращала попытки отыскать заинтересовавшего её мага. В отсутствии у людей способов изолировать канал призыва демона Аур был уверен, но в отношении владык Инферно таковая уверенность отсутствовала совершенно. Ну и, наконец, третий пункт — время, по истечении которого автономные ритуальные круги начнут поочерёдно и группами забрасывать магов-рабов в другой мир. Самый ранний срок — три месяца, самый поздний — шесть. За это время Аур намеревался закончить со своими делами на земле, раздать долги, — или, вернее, всего один долг — перед предавшим его учителем, — и, наконец, начать чистый лист в жизни совершенно нового существа. Некогда человека, а теперь — демона, в руки к которому пришла огромная мощь, но не опыт.

Сердце жреца остановилось ещё до того, как его голова буквально испарилась, кроваво-костяной взвесью разлетевшись по хранилищу. Аур, едва совершив убийство, тихо выдохнул, задвинув на полку такую привычную, но совершенно неестественную для новой эпохи книгу. Решивший проверить охраняемые хранилища, послушник Зерхана, сам того не понимая, подписал смертный приговор всем своим товарищам, находящимся на сокрытом среди гор объекте.

С самого начала крупномасштабной войны, — а если конкретнее — со вступлением в оную демонов, — Зерхан начал делать всё для сохранения своих жрецов. Ведь именно они, а не боевые маги и не демонологи представляли для легионов Данталион наибольшую опасность. Так что те из его последователей, кто сохранил в себе разум, — а Аур всё ещё хорошо помнил тех маньяков-самоубийц, отметившихся на границах с Российской Империей в самом начале конфликта, — умирать не спешили, всеми правдами и неправдами сохраняя свои жизни. В том числе — и в таких уподобляющихся святилищам местах. Здесь они создавали артефакты и копили божественную силу, чтобы после выплеснуть эту мощь на таких уязвимых для неё демонов. Обычная в древности практика была поставлена Зерханом на поток, а Аур намеревался отыскать что-то, что укажет на не могущую не существовать слабость бывшего учителя. Новорождённый бог, молодой демон — суть одно и то же. Просто Зерхан шёл к возвышению много лет, преодолевая каждую ступеньку своими силами, а Ауру всё досталось по воле случая в том плане, что собственных усилий для становления демоном чернокнижник не прикладывал совершенно. Он предпочитал совершенствовать своё магическое искусство, собираясь иным, оригинальным путём добиться идеального функционирования триединой системы души, разума и тела, не опираясь на помощь третьих лиц, которые почему-то не спешили выстраиваться к человеку в очередь.

Так или иначе, у Аура были все основания предполагать, что Зерхан ещё не успел ни освоиться с божественной силой, ни уж тем более всесторонне защититься. Иначе легионы Данталион были бы моментально вышвырнуты, и Китайской империи не пришлось бы постоянно отступать, разменивая тысячу своих солдат на одного демона, общее число которых исчислялось десятками миллионов. Зерхан прикладывал все усилия для того, чтобы удержаться на шатающемся троне, и, очевидно, был полностью сосредоточен на противостоянии соседней империи и «подчиняющимся» им легионам Инферно. В такой ситуации не только помнить о существовании бывшего ученика, но и отслеживать его шаги банально невозможно даже с тысячей потоков сознания. Вероятнее всего, Зерхан поручил охоту на Аура кому-то из своих подчиненных — тем же клонам, к примеру. А это значило, что у имеющего огромный опыт в противостоянии в одиночку против огромных организаций Аура было явное преимущество, которое он и пытался реализовать, импровизируя и стремясь уложиться в сроки.

Вот ведущие в хранилище двери распахнулись, и в комнату, закрывшись в коконах из ветвящихся молний, ворвались боевые жрецы, в чьих движениях Аур сразу же углядел опыт противостояния демонам. Впрочем, выжить им это не помогло — первые два кокона лопнули, не выдержав многократных точечных ударов едкой маной чернокнижника, а третий аккуратно рассыпался — с ним Аур обошёлся гораздо мягче, так как ему требовалась сломленная и неспособная сопротивляться душа. Он больше часа провёл среди магическим образом скопированных записей, но так и не обнаружил того, что искал. Сказалось как неполноценное понимание языка, так и отличная ото всех привычных методик система шифрования, которую Аур обнаружил, но ни на шаг не приблизился к расшифровке. Конечно, прямым текстом даже в зашифрованных документах никто не запишет слабости собственного бога, но преданному ученику могло хватить и малого намёка, тончайшей нити, за которую можно ухватиться. А уж распутывать клубки Аур умел как никто другой — благо, тёмные маги загадки любили.

— П… Пощады! — Смертный нелепо дёрнулся, когда Аур в труху раздавил артефакт-концентратор и сломал ему обе руки, после чего схватил жертву за шею эфемерной, но видимой даже невооружённым глазом чёрной, с алыми проблесками, магической рукой. — Я готов служить! Г-готов говорить! Пощади, заклинаю!

— Заклинаешь? Ты можешь лишь молить, жрец… — Аур пробежался взглядом по форме пленника. — … младший жрец. Что ты знаешь о хранилище?

— Всё! — Рука на его горле сжалась чуть сильнее, и китаец захрипел: — Больше, чем кто либо! Я смотритель… смотритель хранилищ знаний! Это моя вотчина!

Окутавший человека своей силой и прикоснувшийся к его душе, Аур чувствовал, что сейчас ему не лгут. Максимум замалчивают что-то, но чего ещё ожидать от стремящегося сохранить свою ничтожную жизнь слабака? Раздавить такого можно в любую секунду, и раз уж в святилище всё равно подняли тревогу, стоит хвататься даже за такой шанс разжиться искомой информацией.

— Ты столь легко предложил предать… Почему же ваш бог даже не попытался покарать тебя, отступник? — Аур ожидал от бывшего учителя попытки на месте покарать предателя — так, как было заведено среди всех до единого богов в прошлом. Но Зерхан не спешил ни атаковать, ни даже просто являть себя. — Дай мне всё, что содержит в себе правдивую информацию об этом божке. Но помни, что любое лишнее движение, любое сомнение — и твоя голова полетит с плеч быстрее, чем ты успеешь что-то сделать.

Перекинув младшего жреца через всю комнату, Аур оставил его подле немногочисленных стеллажей с книгами, не переставая, впрочем, тщательно наблюдать за каждым действием пленника. Самой очевидной причиной, по которой Зерхан не покарал предателя, было то, что никакой этот жрец не предатель — просто искусный лжец, готовый вверить молодому богу своей нации даже жизнь. Если здесь, в хранилище одного из самых крупных скрытых святилищ есть что-то ценное, то…

В момент, когда в груди человека вспыхнула искра магического пламени, готового вырваться вперёд и сжечь пусть защищенные, но не рассчитанные на божественное пламя книги, Аур оказался подле него — и буквально втоптал моментально ставшее бездыханным тело в пол, предварительно закрыв барьером часть талмудов, по которым жрец собирался нанести удар. В своей наивности, слуга Зерхана собственноручно указал, на что следует в первую очередь обратить внимание. Но даже если это не так, и китаец просто хотел уничтожить здесь всё, времени выбирать не оставалось. Аур опустил ладонь на корешки книг, активировав потребовавшую от него недюженной концентрации заклинание, позволяющее записать и в любой момент, при наличии в памяти этой записи, восстановить книгу из ничего. Магический предмет, как и нечто технически сложное скопировать таким образом было нельзя, но груду бумаги и чернил — вполне.

— Опять… ты… — Не успел Аур толком разойтись, как у раздавленно тела под его ногами дёрнулась голова. Вздохнув, чернокнижник хотел было раздавить и её, так как вести разговоры с Зерханом у него не было никакого желания, но что-то удержало его от этого поступка. — Не только решил отдать родной мир тварям Инферно, но и сам стал одним из них? Ненависть ко мне развратила тебя, или ты изначально был таким…?

— Ты, такой же, как и я, тёмный маг смеешь говорить о ненависти? Не я предал тебя, а ты предал меня. Судьба твоей империи, твоя судьба — всего лишь закономерный итог. Карма, как её называют в этом столетии.

— Я прошу тебя не как учитель и не как бог — как тот, кто вырастил тебя, дал тебе знания и позволил набраться опыта… — Полный горечи голос Зерхана мог бы пробрать кого-то сердобольного, но Аур даже не шелохнулся. Ему давным-давно стало наплевать на то, что несёт некогда бывшее его учителем существо. — Отзови демонов. Уничтожь контракт! Иначе этот мир падёт, в нём не останется ни одного живого человека! И никто, слышишь, никто больше не вспомнит о твоей…

Хруст костей и водянистое хлюпанье слились воедино лишь затем, чтобы утонуть в треске адского пламени, быстро пожравшего тело жреца — и втянувшегося обратно в Аура. Впрочем, Зерхана, поспешившего занять другого мертвеца, это не остановило.