Чтение онлайн

Новая опричнина нужна для реализации Суперпроекта: создания Нейромира/нейросоца, общества делиберативной демократии и Шестого технологического уклада.

Новая опричнина нужна для слома сопротивления сил деградации в строительстве такого будущего. Это – временная диктатура развития, которая стальной рукой защитит от уничтожения реакционерами ростки нейросоца. Причем в конкретно нашей, отчаянной обстановке, когда времени практически нет, институты общества слабы, а речь идет о жизни и смерти.

Постепенно расширяясь на всю страну, опричнина перестанет быть опричниной. Смысл ее – в как можно более быстром расширении и в преображении страны, после чего она растворится в окружающей реальности.

На семинаре в ИДК в сентябре 2009 года несколько раз заходил разговор о том, что в стране идут многочисленные работы по альтернативной энергетике. Причем отнюдь не по линии государства или в системе Российской академии наук. Нет, все это делают группы энтузиастов, зачастую гонимых и не признаваемых официальной наукой. По этому поводу высказался бывший заместитель министра образования, профессор МГТУ имени Баумана Борис Алексеевич Виноградов, инноватор еще с советским опытом:

– Время требует фактически создания новой экономики. Другой, параллельной экономики. И, я бы сказал так, научной опричнины. Пришел я как-то к президенту РАН к академику В. Осипову и к академику В. Козлову и говорю: «Ребята, ну прикончат вашу академию потому, что у вас ничего инновационного нет, кроме надувания щек. Надо срочно делать инновационное агентство, а не бодаться и не делать комиссию по борьбе со лженаукой во главе с Э. Кругляковым. Он там в восторге ходит от этой комиссии. А я ему говорю: «Дорогой, а что ты, академик, сделал, кроме борьбы с лженаукой?» А он все борется с ней.

Так вот, два года тому назад я предложил академикам: надо делать инновационное агентство, чтобы при вас все «безумные идеи» проверялись и реализовывались. Только так вы можете выжить, как Академия наук. Иначе вы не нужны будете никому. Они отказались. Поэтому мы должны сказать: нужен совершенно новый взгляд на инновации и для этого нужно создавать параллельную экономику. Инновационную, а это не пройдет, здесь не пройдет…По мнению Б. Виноградова, нынешняя экономика РФ непроходима для инноваций, в том числе и энергетических. Как пример, он привел случай из своей жизни: после Чернобыля представители КГБ СССР попросили Б. Виноградова создать датчики для анализов крови. Оказалось, что старая технология, по которой такие датчики делали в Одессе, дает слишком много брака, требуя двух с половиной тысяч стеклодувов. Б. Виноградов в кратчайшие сроки создал лазерную технологию производства датчиков, повысив производительность труда в 422 раза. Когда новые установки заработали, директор предприятия спросил: «А куда мне девать работников, ставших лишними?»

– Вот почему нужна параллельная экономика. В эту ты не внедришь ничего. А куда девать людей? Это ведь колоссальная проблема. Все традиционно, все «намылено». В старой экономике ты знаешь, кому давать откаты. И вдруг приходит некто и своими инновационными идеями рушит все схемы.

В РФ у нас нет коррупции, у нас есть уже сложившаяся среда. Это среда, в которой все живут, но не все дают одному, а каждый дает друг другу. И все в этом заинтересованы. А вы приходите, чтобы разрушить всю эту систему.

То же самое – и с инновациями в энергетике. Я предлагаю поддержать на государственном уровне (может быть, путем создания фондов, может, каким-то другим) инновационные работы. Но они должны быть отделены от государства. И от всей чиновничьей братии, – заявил профессор Виноградов.

Председатель правления ИДК, известный экономист Андрей КОБЯКОВна одном из мозговых штурмов по теме новой опричнины высказал мнение, что важнее исторических тонкостей сосредоточиться на теме причин возникновения опричного механизма и соответствия этих причин сегодняшнему политическому моменту.

Опричнина – не идеал, считает Кобяков, а трудное решение, решение, на которое можно пойти в чрезвычайных обстоятельствах. По-видимому, есть основания для постановки вопроса о том, что общество очень тяжело больно, до такой степени, что мы уже не можем серьезные надежды связывать с развитием обычных, нормальных, регулярных государственных институтов. Все попытки их построения, даже на благих, надеюсь, намерениях, превращаются в ничто. Захотели построить технополисы, технопарки, через три года программа закрывается. Где деньги, где эти технопарки? Ничего нет. Увеличиваем количество милиции, зато на улицах все больше убивают просто так, то снегоуборщиков, то инкассаторов, то каких-то людей расстреливают в универсамах, и никто не несет никакой серьезной ответственности.

Почему вообще никто не отвечает за всю эту ситуацию? Ведь это говорит о том, что меняй шефа МВД Р. Нургалиева на кого угодно, в рамках этой системы никакого результата не будет. Система безнадежна. Это как раз тот самый случай, когда коррупция стала абсолютно системной.

Исторические обстоятельства каждый раз бывают разные, но опричнина каждый раз возникает не на пустом месте. Это не проблема личности или какого-то субъективного фактора, это объективный выход из системного кризиса.

Лидер движения «Народный собор» Владимир ХОМЯКОВна круглом столе по опричнине высказался в том же духе:

– Опричнина – весьма болезненное и горькое лекарство. Но когда страна тяжело больна и вопрос стоит так: либо больной помрет, либо примет неприятное лекарство, – то лучше смириться с болью и горечью. И лучше пусть лекарством станет опричнина сверху, нежели пугачевщина снизу.Видимо, за нынешними «литовскими рубежами» предпочитают второе. Но мое убеждение: выход из кризиса лежит через стадию национальной диктатуры. Вспомним 1612 год: тогда на короткое время сложилась военная диктатура Минина и Пожарского. Она и вершила дела, и судила, и разбойников по осинам развешивала, и слишком жадным купцам руки рубила. А потом созданный диктатурой порядок узаконил демократический Земский собор, после чего в стране появилась новая правящая династия. Да, опричнина – чрезвычайный инструмент, все зависит от того, в чьих руках он окажется. Не дай бог – у тех, кто хочет провести новую модернизацию по «петербуржскому варианту».

Ивану Грозному пришлось действовать в условиях, похожих на нынешние. Прежде всего – при массовой измене и недееспособности правящей элиты. При ее готовности предать Родину ради сохранения власти и собственности. Во-вторых, при необходимости проводить реформы в системе, каковая эти реформы не дает проводить. В-третьих – при смертельно опасных внешних вызовах. В-четвертых, в условиях сильных сепаратистских настроений на окраинах. Наконец, в условиях недееспособности тогдашней «вертикали власти», репрессивного и чиновничьего аппаратов.

Царю Ивану пришлось изымать часть территории страны из существующей системы, налаживая особый порядок управления вычлененной частью. Эту часть он реформировал директивными методами. Но таким образом царь создал экономическую базу, повел возрастающий набор людей в опричнину. Новые кадры позволили начать «зачистку» старой элиты. Стоя на такой базе, Грозный смог провести военные преобразования, расширить территорию страны, отбиться от самых грозных внешних противников и подавить сепаратизм. Экономическую базу опричнины Грозный создал, перераспределяя главное средство производство той эпохи – землю, а также взяв в опричнину соляные доходы и доходы от волжской торговли.