Чтение онлайн

Розамунда задумалась, а затем проговорила:

— Так и быть, дядя, я спущусь к ужину. Однако больше ничего не могу обещать.

— Но ты все-таки постарайся не придираться к Логану, племянница, — попросил Эдмунд.

Розамунда рассмеялась.

— Хорошо, дядя, постараюсь, — пообещала она.

Когда Розамунда появилась в зале, Логан изо всех сил старался не выдать охватившего его волнения. Она надела платье, подходившее по оттенку к ее глазам. Это было простое платье, ниспадавшее к полу изящными складками. Квадратный вырез на груди мог бы показаться слишком низким, но его целомудренно прикрывала батистовая косынка. Прямые рукава были оторочены мехом. Облегающий лиф подчеркивал тонкую талию. Розамунда вышла в зал с непокрытой головой. Ее длинные золотисто-каштановые волосы были заплетены в косы.

— Добрый вечер, Логан Хепберн, — поздоровалась Розамунда. — Спасибо, что снова пришел к нам на помощь.

— Генри-младший не лучший сосед для Фрайарсгейта, не так ли? — заметил лорд Клевенз-Карн и почтительно поклонился.

Розамунда улыбнулась:

— Мне остается лишь уповать на то, что я не проведу остаток жизни, воюя с ним, как воевала с его отцом. Пожалуйста, садись. Вот здесь, по правую руку от меня.

Логан подвинул кресло Розамунде и только после этого сел сам.

— Мне жаль твою жену, — продолжила Розамунда, — и твоего сына. Честное слово, Логан, я бы непременно приехала, чтобы помочь Джинни, если бы знала, что она совсем одна в замке. Я очень любила ее. А как дела у Джонни?

— У него все в порядке, — ответил Логан. — Джинни была мне хорошей женой, Розамунда, и я очень ее уважал. — Логан помолчал, а затем добавил: — И мне тоже жаль, что ты потеряла своего графа.

Лицо Розамунды исказилось от боли, но она совладала с собой и тихо произнесла:

— Спасибо.

— Я привез тебе хорошую новость, — торопливо добавил Логан. — Королева Маргарита родила здорового мальчика. Александр, герцог Росс, родился тридцатого апреля.

— Как она должна быть рада — и какая это боль! — с горечью произнесла Розамунда.

— Это ведь и твой день рождения, не так ли?

— Да, — ответила Розамунда, удивленная тем, что Логан знал о дате ее рождения.

Слуги подали ужин. Из трех дочерей Розамунды только Филиппе было позволено ужинать со взрослыми.

— А я скоро поеду в Лондон, и меня представят ко двору! — похвасталась девочка. — Мне уже десять лет!

— Самый подходящий возраст, чтобы познакомиться с королевой, — ответил Логан, улыбнувшись. Он не мог без волнения смотреть на дочь Розамунды — точную копию матери в миниатюре.

— Мне было девять лет, когда меня представили королеве Маргарите и королю Якову, тому, которого убили под Флодденом, — продолжала Филиппа. — Моя мама говорит, что он был хорошим королем.

— Черт побери! — воскликнул Том. — Не вздумай сказать что-то подобное при дворе английского короля! Если не сможешь промолчать, говори лучше о регенте Шотландии, сестре нашего короля, но ни слова о Якове Стюарте!

— Это почему? — удивилась Филиппа.

— Потому, — вмешалась в разговор Розамунда, — что эти два короля были врагами. И вряд ли стоит хвалить перед кем-то его врага. Ты поняла меня?

— А почему они были врагами? — не унималась Филиппа.

— Англия и Шотландия — враги с незапамятных времен, — ответила Розамунда.

— Почему? — удивилась Филиппа.

— Я и сама не знаю, — честно призналась Розамунда.

— Но ты же ездила ко двору короля Якова, и я знаю, что ты никогда не считала его врагом. И если шотландцы — наши враги, то почему с нами ужинает лорд Клевенз-Карн, мама? И почему он согласился защищать Бэнон и Бесси, пока нас не будет, если мы все его враги?

Том возмущенно хмыкнул.

— Ваша дочь отнюдь не глупа, мадам, — вежливо заметил лорд Клевенз-Карн.

— Временами я начинаю думать, что она даже чересчур умна и это не доведет ее до добра, — призналась Розамунда и снова обратилась к дочери: — Филиппа, мы живем на границе, а здесь между англичанами и шотландцами часто возникают другие отношения. Не такие, как во всей стране. Не знаю даже, как тебе все объяснить. Мы подружились с королевой Маргаритой, когда я росла при дворе ее отца, но ты и так это знаешь. Подруга пригласила меня в гости, и я поехала к ней, тем более что в то время между нашими странами был мир. И я снова поеду к ней, если она пригласит. А что касается Хепбернов из Клевенз-Карна — они испокон веков были нашими соседями.

— По-моему, между нами никогда не было вражды. Дядя Том поедет с нами ко двору. Эдмунд слишком стар, чтобы возглавить охрану Фрайарсгейта. Конечно, он не откажется, если я его об этом попрошу, но я не стану его просить. Лорд Клевенз-Карн был так добр, что предложил нам помощь, и я благодарна ему за заботу. Единственное, что разделяет Англию и Шотландию, — это граница между нашими странами, которую даже невозможно увидеть. Но как нам может помешать то, чего мы не видим? Хепберны — наши соседи, и это главное. Они наши хорошие соседи.

— Благодарю, мадам, — поблагодарил Логан. Розамунда кивнула в ответ и прямо посмотрела Логану в лицо. На миг у нее перехватило дыхание. Она уже забыла, какие синие-синие у него глаза.

— Могу ли я сделать вывод, что ваши девочки поедут со мной в Клевенз-Карн? — осторожно спросил Хепберн, все еще опасаясь, что Розамунда воспримет его слова как попытку надавить на нее. Том ведь предупреждал его, что коней гнать не стоит.

— Разве я недостаточно ясно высказала свое мнение по этому поводу, милорд? — вопросом на вопрос ответила Розамунда.

— Я бы не хотел решать за вас, мадам, а потому предпочел спросить еще раз, — учтиво заметил Логан, но его глаза при этом лукаво блеснули.

Розамунда почувствовала, что краснеет. Она отлично помнила, как поругалась с Логаном в Клевенз-Карне, когда он уличал ее в том, что она знает о его любви. Она смело ответила на его взгляд и с удивлением почувствовала, как часто бьется ее сердце. Что за чертовщина? Что на нее нашло?

— Да, я буду рада, если в мое отсутствие Бэнон и Бесси останутся в Клевенз-Карне, под вашим присмотром, милорд, — ответила Розамунда, поспешно отведя глаза в сторону. — И я благодарю вас за великодушное предложение и заботу о моих детях.

— Я всегда рад быть вам полезным, мадам, — произнес Логан с каменным лицом, стараясь не выдать охватившее его победное чувство. — Полагаю, лучше всего не откладывать переезд. Я мог бы взять девочек с собой завтра утром. Не думаю, что ваш кузен уже успел составить какой-нибудь коварный план или собрать для нападения свою банду.

— Насколько я могу судить, нашей главной задачей является обеспечить безопасность вашим дочерям. И в дополнение к тому отряду, что будет охранять ваше поместье, я выделю еще несколько человек, которые будут сопровождать вас на юг. Когда в деле замешан такой коварный тип, как Генри Болтон, вы не можете быть уверенной, что обычные наемники не поддадутся на его заманчивые посулы. Мои люди не станут надевать пледы с цветами нашего клана, а для непривычного уха акцент жителей приграничья покажется одинаковым и у англичан, и у шотландцев. Они могут выдавать себя за ваших людей из Фрайарсгейта.