Новая история
Шрифт:
–Стоп! – практически кричу, но вовремя останавливаюсь, все же мы в чужом доме, а напротив меня мои лучшие подруги. Да, они немного резки, и порой слишком прямолинейно, но все же эти девчонки лучшее, что есть у меня, и вот так сейчас злиться на них за то, что я приклеилась к Гаррету перебор. – Мне нужна водка! Очень много водки!
Им трудно меня понять, так как их жизнь в этом плане куда интереснее будет. Эни давно состоит в отношениях с Нэйтом, с которым знакома со школьной скамьи. Идеальный мужчина, так она его называет, и это сто процентов про него. Красивый, спортивный, успешный врач детского отделения с невероятным чувством юмора, беззаветно любит нашу Эни, и постоянно учтив с нами. Ну правда, о чём можно ещё мечтать. Первая школьная любовь, отношения и это чувство они сумели пронести сквозь года, все так же восхищаются друг другом и любить.
У Хейли немного по-другому. Подруга успела выскочить замуж в девятнадцать лет, родить прекрасного сына и развестись с мужем изменщиком. Но зато этот козёл оставил прекрасного малыша, который стал для нас настоящим спасением. Наверно именно в тот период, когда Хейли узнала о своей беременности мы и сблизились. Долго решали, как сообщить её родителям, пытались успокоить, так как девушка боялась того, что её ждёт впереди, как и мы с Эни. Хейли пришлось на время отказаться от занятий теннисом и учёбой, но с рождением Гарри всё изменилось. Этот мальчик сделал из серьёзной, целеустремлённый и бескомпромиссной девчонки, добрую и тёплую Хейли. Через несколько лет после рождения сына подруга возобновила занятия теннисом, и сейчас занимается с детишками, которых тренирует. Мужиков у неё хоть отбавляй, всех разных мастей, и ей так удобно, нет чувств, нет проблем. Чистый секс для поддержания настроения. Она не завязывает ни с кем серьёзных отношений и это всех устраивает.
Я же продолжаю терзать себя чувствами к Гаррету, и никак не могу перерасти эти чувства. А я старалась, правда! Попытки завести отношения ничем хорошем не увенчались, только горький осадок и плюс один партнёр к карме. В какой-то момент я решила остановить эту вереницу парней и немного выдохнуть, дать себе отдохнуть, привести мысли в порядок и дать ещё один шанс на завоевания сердце Гаррета Скота.
– Слушай давай так! Просто оторвёмся, забудешь об этой дикой страсти, оставим в покое бедного Гаррета и отдохнём! – Хейли разворачиваемся, чуть трясся ладошками, – Нам нужна небольшая алкогольная встряска!
Ночь оказалась прекрасной, даже несмотря на то, что Гаррет не подходил ко мне, он был занят какой-то местной девчонкой, которая всё время висла на нём, а я просто опустошала рюмки, пытаясь хоть немного, отвлечь себя и не пялится на них.
Интересно, насколько меня хватит, ведь каждый раз я начинаю терзать себя, выискивая, что же не так? Почему он обращает внимание на любую тёлку, словно меня и не существует.
– Слушай, а я её знаю! – кричит Эни, потягивая апероль. Я тут же всматриваюсь в неё, взглядом показывая, чтобы она немедленно говорила, что знает о той, которая оказалась рядом с Гарретом. – Это одна из девчонок Хатинктона, тот, что держит сеть салонов красоты, она вроде одна из маникюршиц…
– И что она тут делает? – брезгливостей выкрикиваю, пристрельно разглядывая, худую блондинку в розовом мини. Господи насколько это безвкусно! В очередной раз я испытываю разочарование вперемежку с непониманием какого черта творится в голове у Гарретта.
– Возможно, кому-то упала на хвост, как правила, такие девчонки особо не стесняются, главное – попасть на подобного рода мероприятия, а дальше дело техники! – Хейли цепляет какой-то коктейль, – Засветится с местной знаменитостью и вуаля, ты уже непросто девчушка из салона, ты плюс один звёзды местного разлива! – после она тянет коктейль из трубочки неоново-зелёного цвета. У меня же после её монолога остаётся неприятное послевкусие. Я ещё раз бросаю взгляд на парочку, мысленно ругаясь. Да, средний обслуживающий класс не упустит возможности пролезть чуть повыше, забывая обо всём: достоинства, принципы, взгляды. Им без разницы, кто сегодня их гуляет, нет, они словно хватаются за соломинку, для того чтобы хоть на вечер примереть на себе более дорогую жизнь. Вот только вопрос, что с этого имеют такие, как мы? В чём выгода? Во вседозволенности, либо в чувстве сострадания. Хрен поймёшь?
– Вот и прекрасно! – со злости выкрикиваю, опрокидывая стопку с водкой, она мгновенно обжигает мне горло, заставляя откашляться, вот же чёрт! Даже выпить нормально не могу! – Возможно, со временем, у Гаррета радар немного потерял настройки, начинал с моделек и инстаграмщиц, а сейчас скатился до обслуги!
– Скарлет! Как-то грубо звучит…– Эни морщит аккуратный носик. Оно и понятно, так как её любовь к ущербным и обиженным жизнью довольно многим известна, но когда этим заразился Гаррет непонятно, и что его заставило сейчас лапать задницу этой бабы, когда вокруг полно достойных кандидатов.
–Не начинай, поверь, я обязательно завтра пару баксов пожертвую какому-нибудь бродяги! – чуть улыбнувшись достою из заднего кармана свой смартфон, – Так что баланс будет соблюдён, не переживай!
Глава 3
Скарлет
– Дочь, тебя транслируют по всем новостным каналам! – голос мамы напряжён. Она не кричала на меня, и тем более не применяла силу, но её наказания безусловно, имели место. Выражалась это в чётком контроле, в ограничение меня, и на крайний случай она просто не разговаривала со мной, кстати, последнее была самое страшное, и мне требовалось огромное количество сил, чтобы вымолить у неё прощения, заставив вновь со мной разговаривать. С временем всё изменилось, но были моменты, когда я словно возвращалась в детства, выслушивая лекции о правильном образе жизни, либо полном игноре.
Утро сегодняшнего дня началось как раз с лекций, но я бы предпочла тотальное игнорирование, так как голова трещала безбожно, а тело я практически не ощущала, как и не могла вспомнить, как попала домой и чем вчерашняя вечеринка окончилась. Что от меня хотела мама в такую рань я не понимала, но её голос выдаёт лишь то, что я сильно провинилась, и это заставляет нервничать меня. – Ты понимаешь, насколько мерзко и ужасно выглядишь на тех сторис? О тебе и так жалкие журналисты невысокого мнения и не прочь полоскать твоё имя в своих жёлтых газетёнках. А ты и рада стараться, сама подкидываешь прекрасный повод для этого…
– Они мне просто завидуют! – хриплю, так как вчерашняя вечеринка дала о себе знать. Пытаюсь напрячь извилины, чтобы понимать, о какой конкретно выходки говорит Грейс, но ничего не выходит. –У меня есть ты, а у них, что? Их газетки и жалкое существование…
– Прекрати Скарлет! – перебивает меня Грейс, – Ты не должна так говорить! Я просто не понимаю, как могла проглядеть в тебе такое высокомерие и надменность! Ты меня пугаешь!
–Но ты ведь сама меня учишь, чтобы быть честной. Вот, пожалуйста! – что бы я там ни наговорила не даёт повод отчитывать меня, и тем более заставлять оправдываться мне! К тому же я человек, который может себе позволить не контролировать эмоции, да, может вчера не рассчитала силы, но я её дочь, и она всегда должна быть на моей стороне.
– Нужно думать, что говоришь, вот что ты должна понимать в первую очередь! Скарлет, ты выставляешь сторис на такую огромную аудиторию, и считаешь, что это останется без внимания. Ты в первую очередь несёшь ответственность за свои слова. Ты лидер мнения, ты та, чью жизнь просматривает огромное количество людей, и да, вначале нужно обдумывать каждое слово, которое собираешься выкладывать в интернет! – голос мамы повышается, а это означает только одно, я очень сильно облажалась.
–Хорошо, я тебя услышала! – поднимаюсь с кровати, чуть шатаюсь, но меня спасает от падения прикроватная тумбочка. – Удалю эту сторис, ты будешь довольна?
– Нет, нет Скарлет! Этого недостаточно! – мама вздыхает. – Я должна понимать, что ты раскаиваешься, что ты действительно понимаешь, как неправильно поступила, что это очень серьёзно…
– А тебе не кажется, что ты со своими нравоучениями немного опоздала? – зеваю, включая чайник на кухне.
–Мне кажется, что моя дочь совершенно без мозгов раз считает правильным так поступать! Жаль, очень жаль…
– Я полностью согласна! – соглашаюсь, так как мать не на шутку расстроена.
– Да, да, и да! – киваю. Этот разговор меня уже очень сильно утомил, да и головокружение порядком заставляет согласиться со всем, что она там говорит, – На всё да, я очень, очень, очень преочень виновата, и нет мне прощения, правда!