Чтение онлайн

«Возможно ли изменить будущее? — размышлял нот, немигающим взглядом наблюдая за ходом галактики. — Если всё предопределено, то есть ли смысл бороться? Однажды, я попытался изменить ход истории, но это лишь приблизило её конец». Почему-то у него не возникало сомнений относительно правдивости видения, хотя зная существ псионического мира можно было предположить всё что угодно.

Ассур вздохнул. Утомительное ожидание Мировой Конференции нервировало, и чтобы хоть как-то отвлечься, он договорился с прибывшими новусами об обучении. К его радостному удивлению, все трое с удовольствием согласились взять его в ученики, особенно за это радел Омилум, уже на третий день пребывания в Шпиле заскучавший настолько, что буквально лез на стену. Правда, с тем лишь условием, что Конференция пройдёт в пользу мира, однако что делать в противном случае никто не знал. Новусы явно были настроены идти до конца, и в случае если главы государств не согласятся с ними, мир ждал раскол.

В дверь постучали. Вздрогнув, Ассур повернул кресло в сторону входа и пультом на столе открыл створки.

— Добрый вечер, Старший Советник, — приветствовала его светловолосая Соланис, очаровательно улыбнувшись, — не желаете составить мне компанию в прогулке по ночному городу?

— Соланис Ирша, — он встал и слегка склонил голову, — сочту за честь сопровождать вас.

Эта девушка произвела на него куда более положительное впечатление, нежели Юмена при их первой встрече. Ирша не распылялась на комплименты, приторные улыбки и не пыталась хоть как-то расположить к себе, но тем самым как раз давала понять, что её характер куда твёрже.

— Полагаю, вашу спутницу нам тоже придётся взять? — поинтересовалась она, чуть прищурившись.

— Да, — он совсем забыл, что Аркания всё ещё под его ответственностью. Хотя сейчас Роривер и Омилум находились в Шпиле, но ему не хотелось оставлять её с ними, — я позову её через «истинный» мир.

— Жаль. Я хотела бы поговорить с вами… ох, прочь формальности! Мне нужно поговорить с тобой, Ассур, — неожиданно посерьёзнела новус, — и лишние уши нам ни к чему.

— Тогда почему не здесь? — он сделал жест рукой, охватывая комнату. — Если…

— Лишние уши. Ни к чему, — Ирша тихонько рассмеялась, многозначительно постучав пальцем себя по виску.

«Она не хочет, чтобы знал Хор, — наконец, догадался нот, нахмурившись, — интересно…»

— Идём, — он быстро пошёл к новус, элегантно отступившей назад, освобождая вход, — полагаю, лучше будет отправиться в Северный район. Там есть места, где можно уединиться.

— Как мило, — Соланис улыбнулась, словно довольная змея, но в её взгляде не было ничего доброго, — когда-то я обожала романтические свидания. Даже втроём.

Ассур ничего не ответил на эту реплику, дожидаясь, когда она поравняется с ним. Ирша улыбнулась чуть теплей и взяла его под локоть, прижавшись к плечу. «Аркания, жди меня возле главного входа в вестибюле, — он вышел в «истинный» мир, увидев знакомую бирюзовую ауру внизу здания и направив на неё свои намерения, — мы идём прогуляться». Она ему так ответить не могла, но он отчётливо уловил всплеск ярости. Слишком уж нагло он объявил ей об этом, не предупредив заранее. Однако, вместе с гневом, Ассур почувствовал от неё некое смешанное чувство облегчения и даже радости. «Понимаю, ты давно уже никуда не выходила, — он обратил внимание, что Сафира находится рядом с ней и что-то восторженно говорит, — что ж, может, это и к лучшему».

— Мне очень интересно будет послушать, как тебе удалось стать Старшим Советником, — непринуждённо заговорила Соланис, краем глаза заметив, как смотрит на неё девушка-диспетчер за пультом перед лифтом, — надеюсь, ты не станешь привирать. Я люблю честность, знаешь ли.

— Как удивительно, что мы разделяем эту любовь, — он вызвал кабину лифта, чувствуя, как тонкие белые пальцы сжимают его запястье. Ирша явно не без злорадного удовольствия наблюдала за реакцией других женщин, догадавшись, что свободный, молодой и вполне симпатичный мужчина-анимаген давно завоевал их души, — если угодно, можем взять гравимобиль.

— Нет-нет, пойдём пешком. Нам спешить некуда, — она кокетливо закинула руку за спину, чуть выпятив грудь, и Ассур невольно отметил, что Ирше есть чем похвастаться перед остальными тайли.

Лифт прибыл на их этаж, с мягким шелестом раскрыв перед ними створки. За стеклом кабины открывался чудесный вид на ночной город. Улицы Аполотона будто купались в золотом огне, языки которого достигали почти до середины небоскрёбов. Спектр разных цветов и красок расстилался по стенам зданий, отражаясь в окнах и металлических частях. Весело журчали подсвеченные фонтаны, изливая искрящиеся струи воды на каменные фигуры. Сотни энергомобилей двигались по ночной магистрали, и всюду слышались голоса анимагенов, наслаждающихся жизнью и окружающей их красотой, которые они же и создали. «Теперь, я вижу, что Прайм и вправду подарил им великую надежду, — размышлял Ассур, наблюдая за группой анротов внизу, в своей манере обсуждающие некие сплетни, — сплотил и направил их силы на создание нового мира. Умно. Но какую же цель преследует он сам?» «Коэльс» в полном составе остался вместе с ним в Аполотоне, но из всего отряда только Лео решил поселиться в Шпиле. Анроты и ноты «Огня» расквартировались в домах неподалёку, и Ассур не мог их винить в этом решении. За столь долгое время, такая сытая и размеренная жизнь казалась им чем-то новым и даже пугающим. Просыпаться от звуков будильника или прикосновений возлюбленного анимагена, не спешить экипироваться чтобы спустя пару минут ринуться в бой, где ты мог умереть в любую секунду, и смотреть не на обугленные пейзажи войны, а на золотой свет большого города — это стоило каждого дня, что они тут пребывали. И многие из «Коэльса» уже всерьёз подумывали остаться здесь навсегда, когда война закончится.

— Полагаю, ты никогда не ухаживал за девушкой, не так ли? — вкрадчиво поинтересовалась Ирша, с хитрой улыбкой взглянув в его растерянное лицо.

— Нет, — он нахмурился. В отличие от остальных, у него не было ни времени, ни возможностей с кем-либо заводить отношения. Куда больше беспокоило мрачное будущее, нежели мимолётное настоящее. — К чему ты спросила?

— Это крайне бестактно — не узнать у своей тайли, не против ли она моей компании? — Соланис фыркнула, заглянув в его разум. Конвентумы ноты и новусы договорились друг для друга снять, что стало первым шагом на пути их доверительных отношений. — А… так ты даже не понимаешь, о чём я говорю… Тяжёлый случай.

— Нет, — совсем смутившись, признался Ассур, — не понимаю.

— Думаю, очень скоро тебе об этом расскажут, — рассмеялась она, повернувшись к створкам — лифт спустился на первый этаж.

Народу в вестибюле заметно поубавилось. Анимагены не так остро воспринимают разницу между днём и ночью из-за большого запаса сил и энергии на бодрствование, но тёмное время суток они всё равно отводили на отдых и развлечения. Охрана Шпиля только-только начинала сменяться, и у главного входа остались лишь рядовые легионеры.

Арканию Ассур увидел сразу же. Чёрный комбинезон «рассветовского» образца сильно выделялся среди величественной и роскошной обстановки помещения. Тем не менее, он не мог не заметить, что нот крайне взбудоражена. «Интересно, с чего бы это? — казалось, даже одежда и обувь Аркании сияли чистотой, а волосы аккуратно уложены. — Похоже, ей и правда не терпится выйти в город». Серебристое лицо нот разило свежестью и приятным холодом, и он невольно залюбовался ею, рассматривая тонкие черты. Ирша, не удержавшись, вновь тихо фыркнула его мыслям. Настроение Соланис заметно улучшилось, и она даже развеселилась, хотя Ассур и не до конца понимал, что именно послужило причиной её смеха. Равно как причину всплеска жгучей ненависти со стороны Аркании, когда она увидела Иршу, державшую его под локоть. На лице нот не дрогнул ни один мускул, но взгляд буквально убивал на месте.

— Да, я знаю, что не предупредил заранее, прости, — он кивком приветствовал её, но та даже не взглянула на него, лишь сдвинула уши назад, — идём, хватит злиться.

Аркания вновь промолчала, но всё же нехотя оторвалась от стены и поплелась за ними следом. «Какая же ты мразь! — внутри неё всё кипело от злости. — Я тебе что, мутот, чтобы ты посмел выгуливать меня со своей подружкой?! Ублюдок, ты заплатишь за это унижение!» Горечь обиды сдавила горло, а злость заставила сжать кулаки. Захотелось броситься на наглую Соланис, как бы невзначай с хитрой ухмылкой взглянувшую на её бессильную злобу, и вонзить все четыре клинка в её лицо. Она-то, несомненно, чувствовала её настроение, тем самым ещё больше распаляя нот.